Дана Стар – Тайная дочь президента (litres) (страница 24)
Глава 13
Дом у Армена оказался скромным, но чистым. Внутри пахло специями и выпечкой, царил уют. Сразу видно, чистоту здесь поддерживают заботливые женские руки.
Семья Наджарян встретила меня тепло и даже предложила кров. Я очень удивилась их гостеприимству, особенно удивилась Нарине, которая смотрела на меня с интересом, но без укора или ревности – всё-таки это её муж привёл меня к ним домой.
Вскоре я поняла, они на самом деле сильно любят друг друга, поэтому доверяют. А я думала, любовь – выдумка. Небылица, которая живёт по-настоящему только в красивых сказках на страницах любовных романов. Их отношения заставили меня задуматься и не ставить закостенелый крест на моих представлениях о чувствах, верности, любви.
Армен рассказал жене мою историю, та слушала внимательно, качая головой, периодически цыкала. Эти добрые люди накормили меня до отвала вкусной едой, мне опять захотелось расплакаться от счастья. Это просто гормоны… Я уже начинаю осознавать, что в моём организме начинают происходить удивительные изменения. Семье Наджарян я не говорю, что в положении. Вдруг их это смутит?
– Наринка моя на части разрывается! Иной раз присесть, дух перевести некогда, а ты, если хочешь, можешь поработать у нас. Ты же ищешь работу? – неожиданно спрашивает глава семьи.
– Да ищу. Дом, работу…
На улице, тем временем, темнеет, становится прохладно. Я вспоминаю, что, заговорившись с Арменом и Нарине, так и не нашла ночлег.
– Вот и отлично! Мы держим овощную лавку на рынке, я хочу ещё рядом обувной открыть, как раз ищу продавца на замену. Согласна?
Кажется судьба сжалилась надо мной, послав в помощь этих замечательных людей. Просто чудо какое-то.
– И с детьми можешь тоже нянчится, – добавляет Нарине, радуясь тому, как детвора облепила меня со всех сторон, ни на шаг от меня не отходят даже сейчас, когда мы пьём чай на заднем дворе их дома. – Для меня это будет большая помощь! Гляди, как им понравилась!
Я не могу отказать этим милым людям, тем более, когда уже слишком поздно. Понимаю, что к ним лежит душа и интуитивно чувствую, что они не причинят мне вреда. Я словно знаю их полжизни.
Проходит время. Я обживаюсь в новом городе, в доме семьи Наджарян, помогая им то по хозяйству, то по работе. Трудиться в овощной лавке тяжелее всего, но ещё тяжелее скрывать свою беременность. Всё-таки я решила им об этом признаться, пора бы! Животик скоро подрастёт, скрывать секрет дальше не выйдет, хотя я подозреваю, что Нари догадывается, как никак она мать троих!
Первый триместр прошёл, я держалась, как могла. Слабость, сонливость, запахи некоторые раздражали, утренняя тошнота – думала, это никогда не закончится. На четвёртом месяце меня начало отпускать. Пока однажды не случилось опасное происшествие, которое едва не отняло у меня единственное и самое ценное, что у меня есть, что я берегла и хранила под сердцем.
День выдался пасмурным и дождливым, на рынок в овощную лавку прибыло много товара. Обычно Армен не позволял мне носить тяжести, но сегодня грузчик не явился на смену, не могла же я бросить товар под дождём?
Там совсем немного было овощей, да и коробки не такие тяжёлые. Перетащила их быстро, через полчаса почувствовала недомогание. Мир закружился перед глазами, всё вывалилось из рук.
Я услышала, как за моей спиной закричала какая-то женщина, а потом провалилась в темноту…
Открываю глаза, опять вижу белые стены. У меня дежавю? Ноздри раздражённо щекочет знакомый запах больницы, а в вене торчит игла. Я чувствую невыносимую слабость, и так сильно хочется спать…
– Очнулись?
Вижу незнакомую полную женщину, что возится с системой, меняя на ней пакет.
– Что со мной? – нервно сглатываю, чувствуя во рту вкус металла.
– Переутомление. Вы едва не потеряли ребенка.
В ужасе хватаюсь за живот, начиная часто дышать.
– Всё в порядке, пожалуйста, не волнуйтесь! Кстати, к вам посетители. Ваши родственники, что ли? Вход в палату разрешён только одному члену семьи, другу или родственнику. Сейчас кого-нибудь приглашу, ибо это невыносимо, ваша родня армянская мне всё отделение скоро разнесет.
– Переживают, – виновато комментирую я, а она хмыкает. Разворачивается, торопливо цокая на каблучках к выходу.
Похоже, сейчас мне влетит.
– Аш! – бранится Нари, влетая в палату. – Почему не сказала? Почему не сказала, что ребёнка носишь? Ай-й! – размахивает руками, бранясь. – Работать нельзя беременным много! Дурочка, Полина!
Она садится рядом со мной, с горечью в голосе принимается то отчитывать меня, то утешать, гладя мою холодную, бледную руку.
– Я в порядке, врач сказал, что опасность миновала.
– Повезло тебе, дитя, бог миловал… Отдыхай, я пойду в магазин за фруктами. Бледная ты такая, худенькая. Ай-яй! Куда тебе ещё ребёночек такой несчастной?
– Не стоит.
– И не подумаю тебя слушать! – буркает Нари, направляясь к двери.
В палату опять входит медсестра, неся в руках судочек со шприцами. Сделав укол, добавляет напоследок:
– Душновато тут у вас, не буду пока дверь закрывать.
– Спасибо.
Становится намного лучше, я не замечаю, что постоянно держу ладонь на животе. Сегодня испытала настоящий страх, какой не испытывала ещё никогда, но как я счастлива, что всё обошлось.
Дверь в палате нараспашку, прямо напротив меня пост медсестры и небольшой уголок с диванчиком, рядом с которым на стене висит телевизор. Сейчас транслируются новости: молоденькая ведущая в синем пиджаке и белой блузке подводит итоги дня.
– А теперь о других новостях на сегодня! Александр Александрович провёл важный благотворительный вечер в одной из своих летних резиденций…
Не знаю почему, но что-то заставило меня напрячься и более внимательно вслушаться в речь телеведущей.
– Особым гостем на приёме оказался Николай Власов и его сын – Владимир Власов, чьё состояние на сегодняшний день впечатляет. Услышав так хорошо мне знакомую фамилию, я, незаметно для себя, с силой сжала больничные простыни пальцами, почти проткнув их до дыр.
Дальше мелькают кадры роскошного интерьера, где всё в золоте, сияет так, что больно глазам, где джентльмены в дорогих костюмах, а женщины в ослепительных платьях, важно расхаживают по богато убранному залу, приторно улыбаясь друг другу.
Внезапно камера показала его…
Влад стоял рядом с обворожительной, изящной брюнеткой в красивом кремовом платье. Положив руку ей на талию, увлёк за собой в танец.
– Спокойно Поля, спокойно.
Он с другой девушкой. Прижимает стройное тело к себе, властно сжимая пальцами талию. Смотрит на неё сдержанно, а она смущённо улыбается, невинно краснея. Наклоняется ближе, что-то шепчет ему на ухо и хихикает, продолжая как бабочка изящно порхать перед ним.
Быстро отворачиваюсь, словно получив хлёсткую пощечину.
Мне это не нужно! Я не должна смотреть! Не должна страдать и нервничать ради ребёнка! Кто-нибудь, прошу! Немедленно выключите! Просто прекратите всё это, сейчас же…
– Наши корреспонденты отметили, что Владимир Власов пользовался особым вниманием президента. По слухам, Александр Александрович уже подыскивает супруга для своей единственной дочери: умницы, красавицы – Елизавете Авдеевой.
Сделав глубокий вдох, я накрыла ладошкой живот, и внезапно почувствовала странную дрожь… Мой малыш впервые толкнулся.
– Поздравляем, у вас девочка!
Где-то вдали слышатся слова акушерки, хотя она стоит в шаге от меня, но я настолько обессилена и измучена, что нахожусь в каком-то пограничном состоянии, между обмороком и бодрствованием.
На интенсивно вздымающуюся грудь ложится тёплый, крохотный комочек, который начинает истошно кричать.
Как же быстро летит время! Еще будто только вчера я держала положительный тест на беременность в руке и не знала, как реагировать на шокирующую новость, а сейчас держу на руках живого человечка, которому дала жизнь.
– Маленькая моя…
Теперь сквозь улыбку по щекам хлещут слёзы, я смотрю на неё, такую маленькую, такую чудесную и вся боль, все те кошмары, через которые я прошла сегодня забываются.
– Моя сладкая, красивая девочка, – касаюсь дрожащими губами крошечной головки, трепетно целуя дочь.
Роды были долгими, изнурительными, преждевременными. Я родила почти на месяц раньше из-за того, что у меня резко отошли воды. Хорошо, что Армен был дома, он как раз копошился в саду, сажая картошку, бросил лопату, когда я закричала, и побежал заводить машину.
Малышка родилась здоровой, но худенькой. Главное, что всё у нас будет хорошо! Она рядом, со мной… Я так долго ждала этой встречи.
Акушерка ненадолго забрала ребёнка, чтобы провести необходимые процедуры, вернула мне её аккуратно завернутую в чистую пелёнку и задала важный вопрос.
– Как назовете?
– Вера. Мне нравится имя Вера.
В честь того, что только благодаря ей я не опустила руки даже в самые тяжёлые, безвыходные минуты жизни. Да, я верила в чудо, верила в лучшее… Она была и есть мой единственным, настоящим смыслом жизни. Моим стимулом, мощной мотивацией двигаться только вперёд.
– Очень красивое имя.
Малышка кряхтит, открывает ненадолго глаза и смотрит точно на меня. Дыхание перехватывает. Она копия Влада! Смотрю на неё и вижу его. Вижу его ледяные, бездушные глаза, в которых можно утонуть. В моей жизни начинается новое испытание. Я поклялась забыть Влада, поклялась не вспоминать о нём никогда, даже на секунду, но как не нарушить свою клятву, если она, моя дочь… его дочь! Будет постоянно мне о нем напоминать.