Даниэль Рэй – Катарсис (страница 20)
- Я – дитя технологии, созданной отцом. И, если я была его экспериментом, то удачным, потому что чревородки продолжают рождаться в Акреоне. А модели, похожие на Йону, появились только в этом году.
- В каком плане «похожие»?
- Как будто ты не знаешь, как выглядят другие синтетики, - она засмеялась. – Поставь Йону в один ряд с людьми – ты не отличишь его от человека! У него не светятся глаза, нет подсветки датчиков под кожей, нет синтетических накладок. А теперь оказывается, что у него нет серийного номера и некоего блока отслеживания и контроля. Ты сказал, что его освободили из плена. Он был в тюрьме?
- Его удерживали на закрытом объекте. И собирались уничтожить во время нашего наступления.
- Слишком много знал? – предположила Харди.
- Наверное. Рейн нашла его во время взятия этого объекта и спасла. Естественно, о нем, как о единственном синтетике, попавшем за барьер, быстро слухи расползлись. Говорят, Лазарь сам попросил о личной встрече с Йоной. После этой встречи Йона получил статус неприкосновенности.
- Значит, Лазарь координирует всех и вся, - сделала вывод Харди.
- Да. Он руководит Советом городов, в который входят все руководители городов, в том числе Рейн.
- Значит, Лазарь и этот Совет городов могут ее и с должности снять? – улыбнулась Харди, руку которой Дармой старательно «обхаживал».
- Конечно, - пожал плечами он. – Ну что, пойдем. Покажу тебе мою камору.
- А что это вообще за место?
- Инженерный отсек. Один из многих, кстати, - добавил Дармой.
Он поднялся на второй этаж и остановился напротив одной широкой двери.
- Прошу! – приложил палец к панели и двери распахнулись.
Харди на миг показалось, что она вернулась в Акреон. Вот сейчас к ней подойдет один их синтетиков отца и предложит чашку моккачино, а потом к ней выйдет и сам отец. Обнимет ее, поцелует в щеку и воодушевленно начнет рассказывать о каком-нибудь своем новом творении. Иногда Харди уставала от его рассказов. От его одержимости созданием чего-то нового. От его нежелания смотреть на реальный мир взглядом прагматика, а не ученого-инженера. Наверное, не будь ее отец таким оторванным от всего мирского, что находилось ниже этажей его лаборатории, он бы не стал тем, кем являлся – Творцом будущего и Спасителем всего человечества. Здесь все почитают Лазаря. Он для них Спаситель. Интересно, она когда-нибудь с ним познакомится?
«Камора», как ее назвал Дармой, занимала весь второй этаж инженерного отсека. Здесь работали с десяток человек. Кто-то из них гнул спину над столами, собирая имплантаты и протезы, кто-то ходил по лаборатории и вслух разговаривал с кем-то по сети, обсуждая поставки запчастей, а кто-то, как милая девушка лет двадцати пяти, протягивал начальнику кофе.
- Спасибо, Маргарет.
- Вы что-нибудь желаете? – обратилась симпатичная особа к Харди.
- Боюсь, мой лимит кофе на сегодня исчерпан.
- Принеси моккачино, - попросил Дармой, и помощница удалилась. – Никогда не стесняйся говорить, чего ты хочешь, - он подошел к одному из столов, за которым работал его сотрудник. – Тогда ты либо получишь именно то, чего хочешь, либо останешься с носом.
- Бывает еще компромисс, - напомнила Харди и взглянула на протез ноги, лежащий на столе.
- Компромисс, - это когда все проигрывают, - подмигнул Дармой, надел на голову оптику и стал рассматривать распределительную плату. – Харди, можешь нам помочь? – он поманил ее рукой. – Надень оптику, - он указал на специальные очки с системой выдвигающихся линз и светодиодной лампой.
Харди внимательно рассмотрела самодельную «оптику» и надела ее. Провод от светодиода тянулся к блоку питания. Харди покрутила на нем реле и светодиод загорелся. Она склонилась над платой и присмотрелась.
- По-моему, ей конец, - заявила Харди.
- По-моему тоже, - согласился Дармой и кивнул сотруднику. – Под замену.
- Ваш мокко! – Маргарет протянула Харди высокую кружку из черного стекла.
Хард променяла бы «мокко» на оптику со светодиодом, но такого обмена Дармой не предложил.
- Благодарю, - она сняла оптику и положила ее на стол.
Взяла кружку и пригубила кофе.
- Итак! – Дармой повел ее в другой отсек каморы. – Что на это скажешь?
У Харди кружка из рук едва не выпала. Подвешенный на кронштейнах, там висел ее экзокостюм. Почему именно ее костюм? Да потому что задний распределительный щит от него стоял на полу и был искорежен, скорее всего ударом тупым тяжелым предметом, например, металлической трубой…
Харди подошла к костюму и снова глотнула кофе.
- Распределительный щит можно починить, - она присела и взглянула на подошвы стальных ботинок, - а вот пневмоподъемникам, кажется, конец.
- Я не смогу их заменить, - ответил Дармой. – Больше по воздуху этот костюм не побежит.
- Он даже не пойдет, - Харди встала. – Без блока управления ничего работать не будет.
- Нам передали его без блока. Я подумал, что ты сможешь помочь сделать новые «мозги»?
- Этот блок собирал мой отец. Извини, но у меня на это кишка тонка.
- Не бывает невыполнимых задач, - Дармой внимательно на нее посмотрел, - бывают плохие инженеры.
- Это про меня, - она кивнула и отпила кофе.
- Даже не посмотришь, что мы нашли для того, чтобы собрать «мозги»?
Харди должна была принять решение. Либо она берется за это дело, тогда в Лире появится работающий экзокостюм, либо говорит нет, и тогда Дармой собирает этот костюм без нее.
- Давай посмотрим, что вы там нашли, - она допила кофе в два глотка и подошла к столу с разложенными на нем деталями.
Долго смотрела на них и думала. Думала над тем, кто послал Дармоя за ней. Без разрешения руководства ноги Харди Кейн в этом месте не было бы. И если руководство отправило Дармоя к ней, то это очередная проверка. Идея пришла в голову спонтанно. Подобная спонтанность ей досталась от отца. Она вдруг представила себе блок управления, но не тот, который был на ее костюме, а совершенно другой. Харди поставила кружку и согнулась над столом.
- Это, это, это, это, это, это и это, - она отложила детали, - не подойдет. – Мне нужен PRI с комплектующими, разводная TRU74, платы YK36 и YKW71, - Харди разогнулась и взглянула на Дармоя, - сможешь их достать?
***
Воскресный день пролетел незаметно. В кафе на втором уровне Харди не попала: обед для нее и Дармоя принесли прямо в камору. Тушеное мясо в сливочном соусе и рис. Обстановка, еда, приборы, салфетки и вежливая помощница напомнили Харди ее прежнюю жизнь. Жизнь, в которой она не горбатилась в грядах, чтобы заработать несколько планок и потом купить за недельный заработок сок мальчишке.
Вечером Дармой проводил ее на первый уровень и оставил одну у лифта. Будь она проклята, если не получит привилегию подниматься на этом лифте самостоятельно!
В столовой на ужин подавали… …рис с мясом… без соуса… несоленый рис и резиновое мясо… Харди ковырялась ложкой в пайке, когда напротив присел Йона.
- Как день прошел? – поинтересовался он.
- Что нужно сделать, чтобы перевестись на работу в инженерный отсек? – напрямую спросила она.
Йона задумался. Или сделал вид, что задумался.
- Нужно переспать с кем-нибудь, кто может такое разрешить, - наконец изрек он.
- Не думаю, что Рейн лесбиянка, - Харди скривила лицо, пережевывая мясо. – Хотя… Если я подкачу, как думаешь, она клюнет?
- Всегда можно попробовать, - ответил он и расплылся в надменной ухмылке.
- А если серьезно? – Харди отложила ложку и в упор взглянула на Йону. – Помоги перевестись в инженерный отсек. Это ведь в твоих силах?
Он тоже отложил ложку и наклонился к ней через стол.
- Мне интересно, как низко ты сможешь опуститься, чтобы получить эту работу? – произнес он.
Харди поняла, что ее ткнули носом в происхождение. В Акреоне ее карьере способствовала фамилия отца. Взобраться на вершину социальной пирамиды можно было по-разному, но всегда с помощью связей: родственных, дружеских, коммерческих или половых. В Лиге фамилия ей не поможет – вот на что намекал Йона.
Харди ничего не ответила. Сгребла посуду и пошла прочь.
В туннеле ее перехватила Ети. Она схватила Харди за руку и потащила за собой.
- В чем дело? – шипела Харди, но продолжала идти, хотя вполне могла скрутить Ети в бараний рог.
Ети свернула за угол и отбросила руку Харди.
- А теперь послушай меня! – она подошла очень близко и ткнула Харди пальцем в грудь. – Завязывай со своей херней. Если хочешь жить – забейся в угол и стань невидимкой. На тебя мне наплевать. Но если пострадает Йона, я лично приду за заботой и пристрелю. Ты меня поняла?
- И кому, по-твоему, я дорогу перешла? – Харди схватила Ети за палец, но выкручивать его не стала.
- А ты не догадываешься? - Ети оттолкнула Харди от себя и ушла.