Дана Мюллер-Браун – Свет в твоей душе (страница 43)

– Тогда я хочу пойти с тобой.

– Это опасно. И…

– Еще опаснее для тебя будет, если я тоже пойду?

Он улыбается:

– Я не боюсь тебя, Навиен. Я уже говорил это раньше. Я быстрее тебя.

Я приподнимаю брови, подхожу к нему ближе, хватаю у него из-за пояса нож и хочу показать, что могу ударить его в живот, но вдруг он уже держит меня за запястье, а другой рукой отбирает нож. Он рывком притягивает меня к себе. Я оказываюсь прижата к его груди. Он снисходительно усмехается.

– Как я уже говорил, я быстрее, малышка, – шепчет он.

Я чувствую его дыхание у себя на лбу и смотрю в зеленые глаза, которые сверкают, будто он хищник, подстерегающий добычу.

– Я всего лишь хотел сообщить тебе, что это может быть опасным. Ты всегда можешь отправиться со мной куда-нибудь, если ты этого хочешь. Но ведьмы не самые лучшие представители нашего времени.

Он снова отпускает меня, но выглядит так, будто ему нелегко это сделать.

– Мне всегда хотелось встретиться с ведьмой, – отвечаю я, пожимая плечами.

Марви улыбается, и я вижу его белые зубы.

– Ты никогда раньше не слышала о существовании ведьм, верно?

– Да, – киваю я и тоже улыбаюсь.

– Тогда… – начинает Марви, и внезапно между нами повисает странное напряжение и неловкость. Но это неудивительно после того, как он подслушал мое признание Миелу, что я люблю Марви и знаю его всю жизнь. – Пойдем. Но Серра будет не в восторге.

Как и ожидалось, Серра не в восторге от идеи взять с собой того, кто хочет убить Марви, тем не менее она соглашается.

Эсп тоже отправляется с нами, а Аро остается, чтобы быть при Эрелии и Миеле.

На этот раз я лечу на спине Серры. Для Марви это было бы слишком опасно.

– Она живет в царстве света? – спрашиваю я, когда мы оказываемся в зимнем белом лесу.

Серра спихивает меня со спины и закатывает глаза.

– Конечно нет. Она демон.

Она отвечает мне с раздражением.

Но я не обижаюсь на нее. Нельзя быстро простить человека за то, что он чуть не убил твоего друга.

– С зимой граничит княжество Высокомерия. Старуха живет там.

– Тебе лучше придержать язык перед ней. Ты же знаешь, что она может сделаться довольно неприятной, – вмешивается Марви и украдкой оглядывается.

– Может сделаться? Она и так отвратительна, называю ли я ее старой, уродливой или злобной, что, кстати, соответствует истине, или не называю.

Последние слова она почти выкрикивает, потому что Марви исчезает между деревьями. За спиной я слышу смех Эспа.

– И тут она права…

– Тем не менее нам нужна ее помощь, – говорит Марви, выходя из-за дерева.

Я почти пугаюсь, потому что он возникает рядом очень неожиданно.

– Да, дорогая, прекрасная ведьма, эта девушка рядом с нами – демон, она одержима и хочет убить правителя ангелов и, следовательно, всего царства света. Пожалуйста, дайте нам противоядие, милостивейшая.

Серра снисходительно смеется:

– Вряд ли из этой затеи будет толк, Марви. Ей наверняка очень хочется увидеть падение мира света.

– Почему? – заинтересованно спрашиваю я.

Серра удивленно на меня смотрит:

– Почему? Потому что все демоны хотят увидеть гибель царства света. Чтобы подземный мир смог воцариться на земле.

– Но почему все демоны должны этого хотеть? Я этого не хочу, и многие другие герои тоже не хотят. Думаю, что квири или кто-то вроде Рикки на празднике в Устерсе тоже не хотели бы этого.

Серра долго смотрит на меня. Только сейчас я начинаю понимать, что она действительно считает демонов в корне злыми. Или просто уверена, что все они хотят, чтобы подземный мир и все его создания воцарились на земле. Но почему она так думает? Ведь на самом деле она знает, что я не такая. Она сама сказала, что поняла, почему Марви меня любит. И почему он поверил в меня. Почему это не может относиться и к другим созданиям подземного мира?

– В любом случае эта ведьма точно не союзница ни нам, ни Марви. Она использует теневую магию, и, если подземный мир победит, она станет еще сильнее. Так что это даст ей еще больше власти. В конце концов, кто от такого откажется?

Я решаю не возражать, что я бы от такого точно отказалась. Марви и Эсп, которые, похоже, предпочитают держаться подальше от Серры из-за ее явно плохого настроения, ушли вперед, и мы с ней идем сзади одни. Она что-то бормочет себе под нос, на что я стараюсь не обращать внимания. Возможно, она снова сочтет это одной из моих слабостей. Потому что я всегда позволяю с собой так обращаться, но… независимо от того, нашла ли я себя – или, может быть, именно потому, что нашла, – я веду себя так же, как раньше.

На этот раз ее поведение даже вполне оправданно – я почти зарезала ее лучшего друга. Человека, чьи чувства и боль она ощущает. Я понимаю, что не вызываю у нее добрых чувств. Но я знаю Серру и понимаю, что ей просто нужно время, чтобы оттаять.

– Как прошел ваш разговор с Миелом? – наконец спрашивает она, и я слышу в ее голосе попытки примирения.

В этот момент я понимаю, что раньше никогда не стала бы просто ждать, пока она успокоится. Я помню более решительную и жесткую версию себя, которая дала Миелу по голове. Мне хочется верить, что сейчас я действую иначе не из-за теней во мне, а потому, что чувствую настоящую связь с Серрой и Марви. Ничто в моем теле не реагирует на нее как на врага. С Лираном и Миелом всегда было по-другому. И если честно, с Авиелл тоже.

Но с Серрой… Это скорее похоже на то, что она настоящая подруга, и сейчас она справедливо на меня злится. Не потому, что я противоречила ей или действовала против ее воли. И не потому, что я не такая, какой она хочет меня видеть. Нет. Серра чувствует, что я разрушила ее доверие. Но она знает, что это была не я. Ей нужно время, чтобы осознать это и почувствовать сердцем.

– Не так, как я ожидала, – честно говорю я.

Серра бросает на меня вопросительный взгляд. Я смотрю в ее зеленые глаза, на ее веснушки, на которые падает отражающийся от снега лунный свет. Постепенно черты ее лица снова становятся мягче.

– Я думала, что будет больше чувств. Они были, но… теперь мне просто интересно, были ли они когда-нибудь настоящими.

– Ты о своих чувствах? – мягко спрашивает она.

Я киваю, чувствуя себя глупо. Что, если я действительно была просто маленькой девочкой, которой понравился первый парень, уделивший ей немного внимания? Как я могла полюбить его и Лирана, а теперь так быстро полюбить кого-то другого? Кто теперь сможет воспринимать меня всерьез?

– Думаю, большинство людей не хотят понимать, что чувства становятся по-настоящему искренними, только если на них отвечают взаимностью.

Я невольно вспоминаю все любовные истории, которые мне так нравилось читать и над которыми смеялся Миел. И не могу вспомнить ни одной, где речь шла бы о безответной любви или любви, когда один из двоих лжет. Там всегда была только обоюдная любовь, которой мешали обстоятельства.

– А чувства действительно не настоящие, когда другой человек не чувствует того же или ведет себя нечестно?

Серра хохочет. Но это не снисходительный смех надо мной, это больше похоже на то, что она смеется над собой.

– Это имеет огромное значение, Навиен. Наверное, это самое главное.

Она вздыхает. И снова это выглядит так, будто ей больно, что кто-то когда-то сказал ей именно эти слова.

– Любовь причиняет боль и иногда бывает всепоглощающей. У них обоих были чувства к тебе. Но ваша связь никогда не становилась глубже. Они не доверяли тебе свои страхи и не хотели услышать о твоих. Чтобы защитить тебя от них. Каждую секунду своей жизни. Ни на одного из них ты не могла бы взглянуть и увидеть, как сильно он тебя любит. С каждой твоей морщинкой. С каждым пятнышком у тебя на лице, с каждой твоей особенностью. Никто из них не выбрал тебя из тысяч других. А когда выбирают, чаще всего ты даже не знаешь почему. Но стоит тебе только взглянуть на этого человека, как ты понимаешь, что у него есть миллион причин. В его глазах тысячи маленьких искорок, и все они там только из-за тебя. И он даже не может объяснить, почему он любит тебя так сильно, что весь мир для него внезапно обретает смысл.

Серра замолкает, тяжело дышит, сжимает губы, а потом смотрит на меня.

– Это огромная разница. Любовь к кому-то, с кем ты не можешь быть вместе, может подарить тебе множество эмоций. Но любовь к тому, кто любит тебя так же сильно, – величайший дар в мире.

Я смотрю на нее. Сами того не заметив, мы перестали двигаться вперед и остановились. Только благодаря ее словам я по-настоящему понимаю, что чувствую. То, что я уже ощущала, когда выпустила из темницы Марви.

Возможно, тогда я сама еще не могла точно осознать свои чувства к нему, потому что слишком много эмоций вызывали отношения с Миелом и Лираном. Но я уже тогда знала, что мне очень нужен он и его чувства ко мне.

Я подхожу к Серре и беру ее за руку. Ищу ее взгляд. И когда вижу ее глаза, в них стоят слезы.

– Что случилось с твоим избранником?

Она кривит губы в сдержанной усмешке. Затем пожимает плечами, будто это все не так важно. Но по этому короткому небрежному жесту я понимаю, насколько это для нее серьезно и болезненно.

– У нас не хватило сил создать новое княжество и одновременно спасти всех.

Серра пожимает мне руку, потому что точно знает, что эта информация имеет ко мне непосредственное отношение. И к пророчеству Марви обо мне. Итак, они обменяли ее любовь на его чувства и на свое будущее. Я замечаю слезинку, которая слетает с ее век и скатывается по щеке.