Дана Мюллер-Браун – Свет в твоей душе (страница 35)

– Вьюнок была с тобой связана. Я бы услышал. С задержкой, конечно, но… я бы пришел. Я и приходил. Только, к сожалению, ты ни разу так и не позвала меня. Это задевает мою гордость.

Я хихикаю. Как маленькая девочка.

– Честно говоря, ты всегда оказывался рядом в нужные моменты. Когда я хотела бы тебя видеть.

Он фыркает.

– В последний раз… – лицо у него мрачнеет, черты словно каменеют, – я бы хотел оказаться там раньше. Но у меня была встреча, которую я не мог отложить.

Он шипит что-то, чего я не понимаю. Я почти уверена, что это ангельский язык. Тот, на котором написаны апокрифы.

– Что это была за встреча? – с любопытством спрашиваю я. Наверное, она была очень важной.

– Как ты уже знаешь, Золотое перо любит делать своих последователей одержимыми.

Я вспоминаю Ка и Ларакая, братьев Лирана, которые тоже были одержимы и принадлежали к этому союзу. Лиран просто поставил на них крест, будто их нет, и теперь мне это кажется бессердечным.

– С тех пор как я вернулся на землю, я пытаюсь собрать о них информацию. Вожак у них Аарон, князь Зависти, – продолжает Марви.

– Аарон сотрудничает с Золотым пером и хочет свергнуть князей?

Меня это потрясло, хотя на самом деле нечто подобное должно соответствовать его смертному греху. Кто, как не человек, постоянно испытывающий непреодолимую зависть, захочет лишить трона всех остальных князей, чтобы править в одиночку?

Я пытаюсь вспомнить Аарона, которого я видела в саду у Сантоса, но этот князь всегда был очень сдержанным. Мне даже кажется, что он почти ничего не говорил.

– Халем – его союзник. Но мы оба понимаем, кто из них главный.

Уголок рта у него приподнимается, и я, смеясь, соглашаюсь. Князь Лени ленив и медлителен. Больше всего ему нравится ничего не делать. Однако если он увидит возможность остаться единственным князем рядом с Аароном, то наверняка будет не против.

– Чего хочет это Золотое перо? Они действительно не могут стать для нас проблемой?

Я задаю вопрос, зная, что получу полный ответ. Когда такое было в последний раз? Мне не нужно резко, зло или гневно допытываться. Я просто задаю вопрос. Как союзнику. От этих мыслей у меня теплеет на сердце. Меня вообще довольно быстро можно растрогать. Но сейчас все действительно так. Со мной такое впервые. Нат и остальные всегда держались от меня подальше. Они тоже были героями, но… ну, в общем, я – это я. Авиелл никогда не давала мне поговорить с собой по-настоящему. Князь и его супруга – тем более.

Лиран… Лиран так и не ответил на мои вопросы. Никто. Только Марви. И не только сейчас, нет. Еще и раньше. Почему мне это стало ясно только сейчас? Он просил меня пойти с ним. Сказал, что Лиран нехороший человек. И все же позволял мне решать самой. Всегда.

Так почему сейчас я не должна ему доверять? Почему не должна исполнить его просьбу отправиться с ним в княжество Истины? Может быть, именно там я найду ответы на свои вопросы.

– Золотое перо – это союз дворян, которые хотят свергнуть князей. Я не совсем понимаю роль Аарона и не знаю, присоединился ли он к ним просто для того, чтобы его самого не свергли, или у него есть свои причины.

Он делает вдох и выдох, словно приводя в порядок мысли.

– Они говорят, что нашли в секретной библиотеке княжества Истины один апокриф. Это для меня основная причина посетить княжество. Ты тоже знаешь, где эта библиотека.

Я киваю. Я была там в ту ночь, когда на мое княжество напали. Когда я защищала Авиелл. Тогда я и увидела там все эти апокрифы.

– В этом конкретном апокрифе говорится, что одно из княжеств однажды станет настолько могущественным, что подчинит себе все остальные. И они хотят это предотвратить. Так что все это довольно просто. Властолюбивые мужчины, которые хотят еще больше власти, в союзе с властолюбивыми мужчинами, которые любой ценой не хотят свою власть потерять. Той ночью они хотели твоей смерти. Потому что узнали, что именно ты будешь править и способна выиграть войну. Поэтому они и послали людей. В том числе Ка и Ларакая.

Я поднимаю брови, удивившись, что он знает их имена. Хотя чего не знает Марви? Возможно, он знает вообще все.

– Одержимые способны убивать – грамотно, точно и расчетливо. Я думаю, они были уверены, что убьют тебя. Но приняли за тебя Авиелл, и ей повезло, что из-за твоей травмы порвалась связь и твой свет был выпущен на свободу. Тогда мир света пробудился. Ангелы снова появились на земле и… да, большинство из них проснулись в нашем дворце. Однако я оказался совсем рядом с тобой и услышал, как она закричала. Я…

Он запинается, будто ему больно вспоминать, тогда я беру его за руку, лежащую на столе, и смотрю на него. Ему требуется несколько мгновений, чтобы ответить мне взглядом, и вдруг я замечаю у него в глазах обуревающие его противоречивые чувства.

– Я был голоден, хотел пить. Я был… погружен во тьму. Меня все еще мучили последствия пребывания в преисподней. Но было нечто другое, и оно было сильнее. Твоя боль. Твое желание встать и защитить ее. Она была всем. Для тебя и, следовательно, для меня. Я убил Ларакая, а Авиелл осталась жива.

Я глубоко вдыхаю. Я знала, что многое в тот вечер было частью плана Лирана и Авиелл. Но еще я знала, что они не рассчитывали на появление Ка и Ларакая. Они могли все разрушить. По крайней мере, загубить роль Авиелл во всей этой драме. Так что вмешательство Марви было удачей для нее. Иначе она погибла бы из-за их с Лираном плана. От этой мысли у меня начинается жжение в груди. Тьма снова тянет меня за собой. Как будто все негативные мысли об Авиелл и Лиране только усиливают тьму.

– Спасибо. – Это все, что я могу и хочу сказать по этому поводу. Независимо от того, что произошло потом и какой стала Авиелл без связи наших душ. Тогда я так хотела, чтобы кто-нибудь спас ее вместо меня, и теперь я благодарна и рада, что Марви это сделал.

– И о чем же вы говорили на этой встрече?

Марви прочищает горло.

– Аарон хотел, чтобы я или, скорее, царство света стало его союзником. Против князей.

– Но разве это не то, чего ты сам хочешь?

– Я? – переспрашивает он с грустной улыбкой. – Я не хочу взваливать на себя это бремя. Еще должен сообщить тебе, что здесь ты принимаешь решения, Несущая свет. Тебе принадлежит власть.

– Нет. Я… нет. Я не могу этого решать.

– Тогда ты должна выбрать кого-то, кто будет принимать решения. Но без тебя или твоего доверенного лица я не стану принимать ни одного решения.

Он ободряюще улыбается, а мне больше всего хочется заорать.

– Кроме того, они не наши друзья. Это больше походило бы на договор с дьяволом. Они просто хотят укрепить свою власть и для этого используют золотое перо. Я его видел. В стеклянном ящике. – Марви пренебрежительно усмехается. – Думаю, оно принадлежало Уриэлю. – Теперь его голос становится мягким и ласковым. – К счастью, они ничего не знают о его силе. О его настоящей силе.

– Целебные свойства? – спрашиваю я шепотом. Не потому, что я думаю, что нас кто-то подслушивает, а потому, что это наш с ним секрет. И это приятно чувствовать.

Он приподнимает уголок рта.

– Я уверен, ты заметила, что перо не только исцелило. – Он смеется. – За что я еще не извинился. Потому что оно нас с тобой связало. Если эти ублюдки свяжут себя с Уриэлем и его властью, то…

Он больше ничего не говорит, и, честно говоря, я этому рада. Не хочу знать, какой ад разразится, если они сумеют по-настоящему использовать золотое перо архангела.

– В общем, когда я сидел за столом с Аароном, я вдруг услышал крики. Сначала Вьюнка. Вскоре после этого я почувствовал тебя. Твою боль. Твой гнев. Твою волю. Я закончил разговор так быстро, как только мог. Но… недостаточно быстро.

– Я пойду с тобой. Давай отправимся прямо сейчас, – твердо говорю я, сжимая его руку.

Он растерянно моргает:

– В княжество Истины?

– Конечно. – Я сдержанно усмехаюсь. – Или у тебя намечены другие места для совместной вылазки?

– Это мы обсудим после окончания войны.

Он бросает на меня ласковый взгляд:

– Могу ли я использовать свет? Или ты хочешь лететь? Нам туда всего полчаса лета.

– Лучше свет. Может быть, на этот раз я не потеряю сознание.

Он смеется, и нас уже окутывает свет. Сознания я не теряю. Даже когда снова чувствую под собой землю и открываю глаза.

В следующий момент я уже смотрю в лицо своей матери.

Глава 13

– Княгиня? – спрашиваю я, потому что не уверена, в сознании я или мне это мерещится.

Моя мать и мать Авиелл погибла. Сама я этого не видела, но Ави сказала, что мать и отец убиты. Как же…

– Навиен.

Ее голос звучит как обычно. Так же, как он звучал, когда я была еще ребенком и она иногда брала меня к себе. Тайком, чтобы никто не заметил, но… тогда я могла быть с ней рядом.

Я смотрю на Марви. Какое-то мгновение в моем взгляде читается укор. Будто он сделал это специально, зная, что она здесь будет. Но мне даже не нужно видеть его ошарашенное и испуганное выражение лица, чтобы понять, что он никогда бы не сделал такого, не предупредив меня.

– Ты осталась жива? – спрашиваю я, обращаясь к матери Авиелл.

– Меня защитила Аманта, – шепчет она с печалью, и я понимаю, что ее герой погиб.

Я с трудом сглатываю. Стараюсь сохранять хладнокровие и не реагировать на ее нежный материнский голос. Пусть даже она время от времени и звала меня к себе. Но она никогда не была мне матерью. И сейчас я не должна об этом забывать.