Дана Герман – Алмазов. Его любовь (страница 16)
Да и муженек не лучше.
– Мне плевать, кто и за что тебя толкнул. Дерево и кашпо уничтожила ты. И как только найдется запись с камер, я передам ее своим юристам.
Кира побледнела, вцепилась пальцами в подлокотник кресла и замотала головой.
– Я… – она нервно сглотнула, лихорадочно соображая, как выйти из ситуации. – Я… можно воды?
– Пожалуйста, – кивнул я на кулер в углу.
Она метнулась туда, схватила стакан и нервно отпила несколько глотков. А затем, подошла ближе к моему столу, «нечаянно» опрокинула стакан, и вода брызнула мне на брюки.
Я даже не дернулся, только возмущенно приподнял бровь и посмотрел на нее снизу вверх.
– Ой, простите!
Она бросила на меня виноватый взгляд, тут же стянула с шеи шарфик, наклонилась и, не дожидаясь моего разрешения, принялась вытирать ткань на брюках, уделяя особенное внимание моему паху.
– Я такая неловкая, – тараторила она, суетливо вытирая остатки влаги. – Я не хотела, правда, я сейчас всё вытру…
Максим уставился на неё, как на чужую, поднялся с кресла и, открыв рот, не смог выдавить ни слова. Его любовница ползала передо мной, низко склонившись, и всё её внимание было сосредоточено на мне.
– Ты что творишь?! – наконец выдавил он, но голос его звучал тихо и робко, будто боялся, что я замечу его.
Она даже не отреагировала, а лишь продолжила своё нелепое действо.
Я смотрел, как она двигается, заглядывает мне в глаза снизу вверх, словно кошка, выпрашивающая кусок мяса.
Вот она, истинная сучья натура.
Продажная, готовая на всё ради выгоды.
И денег.
Таких, как она большинство.
И вот на это Максим променял Катю?
Любопытно.
– Кис, встань, пожалуйста, и иди сюда, – хмуро сказал Максим, и она встала.
– На колени, – сказал я негромко, но с такой интонацией, что Кира моментально замерла, а затем, тяжело дыша, медленно опустилась на колени передо мной. – Отсосешь мне на глазах у своего любовника?
Максим ахнул, пытаясь схватить её за руку, но я остановил его взглядом.
– Не мешай, – произнёс я ледяным тоном. – Твоя женщина сейчас занята.
Она подняла на меня глаза, полные восторга и преданности, словно собака, нашедшая своего хозяина. Грудь вздымалась от учащённого дыхания, губы приоткрылись, и даже страх сменился неприкрытым восхищением.
Я принял удобную позу и расставил ноги.
– Продолжай, – скомандовал я, и та игриво улыбнулась.
– Кис, ты что творишь? – Максим снова обратился к своей подстилке. – Мы же здесь… вместе… Тебе не стыдно?!
– Да пошел ты, – отозвалась она, схватившись за мой ремень.
Я перехватил ее руку, останавливая этот фарс, чуть наклонился, обхватил её лицо двумя пальцами и заставил смотреть в глаза.
– Меня тошнит от таких, как ты, – сказал я спокойно, сдавливая её щеки пальцами. – Продажная тварь, готовая на всё за деньги.
Она моргнула, дрогнула, но не сопротивлялась.
Я подтянул её лицо ближе и, удерживая её взгляд, продолжил:
– А теперь слушай внимательно. Ты прямо сегодня заберешь заявление и исчезнешь из поля видимости. Иначе завтра я натравлю на тебя своих юристов и устрою тебе такой ад, что не приснится ни в одном кошмаре. Ты поняла меня?
Кира быстро закивала, что-то залепетала в ответ, а потом, собрав все свои вещи, выскочила из кабинета, оставив только запах дешёвых духов и странное чувство тошноты на губах.
В кабинете повисла гробовая тишина.
Максим всё ещё сидел, не в силах сдвинуться с места, потрясённый произошедшим. Его взгляд метался между мной и дверью, но на лице застыла пустота.
– Она… – он замолчал, осознавая, что сказать просто нечего.
Я медленно откинулся на спинку кресла, наслаждаясь его ошарашенным видом. Сейчас передо мной сидел человек, который потерял всё сразу.
Но раз уж он здесь, то я могу получить ответ на один важный вопрос.
– Да, ты всё правильно понял. Она хотела мне отсосать у тебя на глазах, – холодно констатировал я, чтобы как-то его встряхнуть. Пусть дома рефлексирует. – Давай, по делу. Где твоя жена может достать миллион?
Максим заморгал, подбирая слова.
– Миллион? – пролепетал он. – У неё нет таких денег.
– У нее нет, а занять она у кого-то может? Может быть, у родителей, или у богатых родственников, или у друзей?
– Родственники все в других городах, мать на пенсии, друзей нет… Да у неё вообще никого нет! Кроме меня, – неуместно добавил он.
– А у тебя деньги есть? – я наклонил голову.
– Тысяч двести только.
Я прищурился, обдумывая его слова.
Катерине неоткуда взять такие деньги, если не брать кредит.
– Значит, пойдёт в банк, – произнёс я, больше для себя, чем для него.
В голове сложился четкий план.
Я уже знал, что делать. Фото её паспорта у меня есть.
Максим попытался что-то добавить, но я резко поднялся, бросив на него ледяной взгляд.
– Ты ещё здесь? – голос прозвучал, как удар хлыста. – Пошёл вон из моего кабинета.
Он вздрогнул, поднялся и, что-то мямля себе под нос, выскользнул за дверь.
Я подошёл к окну, глядя на безоблачное небо.
Чтобы получить желаемое, я должен максимально усложнить Катерине задачу.
Пожалуй, пора действовать.
Я скинул фотографию паспорта Катерины начальнику службы безопасности, а потом набрал его номер:
– Пробей эту девушку по базе и убедись, что ни один банк-партнёр не одобрит ей кредит в ближайший месяц. Подтвердить получение.
– Принял, – ответил он, и я скинул звонок.