Освободить... Их выбор — не таков.
Но не бросаю им гневливых слов,
Ведь я — в неволе.
Где кличи боевые, звон мечей?
Нет никого. Не слышу я речей,
Что призывали бы — спасем его скорей...
Без неба синего и золотых лучей,
И боль в груди сильней и горячей...
Ведь я — в неволе.
Сестра-графиня, пусть хранит Вас Бог.
Меня Он, правда, уберечь не смог.
Ему служил — но был Он слишком строг...
Простите же. Печален мой рассказ.
Я вас люблю, поверьте, и сейчас.
1192
В 1192 году английский король Ричард Львиное Сердце возвращался на родину из Святой земли. Один из вождей Третьего Крестового похода, он был личностью, безусловно, яркой — не зря слава его пережила столько веков. Его называли король-рыцарь — за воинскую доблесть и за благородство (в тогдашнем представлении, разумеется). И вот этот благородный и популярный король, путешествовавший, как и полагается истинному рыцарю, в сопровождении нескольких спутников и налегке, вдруг пропал. Ни писем на родину, ни сведений о его передвижениях — ничего.
Через год стало известно, что король попал в плен к своему злейшему врагу — эрцгерцогу Леопольду Австрийскому, затем передан германскому императору Генриху, еще одному врагу Ричарда.
Английский король был отпущен спустя какое-то время — за огромный выкуп.
Во время пребывания в плену Ричард написал несколько стихотворений, одно из которых — «Кансона» — дошло до наших дней.
Несмотря на то что Ричард Плантагенет был английским королем, английского языка он почти не знал, родным его языком был французский.
Из еврейской поэзии (идиш)
Гирш Глик
Гимн еврейских партизан
Не тверди, что мы идем в последний путь,
Облака накрыли нас — о том забудь.
Барабан призывно бьет,
А мы с тобой идем вперед,
В бой святой, желанный бой
Идем с тобой.
Бросим осень и уйдем в снега зимы.
Снежным полем здесь пойдем в сраженье мы.
Белые снега теперь
И наша кровь окрасит — верь:
Не сгорят отвага, честь,
И наша месть!
И рассвет прогонит прочь вчерашний день.
И в ночи растает враг, как будто тень.
Если утро не придет,
Так с песней мы пойдем вперед —
Сыновей мы призовем
На штурм и слом!
В ней не птичий крик звучит — снарядов свист.
Запиши ее — огнем вдруг вспыхнет лист.
Свет очертит нашу роль,
Ведь мы несем святую боль.
Наша песня поведет
Других вперед.
Не тверди, что мы идем в последний путь,
Облака накрыли нас — о том забудь.
Барабан призывно бьет,
А мы с тобой идем вперед,
В бой святой, желанный бой
Идем с тобой.
1943
Марк Варшавский
Жалобы мельника
Проходят годы — пшено да просо,
А я опять мелю зерно.
Минуты льются, стучат колеса...
А мне как будто все равно.
А надо мною грачи смеются,
Судьба глумится — я мелю. 
