Дана Герман – Любовь Шумного (страница 15)
Аня
Больше за смену никаких казусов не произошло, и утром я поехала сразу домой. Впереди два дня выходных, и мне нужно было решить вопрос с ребенком. Но прежде… я должна была отдохнуть.
Морально и физически.
Сил совсем не осталось, и в зеркале я себе больше напоминала приведение, чем живого человека. По бледности я могла бы составить серьезную конкуренцию больничным стенам. Именно такой комплемент мне сделал наш анестезиолог.
Я вышла из больницы и направилась на стоянку. На улице лил проливной дождь, и зонтика у меня, конечно, не было. Ветер хлестал холодными каплями в лицо, и я поежилась, но ускорила шаг.
Добежав до машины, я судорожно открыла дверь, села за руль и тяжело выдохнула. Одежда прилипла к телу, волосы намокли, а холод пробирался до костей. По дороге домой меня начало трясти, а в горле будто разрастался ком, мешая дышать.
Когда приехала к родителям, мама предложила позавтракать, но я отказалась. Я едва доплелась до своей комнаты, рухнула на кровать и тут же провалилась в тяжелый, беспокойный сон. Меня разбудили только к вечеру. Горло саднило, мышцы ломило, знобило так, что я не могла согреться даже под двумя одеялами.
Температура подскочила, и я чувствовала себя разбитой. Родители и сестра заботились обо мне, приносили горячий чай, лекарства, но разговаривать даже с ними не было сил. Я не звонила ни мужу, ни свекрови – просто не могла говорить. Как ни странно, со мной они тоже не спешили связываться, забрали у меня ребенка и теперь ниже травы, тише воды.
Я лежала, глядя в потолок, и чувствовала, как по спине прокатывается липкий страх. Как там мой сынок? Хорошо ли ему? Обнимает ли его свекровь перед сном, читает ли сказки? Или же она уже начала настраивать его против меня?
Через два дня я поняла, что не выйду на работу, ситуация с состоянием здоровья ухудшилась. Горло превратилось в обожженную рану, каждое глотательное движение причиняло боль. Голова была тяжелой, как свинцовая, лоб пылал, а ломота в теле не давала даже нормально повернуться в постели. У меня ангина, и мне пришлось взять больничный. От одного взгляда на телефон бросало в дрожь – звонить кому-то не было ни сил, ни голоса.
В голове крутились мысли, что сначала мне нужно самой восстановиться, а потом уже бороться за ребенка. Меньше всего мне хотелось, чтобы он подхватил заразу. Но сердце разрывалось от чувства вины. Я упускала время. Оно работало против меня. В это мгновение мой сын, возможно, сидит на коленях у свекрови, слушая, как она, понижая голос до жалостливого шепота, внушает ему, что его мать о нем не заботится. Что она непутевая, что ей на него плевать, что у нее есть дела поважнее, чем собственный ребенок.
Мама была со мной полностью согласна, она тоже переживала за Мишу. На пятый день тишины и полного игнора моих сообщений, я настойчиво пыталась дозвониться до свекрови, чтобы узнать, как там мой мальчик, но она сбрасывала звонки. Грише я звонить не стала – не видела в этом смысла. Он давно уже перестал быть человеком, на которого я могла положиться.
Выхода у меня не было, и откладывать больше нельзя. Я глубоко вздохнула, прокручивая в голове возможные варианты разговора, и наконец набрала номер Вики. Мне хотелось понять, как лучше поступить, потому что я не знала, с чего начать. Руки слегка дрожали, а сердце колотилось – мне нужна была ее помощь, совет, поддержка. Хоть что-то, за что можно ухватиться. Ведь я не каждый день оказываюсь в подобной ситуации.
– Вик, привет. Можешь со мной немного поговорить? – мой голос прозвучал хрипло, горло еще побаливало, но меня хотя бы можно было узнать.
– Конечно, Ань. Что случилось? – она сразу насторожилась.
Я вкратце объяснила ситуацию, тщательно подбирая слова. Вика внимательно слушала, не перебивая. Даже через трубку я ощущала ее сосредоточенность, будто она уже просчитывала возможные варианты.
– Влад собирается в командировку, сегодня он улетает, – наконец сказала она. – Давай так, пока его не будет, ты обратишься в полицию. Объясни им ситуацию, посмотрим, что они скажут. Если разведут руками, тогда он подключится, – уверенно ответила подруга.
– Ты уверена? – с нотками сомнения уточнила я.
– Я поговорю с ним, всё объясню, и он обязательно поможет, Ань, можешь даже не сомневаться. Но сначала попробуй пойти по пути наименьшего сопротивления, вдруг тебе сразу помогут? Тогда не придется обращаться к Владу. Я бы на твоем месте так и поступила.
Она была права. В любом случае, если ничего не выйдет, у меня теперь есть запасной вариант.
– Спасибо, Вик, – выдохнула я, понимая, что в случае неудачи, могу рассчитывать на помощь ее мужа.
А потом вдруг вспомнила картину в том доме с вооруженными до зубов головорезами.
Я замялась, не зная, стоит ли об этом спрашивать? Но всё-таки решила узнать.
– Скажи, Вик… Ты знаешь мужчину по имени Ян? Он такой… накаченный, высокий, темные короткие волосы, карие глаза.
На том конце повисла пауза.
– Да, я знаю одного Яна, похожего по описанию, – наконец ответила она. – А что?
Ее голос был странным. Чуть напряженным.
Или мне показалось?
– Вик, что тебя с ним связывает? – попыталась я завуалировать свой интерес.
– Ань, почему ты спрашиваешь? – в ее голосе прозвучала осторожность.
Я сжала телефон, не зная, как сказать. Не могу же я рассказать о том, как оказалась в том доме?! Мне непрозрачно намекнули, что болтать об этом нельзя.
Нужно зайти с другой стороны.
Вдохнув, я всё-таки решилась:
– Он… недавно спас меня от машины, – я выбрала я более безопасную версию. – Она неслась прямо на меня, а потом он сказал, что найдет меня. Если честно, я не поняла зачем, но мы немного повздорили. Я в тот день была не в настроении из-за Гриши, а теперь я боюсь. Выглядел он опасным… как бандит.
Вика вздохнула.
– Если мы говорим о том Яне, которого я знаю, тогда не бойся. Если он будет тебя преследовать или как-то угрожать, скажи мне, хорошо? – твердо заявила Вика.
Меня не покидало ощущение, что она что-то не договаривала.
– Но пока, как я поняла, он больше тебе нигде не попадался и не звонил, так?
– Не звонил? Он не знает мой номер, – напряглась я.
– Пф-ф-ф, – фыркнула она, – без паники, Ань, ты, конечно, та еще язва, но если бы ты его как-то серьезно зацепила, он бы уже объявился. А раз его нет, значит и волноваться не о чем. Мне кажется, зря ты себя накручиваешь. Ты просто перенервничала и свалила всё в одну кучу.
– Ты права, – пробормотала я, хотя на душе не стало легче.
Жаль, что не получилось выяснить, откуда она его знает и что их связывает.
– Когда ты планируешь идти в полицию? – уточнила она, возвращаясь к первоначальной теме разговора.
– Сейчас соберусь и пойду, я и так потеряла много времени из-за болезни.
– Хорошо, тогда набери мне вечером, ладно?
Я подтвердила, что позже перезвоню, еще раз поблагодарила Вику и завершила звонок.
Собравшись с духом, я поехала в отделение полиции.
Когда припарковалась возле участка, внутреннее волнение взметнулось до отметки максимум, заставив пальцы сжать руль до побелевших костяшек. Тяжело вздохнув, я вышла из машины и на ватных ногах направилась в серое двухэтажное здание.
И вдруг – резкий рывок назад.
Что-то грубое и плотное накрыло мою голову, отрезав меня от света и воздуха. В груди вспыхнула паника, я попыталась вырваться, но сильные руки крепко удерживали меня, словно капкан.
– Я так и думал, что к ментам пойдешь, – прошипел знакомый низкий голос у самого уха. – Теперь пеняй на себя, медсестра.
Глава 13
Ян
Вся неделя кувырком из-за одной завистливой твари. Взял же Патрон гниду под крыло, а тот и рад пятки лизать, да время от времени по сторонам поглядывать.
Сколько раз я говорил шефу о Мироне Черных, что этот шакал давно что-то мутит против меня? Дохреналион! Но Патрон не верил и сейчас не верит, что эта паскуда неделю назад продумал и организовал поножовщину в моем же казино. Явился на мою территорию со своей сворой в карты поиграть, ну и меня порешать заодно.
Только не тут-то было!
Да, Дряхлый, конечно, исподтишка всё-таки добрался до меня, но это было последним успешным делом в его жизни. Я жив и почти здоров, а вот его отправили к праотцам. Доигрался в преданного пса перед Черных. Решил переметнуться? Скатертью дорога! На тот свет.
Ребята доложили, что везучего ублюдка нашли полудохлого и отправили в больничку. И по стечению обстоятельств он попал в ту, в которой Аня работает.
У судьбы, конечно, своеобразный юмор. Черный.
Эта девчонка с момента нашей встречи слишком часто начала попадаться на моем пути. В день потасовки, когда ее увезли от меня, я устроил целый допрос, и выяснилось, что они ткнули пальцем в небо. Просто вломились в ближайшую больницу и схватили девку, похожую на врача. Всё!
Второй раз за день она оказывается не в том месте не в то время!
Интересно, за ней с рождения неприятности ходят по пятам, или просто «повезло»?
Не баба, а человек-катастрофа, ей-богу.