Дана Делон – Коллекция темных историй. Поддайся искушению (страница 12)

– Коне-ечно! – уверенно протянул его друг и поправил козырек. – Гуманность на пике своего развития. Люди в 2020 году в большинстве своем – ярые пацифисты и интернет-герои. Ты не представляешь, что будет, если посреди площадей начнут сжигать людей… поднимутся волнения, хештеги и лозунги разлетятся по всему интернету. Для этого им даже не нужно отрывать зад от дивана. Сейчас быть героем очень просто. И свобода слова помогает, они знают свои права! И без устали об этом напоминают. Так что, будь спокоен, друг мой. Нас могут избить в темном переулке, похитить и продать в рабство, могут попытаться продать наши органы на черном рынке… Но сжигать на костре – нет. Этого точно не случится!

– А что такое «интернет»? – недоумевая, спросил джентльмен и, нахмурившись, добавил: – Я думал, времена рабства закончились. И зачем кому-то наши органы?

– Вижу, ты подготовился к путешествию, владеешь всей информацией и осведомлен об опасностях! – с сарказмом ответил козырек. – Интернет – это место, где каждый считает себя самым умным. А рабство действительно отменили, но в нынешнее время оно просто перешло в подпольный режим. Век гуманности не терпит открытых ущемлений. Все происходит тихо. Не на виду.

– То есть казни и битвы в Колизее в прошлом?

– Увы, да, сейчас развлекаются иначе. Тиндер, Тик-Ток, Инстаграм[3].

– А это что еще такое? Что еще за Тикстограм?

Тот, что в кепке, закатил глаза и спрятал руки в огромные карманы спортивной куртки:

– Не бери в голову, дружище, мы все равно спустились сюда на двадцать минут, у тебя не будет времени на развлечения…

– Но все же, а органы-то зачем?

– Вот закончим дело – и понаблюдай за ними сверху, раз уж ты такой любопытный!

– Вот уж… – обиженно поджав губы, ответил джентльмен. – Буду я еще тратить на них время.

Ангел за всю свою жизнь успел слишком хорошо изучить людей. Он знал, что разочарование всегда идет об руку с очарованием. Боль – с наслаждением. Слезы – с радостью. И такое противоречие у высшего существа вызывало негодование. Ну почему люди просто-напросто не могут выбрать светлую сторону? Почему они так легко идут на поводу у слабостей? И наконец, зачем грешат ради мимолетных утех? Он действительно не понимал, однако не поэтому не наблюдал за ними. Ангел бы никогда никому не признался, но он испытывал зависть и ему было очень стыдно за это чувство. Вот как можно смотреть на людскую жизнь, полную взлетов и падений, и не испытывать зависть?! Как можно смотреть на весь этот водоворот чувств и эмоций и не хотеть испытать хоть на мгновение нечто подобное? Именно поэтому он давно уже не смотрит за людьми. Ему не нравится травить душу. Лучше уж вовсе ничего не видеть.

– Ты думаешь, он все еще там? – тихо спросил он у друга, когда они подошли к воротам кладбища. Мужчины огляделись, никто за ними не наблюдал.

– А где ему еще быть, кроме как у папочки Лашез[4]?

– Все же не пойму, зачем нас тогда отправили проверить?

– Как это зачем? Сегодня ночь Хеллоуина, к тому же на небе кровавая луна. Неужели ты не читал предсказания?

– Конечно читал! – огрызнулся джентльмен и постучал по воротам тростью. Ему надоело самодовольство друга. Чтобы еще хоть раз он отправился куда-то вместе с этим выскочкой! – Но все же не понимаю, что именно мы должны сделать?

Его друг закатил глаза и стянул с головы кепку:

– Спешу тебе напомнить, что в ночь Хеллоуина открываются врата в ад и нечисть может попытаться вызволить своего хозяина! А если ты читал предсказания, то знаешь, что освободить его можно лишь в кровавую луну, когда темные силы могущественны как никогда!

– Хватит цитировать школьные учебники! Я все это знаю. Не поверишь, но с тех пор, как его превратили в статую почти семь столетий лет назад, об этом знает каждый!

Мужчина в кепке сделал вид, что не заметил злой сарказм приятеля. И отправили же его на миссию с полнейшим недоумком! Придется объяснять каждый шаг, чтобы не слышать глупых вопросов.

– Нам надо защитить кладбище. Конечно, это святое место и принадлежит оно нам. Но нужно усилить ворота, чтобы ни одна нечисть не могла попасть внутрь. И даже не попыталась.

Мужчина в котелке с облегчением выдохнул:

– Так бы сразу и сказал!

Он приподнял ладонь и коснулся закрытых железных ворот, его приятель повторил жест, и они тихо запели молитву. Ворота на мгновение вспыхнули белым светом, и демоны, следившие за происходящим, зарычали от злости. Но напасть не смели… Они должны были дождаться приказа своего хозяина.

– Дело сделано! – довольно бросил джентльмен. – Никто из них теперь не пройдет сквозь эти ворота.

Он хотел как можно скорее убраться оттуда. Затылок покалывало от предчувствия опасности.

– Погоди ты… Думаешь, мы одни ждали этого дня семьсот лет? Они так просто не сдадутся. Нам нужно наложить чары и на статую.

Мужчина вновь надел на голову кепку и внимательно посмотрел на друга, тот побледнел:

– Ни за что на свете я не подойду к Люциферу в ночь Хеллоуина! Да еще и в кровавую луну!

– Во-первых, луна станет кровавой в полночь. Во-вторых, Люцифер сейчас лишь неподвижная статуя! Я знал, что ты трус, но ведь не настолько!

Ангел в котелке оскорбился и гордо задрал подбородок.

– Береженого Бог бережет! – с умным видом заявил он, но стушевался под насмешливым взглядом напарника.

– Пошли, береженый, нам надо найти нашего старого друга.

Ворота перед ними беззвучно открылись. Они прошли на территорию одного из самых знаменитых кладбищ Парижа. Было темно, и маленький мертвый город медленно растекался перед ними, приветствуя светлые силы. Ангелы запели молитву за упокой и бесшумно двинулись по посыпанной гравием дорожке. Они подошли к огромной статуе и стали молча разглядывать массивную фигуру предателя. Та была из черного мрамора, капли дождя поблескивали на ней, придавая еще более устрашающий вид. Люцифер стоял прямо и гордо, в красивых чертах лица виделась надменность. Ангелам казалось, что в его страшных звериных глазах и сейчас сверкает насмешка, а губы подняты в плутовской улыбке. Это их очень раздражало, успокаивала лишь мысль о том, что он заключен в этом куске камня последние семь веков, а они, в свою очередь, сделают все, чтобы его заточение продолжалось.

– У тебя же есть план? – шепотом спросил джентльмен, когда его друг сцепил руки на груди.

– Думаю, – честно признался тот и добавил: – Нужно сделать так, чтобы разбудить его можно было лишь одним способом. Единственным действием, о котором будем знать только мы.

Минут пять они молчали, каждый погрузился в свои мысли. Сложно было придумать способ, который был бы достаточно сложным, чтобы остановить демонов. Те были готовы на все, чтобы вернуть своего повелителя, и оба ангела об этом знали. И теперь они перебирали в голове заклинания, но ни одно из них не казалось надежным.

Джентльмен в котелке нахмурился и задумчиво почесал подбородок.

– Поцелуй? – неожиданно шепотом произнес он, а затем громко воскликнул: – Поцелуй!

Тот, что в кепке, недовольно поджал губы, но его друг был воодушевлен как никогда:

– Да брось! Кто заберется на эту статую, чтобы поцеловать ее? Никто из смертных так не поступит, а нечисть никогда не догадается, что им надо разбудить своего хозяина подобным способом! Они будут ждать от нас чего-то очень серьезного и сложного. Никто никогда не подумает, что оживить его можно одним чмоком в губы и никак иначе.

Джентльмен довольно расхохотался. Идея казалась ему гениальной! Его напарник внимательно выслушал и в очередной раз сбросил с головы кепку. Этот головной убор сжимал ему лоб и мешал думать.

– Это слишком просто, – протянул он и потер виски. – Однако от нас никто не ждет простых решений. Здесь ты абсолютно прав.

Его друг утвердительно закивал.

– Никто никогда не догадается! – с горящими глазами произнес он. – Никто не подумает сравнить хозяина преисподней со спящей красавицей, друг мой! Мы точно не прогадаем!

Они серьезным взглядом оглядели статую Люцифера. Он выглядел внушительным, сильным, несокрушимым. Каждая мышца была словно напряжена, кое-где выделялись вены. Действительно, мало кто рискнет подняться на пьедестал и одарить его поцелуем. От одной мысли становилось жутко! Но все же… Это было слишком просто… Ангелы отвели взгляд от статуи. Смотреть на Люцифера было неприятно: даже будучи заточенным в камень, он внушал страх.

Пока они думали, началось непредвиденное. Старый сторож в потрепанном дождевике осматривал окрестности кладбища и, увидев их перед скульптурой, сразу же возмутился:

– Ах вы бессовестные! Сейчас вызову полицию! Мародеры несчастные! Опять пришли рисовать пентаграммы на статуях!

Котелок громко и протяжно вздохнул:

– Вот так и помогай человечеству… помнишь тот случай, когда нам вбили кол в сердце, после того как закидали чесноком?

Сторож тем временем подходил к ним все ближе и ближе. Фонарик дрожал в его слабой руке, луч света подергивался вместе с ним.

– Предупреждаю, у меня электрошокер! – грозно крикнул старичок.

Ангелы переглянулись, им срочно нужно было исчезнуть до того, как сторож до них доберется. Они не могли защищать себя от людей и использовать против них свою силу… Одно из правил высших светлых сил. Порой им казалось, что это слишком несправедливо, однако нарушать правила никто не смел.