Даниэль Пейдж – Воронихи (страница 17)

– Вы родились ведьмами, – продолжала Далия, – но сегодня каждая из вас сделала первый шаг к кое-чему более важному: к тому, чтобы стать сестрой. Каппа-Ро-Ню куда больше, чем просто студенческое общество; это старейший и самый могущественный ведьминский ковен в стране. Он был основан в семнадцатом веке, чтобы помочь женщинам избежать преследований, и со временем стал одной из самых влиятельных организаций в мире. – Она с многозначительным видом окинула взглядом сидящих в кругу. – Каждая ведьма и сама по себе – сила, но вместе мы неодолимы. В ближайшие четыре года мы научим вас использовать и контролировать свою магию, поможем получить доступ к возможностям, превосходящим ваши самые смелые мечты. Но для этого вам придется поработать. – Тут она по очереди посмотрела на новеньких. – Чтобы стать полноправными Каппами, вам придется пережить Адскую неделю. И в последующие недели нужно будет по-прежнему производить на сестер хорошее впечатление. Обладать магическими способностями недостаточно; нужно стать одной из нас.

При каждом синониме слову «магия» Виви вздрагивала. Если бы меньше часа назад кто-то сказал ей, что так будет, она бы только поглумилась. Но ей было не подобрать более подходящего термина для того, свидетельницей чему она только что стала; для той силы, что распускалась у нее внутри.

Неужели она на самом деле ведьма? Мысль оказалась настолько пьянящей и пугающей одновременно, что Виви не удержалась и выпалила:

– А кто-то не из Каппы знает, кто вы… в смысле, кто мы такие?

Задавая этот вопрос, она, разумеется, думала о матери. Мысли сопровождались барабанным боем сердца. Следует ли из всего этого, что Дафна тоже ведьма?

– Конечно нет, – мотнула головой Мэй. – Если только они сами не Воронихи.

– Но на вербовочной вечеринке тут была куча народу не из Каппы… Это же вроде как риск, нет? – спросила Виви. Она почти чувствовала, как магия потрескивает в воздухе; так бывает перед грозой, когда атмосфера наэлектризована. Ей показалось странным, что она раньше не замечала ничего подобного. – Вдруг кто-то обратит внимание на что-нибудь необычное?

Далия заговорила снова:

– Ведьмы веками скрывались у всех на виду, и Воронихи – лишь один из множества ковенов в стране. Большинство людей просто не способны раскрыть глаза и увидеть истину. Пока мы ведем себя как обычное студенческое общество, которому нечего скрывать, очень высока вероятность того, что нас оставят в покое. Потому-то и была основана Каппа – в качестве идеального прикрытия для ковена. – Она снова окинула взглядом новеньких девушек. – Колдовать не так-то просто и, если вы не будете очень осторожны, даже опасно. Поэтому у каждой из вас будет Старшая сестра, в точности как в любом студенческом сообществе. Только у нас Старшие не только следят за тем, чтобы во время Недели командного духа вы надели платье нужного оттенка бирюзового цвета. Они будут учить магии и проследят, чтобы никто из вас не взорвался или не взорвал Вестерли. – Далия подождала, пока девушки не перестанут хихикать. – Сонали! – Девушка с браслетами кивнула. – Твоей Старшей будет Мэй.

Мэй поднялась и с теплой улыбкой сделала Сонали знак встать рядом с ней. Далия продолжала назначать новичкам Старших и наконец добралась до Виви.

– Виви, твоя Старшая – Скарлетт.

У Виви упало сердце. Ну конечно, в Старшие ей досталась Скарлетт – единственная из всех, кому она не понравилась. И эта самая Скарлетт сейчас встретилась с ней взглядом – впервые с того момента, как вошла в комнату, и натянуто улыбнулась, хотя глаза ее остались холодными. Но, прежде чем одна из них произнесла хоть слово, кто-то громко постучал в дверь Дома Каппы.

Глава десятая

Скарлетт

Разговоры мигом стихли, и все обернулись к входной двери.

Далия нахмурилась, что не пошло на пользу ее красивому лицу, и встретилась глазами со Скарлетт:

– Кто бы ни пришел, отошли его куда подальше. Сегодня тут только свои.

Скарлетт коротко кивнула, раздосадованная тем, что лишилась возможности насладиться очевидным испугом Виви, которую только что назначили ей в подопечные. Магия не только выбирала членов сестринства, она еще и формировала пары из Старшей и Младшей. Карты обладают собственным ощущением поэтической справедливости, не зря же они дали Скарлетт право отныне на законном основании издеваться над Виви.

Она еще раз улыбнулась мертвенно-бледной Младшей и направилась к главному входу. Чтобы создать у кандидаток нужное настроение, освещение в коридоре было приглушенным, только таинственно горели свечи. Пока глаза приспосабливались к потемкам, Скарлетт вела кончиками пальцев по стене. Голоса из гостиной звучали все тише, и вот уже громкая болтовня стала казаться еле слышным бормотанием. Свечи отбрасывали на стены пляшущие тени – это напоминало свечную карусель, подаренную ей Минни на восьмой день рождения: с изящными золотистыми звездами и месяцами, которые кружились вокруг свечки в металлической гильзе. Немножко волшебства для Скарлетт, пока она еще не овладела в полной мере своими магическими силами.

Бум.

Стук раздался снова, теперь он был громче. Прежде чем Скарлетт успела крикнуть, мол, иду, ручка входной двери начала поворачиваться, а потом дверь распахнулась и ударила в стену. Резкий колдовской ветер ворвался в коридор и погасил все свечи, кроме двух.

Скарлетт ахнула.

В дверном проеме стояла девушка. Ее глаза были суровыми и черными. Распущенные волосы – спутанные, неухоженные – свисали до талии, потрепанные черные джинсы и мешковатая черная толстовка выглядели так, будто их не стирали неделями. На каждый палец левой руки было надето по серебряному кольцу: череп, змея, пентаграмма, роза и меч; правая рука сжалась в кулак, которым, похоже, ударили в дверь, заставив ту открыться. Рот кривился в сердитой гримасе.

Скарлетт никогда не ожидала увидеть ее вновь, но это была не Харпер, не девушка, которая охотилась за ней в ночных кошмарах. Это была лучшая подруга Харпер.

Гвен.

На миг Скарлетт задалась вопросом, не снится ли ей происходящее. Она не видела Гвен с той давней ночи: тогда эта незваная гостья была подключена к системе искусственного жизнеобеспечения, все ее тело покрывали синяки и ссадины, и даже дышать она сама не могла. Когда ее наконец выписали из больницы, она бросила колледж и уехала домой, в Нэшвилл. С тех пор никто ничего о ней не слышал. Предполагалось, что Гвен никогда не вернется.

Скарлетт заставила себя вдохнуть. Потом выдохнуть. Дышать.

– Ни хрена себе, Гвен, – ухитрилась проговорить девушка, когда к ней вернулся дар речи. – Что ты тут делаешь?

Гвен лишь смотрела на нее, и отражение пламени оставшихся свечей мерцало в ее темных глазах.

– Отвечай, – потребовала Скарлетт.

Гостья продолжала молчать. Она дышала с трудом, как будто даже то, что она просто тут стояла, требовало от нее неимоверных усилий.

– Тебе нечего тут делать. Ты должна уйти, – сказала Скарлетт и отступила на шаг. Потом еще на шаг. До нее донеслись голоса, потом кто-то ахнул, послышался звук шагов. Обернувшись, она увидела Тиффани, спешащую к ней по коридору. За ее спиной столпились несколько Вороних: Этта, Хейзел и Джесс – все они изумленно уставились на дверь.

Тиффани поравнялась со Скарлетт и спросила со сталью в голосе:

– Что ты здесь делаешь?

– Ответь что-нибудь, Гвен, – попросила Скарлетт, ободренная появлением подруги.

Та открыла рот, чтобы заговорить… но вместо этого раскашлялась. Ужасные звуки огласили коридор, казалось, горло девушки вот-вот разорвется. Она схватилась за шею, потом опустилась на колени, а задыхающийся кашель все не прекращался.

Вот дерьмо.

– Боже мой! – воскликнула Джесс.

– Нужно вызвать скорую, а то она з-задохнется, – заикаясь, выговорила Скарлетт, бросаясь на помощь Гвен. Лицо той покраснело, изо рта вылетали капельки слюны, пальцы царапали землю.

– Скорая не поможет, – прозвучал спокойный голос, и сквозь толпу пробралась Далия. – Тут дело в магии.

– Что? – переспросила Скарлетт.

– Девочки, возьмитесь за руки, – скомандовала Далия.

Скарлетт сжала ладони Тиффани и Джессики, встав в общий круг. Обычно в таких случаях она чувствовала себя более могущественной, более цельной. Однако сейчас, глядя, как побледневшая Гвен с перекошенным лицом извивается и заходится в кашле, Скарлетт не казалась себе могущественной. Ей было… страшно.

– Скар, сосредоточься, – велела Далия, будто ощутив ее неуверенность.

И Скарлетт вздохнула, избавляясь от паники, а сама Далия принялась тихо-тихо шептать заклинание. Колдовские силы потекли от Скарлетт к сестрам, сливаясь воедино с их магией, а потом заклинание нашло свою цель.

Гвен перестала дергаться, пугающие звуки прекратились, словно кто-то выключил телевизор. Гневные огоньки в ее глазах погасли, плечи поникли – ни дать ни взять марионетка с перерезанными нитями. Ее злость исчезла, но вместе с ней как будто не стало и самой Гвен. Свет в ее глазах потух, и они были теперь тусклыми и пустыми.

– Спокойной ночи, Гвен, – веско промолвила Далия.

Не издав больше ни единого звука, Гвен встала и зашагала по тротуару прочь от Дома Каппы. Едва она скрылась из виду, Скарлетт повернулась к президенту:

– Что это была за чертовщина?

– Связующие чары, – ответила та. – Совершенно особая волшба как раз для такого случая.