Даниэль Брэйн – Добрая мачеха (страница 9)
Холодно, голодно и, пожалуй, почти безнадежно. Я слушала ровное дыхание Дарьюшки, невнятный шепоток Серафимы, иногда доносилось хрюканье свинки в сарае и вой ветра, но ни крика, ни тяжелых шагов, ни ругани. Я надеялась, что завтрашний день что-то поправит, и уснула, не до конца понимая, что что-то в моей жизни не задалось.
Старуха вставала раньше петухов, потому что ее гневный вопль я услышала раньше, чем кукареканье.
– Марьяшка! А, ленивая паскуда! Дом с вечеру не убрала!
– Лежи и спи, – шепотом на ушко велела я зашевелившейся Дарьюшке, и не то чтобы я торопилась вылезать из-под теплого одеяла сама. – Никто сюда не придет. Спи.
Старуха продолжала верещать, стучала палкой, Акулина подняла голову от подушки, и ей я тоже приказала спать. Не проснулась одна Серафима, странная, не от мира сего девочка, но, может, так в принципе проще жить – ничего не видя, ничего не слыша, мало что принимая во внимание.
– Я твое платье надену, – пояснила я Акулине в ответ на ее изумленный взгляд, едва я, стащив с себя свою рванину, полезла шарить в шкафу. Моя бесцеремонность ей не понравилась, она скривилась, но ничего не сказала и отвернулась, очевидно, решив, что раз я позволила им всем дрыхнуть, то лучше не лезть на рожон, а то погоню и в сарай, и еще на какие работы.
Не то чтобы я думала о каких-то работах вообще. Старуха доползет до столовой, увидит мертвого сына и…
– Марьяшка! А, висельня! А ну подь сюды!
– Спать! – рявкнула я на заворочавшуюся Серафиму, пытаясь натянуть на себя платье. У меня не было никаких сомнений, что это все чьи-то обноски, отдали люди добрые от сердца девкам-нищенкам, причем, судя по шнуровке спереди, платья принадлежали прислуге… Какая же нужда заставила Марьяну выйти замуж за такую перекатную голь, как Антип?
Что-то маленькое и невесомое свалилось на пол и запрыгало, первой мыслью было отмахнуться, потом я вспомнила про кольцо, которое отдала мне Серафима, не бог весть что, продашь – не разжиреешь, но каждая копейка на счету, и я шлепнулась на колени, внутренне воя: старая карга горло дерет, сейчас наткнется на Антипа, пол ледяной, а я не могу бросить это кольцо, но, к счастью, я нащупала его практически сразу, повертела в пальцах, скрипя зубами от досады. Я опять потеряю кольцо, исхудала так, что оно на пальце не держится. Взгляд упал на бесхозную ленточку, я сдернула ее, продела в кольцо и надела ленту на шею.
– Марьяшка! Да что тебя, подлюку, лупить как козу сидорову? А отлуплю!
Пока я одевалась, жутко замерзла и сбегала вниз, пыхтя на озябшие руки. Старуха все вопила, но без азарта, больше для того, чтобы всех перебудить, и мне это казалось подозрительным. Антип же был мертв, он не мог очнуться, встать и уйти спать? Или мог?..
– Ах, дрянь-то какая! – обрадованно встретила меня старуха. Ради разнообразия она была в некогда белой рубахе и белом же халате, но сейчас черт разберет, что за цвет – все в желтых пятнах, наверное, чай пролила или руки вытирала. Ну да, ну да, старуха подошла ближе, и я еле удержалась, чтобы не зажать нос. – Чегой морду воротишь, а, подлая? В глаза мне смотри, выбесок! А? Я кому сказала – в гла…
Может, она и надеялась начать утро с того, что взгреет меня своей палкой, но я послушалась, взглянула ей в лицо, и старуха захлебнулась. Постояла, сжимая палку, и отступила на пару шагов, вспомнив, наверное, что вчерашняя Марьяша ей не пригрезилась и это лихо лучше повторно не будить.
Конец ознакомительного фрагмента.
Текст предоставлен ООО «Литрес».
Прочитайте эту книгу целиком, купив полную легальную версию на Литрес.
Безопасно оплатить книгу можно банковской картой Visa, MasterCard, Maestro, со счета мобильного телефона, с платежного терминала, в салоне МТС или Связной, через PayPal, WebMoney, Яндекс.Деньги, QIWI Кошелек, бонусными картами или другим удобным Вам способом.