Даниэль Пейдж – Воронихи (страница 18)
– Что ты имеешь в виду? – спросила Скарлетт, у которой вдруг перехватило дыхание.
– Мы не просто стреножили ее магические способности, но и запретили ей когда-либо говорить о колдовстве. И сейчас наблюдали последствия ее попытки это сделать.
– Но почему она вернулась? А главное, как? Мы же ее изгнали, – проговорила Мэй, окидывая сестер взглядом.
– Изгнали из ковена, а не из этого дома, – тихо ответила Скарлетт.
– Но что ей от нас нужно? – спросила Мэй.
Скарлетт опустила глаза, старательно не глядя на Тиффани, и сосредоточилась на том, чтобы ровно дышать. Этот обращенный к ней взгляд Гвен… казалось, та хотела убить ее.
– Сегодня полнолуние, – тихо заметила Виви. Скарлетт подпрыгнула: она не слышала, как подошла эта девчонка, и с тоской поняла, что ее Младшая видела часть того, что тут творилось. – Моя мама всегда говорит, что полная луна заставляет людей совершать странные поступки.
Скарлетт лучше кого бы то ни было знала, что Гвен не требовалось никакого полнолуния, у нее и без того имелось предостаточно причин для действий. К тому же Виви это вообще не касалось. Скарлетт с новой силой разозлилась на то, что Младшая вторглась в ее Дом и в ее жизнь.
– Конечно, ты теперь моя Младшая, Виви, но из этого не следует, что ты должна стать моей тенью, – огрызнулась она. – Кто вообще сказал тебе, что можно сюда прийти?
– Вернись в дом, Виви, и постарайся подружиться со своими новыми сестрами. А мы сейчас придем, – сказала Далия. Она говорила мягче, чем Скарлетт, но в голосе у нее звенела сталь.
Виви переводила взгляд с одной девушки на другую, ее губы кривились, словно ей хотелось сказать что-то еще, но мгновение спустя она послушалась приказа и пошла в гостиную.
– Нам всем тоже нужно вернуться. Сегодняшний вечер очень важен, ведь мы принимаем новеньких в наш ковен. Больше ни слова о том, что было, пока кандидатки не уйдут, – велела Далия, хлопнув в ладоши.
Старенькие сестры покивали и, перешептываясь, потянулись обратно в дом. Скарлетт перехватила Далию, прежде чем та успела вернуться в холл.
– Далия, – тихо сказала она, – те карты Таро… это же дело рук Гвен, да?
Еще перед ритуалом приема новичков она показала Далии карты, которые они с Тиффани обнаружили на входной двери. Тогда ей хотелось наложить чары, чтобы выяснить, кто прибил их туда и почему. Скарлетт думала, что в них содержится послание, угроза, но Далия только отмахнулась, мол, все это тупой розыгрыш, и настояла на том, что от карт надо избавиться до прихода кандидаток.
– Мы же не хотим напугать их еще до того, как они попробуют себя, – объяснила она. – Не надо раздувать это происшествие.
В конце концов, напомнила она, прошлогодняя вербовочная вечеринка была посвящена картам Таро; возможно, кто-то из девчонок, не получивших тогда приглашение присоединиться к сестринству, до сих пор злится. Люди ведь всегда завидуют Воронихам. Далия заверила Скарлетт, что их тайна в безопасности.
Но теперь Скарлетт была не так уж в этом убеждена.
Впрочем, Далия не выглядела обеспокоенной, казалось, она просто в некотором раздражении, и все. Ее всегда бесило, когда сестры бросали ей вызов, ставя под сомнение ее авторитет.
– Как только кандидатки уйдут, запечатаем дверь защитными чарами. Сообщи об этом всем, потому что нам придется действовать сообща.
Скарлетт кивнула, пока еще не доверяя своему голосу. Она отпустила руку Далии и захлопнула массивную входную дверь. А едва успев добраться до гостиной, услышала сзади еще одно сильное «бум». Собравшись с духом, Скарлетт прокралась по коридору и опять распахнула дверь.
– Гвен, тебе же сказали, ты не можешь… – начала она и вдруг застыла.
Снаружи никого не было. С противоположной стороны улицы из здания общества Пси-Дельта-Лямбда неслись звуки рэпа. В траве, невидимые, стрекотали цикады. Но улица была совершенно пуста, на ней обнаружилось лишь несколько припаркованных автомобилей да прислоненный к дереву видавший виды красный велосипед, принадлежащий хозяйственной службе кампуса.
А потом она что-то увидела. На дорожке поблескивало серебром нечто маленькое. Это было одно из колец Гвен, серебряный череп. Должно быть, он соскользнул с пальца незваной гостьи, пока саму ее крючило на земле. Скарлетт шагнула вперед, чтобы его подобрать, и нога врезалась в какой-то мягкий предмет. Она опустила взгляд и не смогла сдержать вопль: у ее ног лежал громадный угольно-черный ворон со свернутой шеей, один из тех, что жили в вольере на крыше. Сердце девушки отчаянно забилось. Это был недвусмысленный знак, который мог предвещать лишь одно.
Смерть.
Глава одиннадцатая
Виви
С тех пор как закончился обряд, прошли почти сутки, но Виви все еще не успокоилась. Она была словно под гипнозом от сочетания бурлящих в ней сил и дезориентации, как будто прыгнула с трамплина и теперь падала, не зная, что произойдет в момент удара о воду. А может, удара не будет вовсе? Все ее знания об этом мире оказались ошибочными. Колдовство реально. Она сама – ведьма. И не единственная.
Преодолевая короткое расстояние между своим общежитием и Домом Каппы, Виви достала телефон и в третий раз за день позвонила матери. Ее снова сразу же переключили на голосовую почту. Раньше она не возражала, когда мама исчезала с радаров, но сейчас случай был особый. Чрезвычайный. Ей нужно было выяснить, что известно Дафне. Вдруг та тоже была ведьмой и вовсе не мухлевала с картами Таро? Или, наоборот, обладала той же наивностью, что и ее дочь, не подозревая, что магия – штука очень, очень реальная?
Чтобы войти в Дом Каппы, Виви воспользовалась ключом, который ей только-только выдали, и помедлила на пороге, пораженная тем фактом, что интерьер выглядел совсем иначе, чем в ее первые два визита. Сегодня холл был полон современной светлой деревянной мебели с уютными на вид подушками теплых расцветок. Просторная комната, казалось, так и манит к себе.
Виви направилась в сторону гостиной, чтобы дождаться там остальных, но едва успела сделать пару шагов, как ее остановила чья-то рука.
– Осторожно!
Это оказалась Мэй. Она стояла перед Виви, показывая на пол, по которому тянулась прямая линия из розовато-серой соли. Девушка чуть не наступила на нее. Мэй держала банку, содержимое которой напоминало плавающую в растительном масле зелень. Виви вспомнилось оливковое масло с розмарином, которое мать любила добавлять в еду.
– Прости, не заметила, – сказала Виви, глядя на соль.
Потом она переключила внимание обратно на Мэй. Вместо вчерашних фиолетовых кудрей та щеголяла сегодня короткой стрижкой боб, подчеркивающей высокие скулы, а сами волосы были черными, как сажа.
– Мне нравится твоя прическа. Ты что… в смысле, это же… – она прервалась на полуслове, поняв, что у нее не хватает слов, чтобы правильно сформулировать вопрос.
Мэй улыбнулась и заправила волосы за уши.
– Эти чары называются «морок». Нам, Пентаклям, они даются довольно легко.
От слова «нам» по спине Виви побежала дрожь предвкушения.
– А что в точности это значит?
Конечно, она знала о мастях карт Таро. Невозможно было вырасти с Дафной Деверо и не разбираться в Старших и Младших Арканах, но ей хотелось понять, какое значение все это имеет для нее лично и для ее магии.
– Наши волшебные силы находятся под знаком земли. Это значит, что нам чуть легче, чем остальным, удается влиять на природу и манипулировать ею. Это может касаться деревьев, животных или, – она тряхнула головой так, что волосы взметнулись, и приняла чуть утрированную позу фотомодели, – нашей естественной красоты.
Тут Мэй вытащила из кармана телефон, склонила голову набок, будто собираясь сделать селфи, поджала губы, и ее прямые волосы стали волнистыми, а бледная губная помада превратилась в насыщенно-красную.
– Научишь меня тоже? – спросила охваченная благоговейным волнением Виви.
– Конечно! – сказала Мэй, загружая новое фото в инстаграм.
Утром Виви погуглила всех Вороних, кого только смогла вспомнить, и теперь знала, что Мэй была невероятно популярным бьюти-блоггером родом из Сан-Франциско, и число ее подписчиков переваливало за миллион.
– Хотя начать тебе, наверное, надо с того, чему захочет научить тебя Скарлетт, так что пока на этом и сосредоточься.
Вспомнив насквозь фальшивую, снисходительную улыбку Скарлетт, Виви едва не скривилась.
– Мы с тобой одной масти. Разве не ты должна быть моей Старшей?
Мэй пожала плечами.
– Воронихи отличаются от всех остальных ковенов именно тем, что могут использовать магию друг друга. Нас делает такими могущественными не то, в чем мы схожи, а то, чем мы отличаемся; уникальные способности каждой из нас дают нам силу. Знаю, звучит по-дебильному, но так оно и есть. Ты получишь больше знаний от сестры, на которую совсем не похожа.
– А банка зачем? – спросила Виви.
Мэй махнула в сторону входной двери.
– Я умащиваю все входы в дом. Это дополнительная защита от тех, кто хочет нам зла.
Виви кивнула, возвращаясь мыслями к вчерашнему вечеру. После церемонии она была в таком экстазе, что почти не обратила внимания на переполох с участием темноволосой девушки. Но чем больше она о нем думала, тем сильнее тревожилась. Ей даже приходило в голову, что это та самая студентка, которая предупреждала ее насчет Вороних, но черты лица чуть не вломившейся в дом незнакомки были так искажены болью и гневом, что сложно было сказать наверняка.