Дана Данберг – Ведьма для лорд-канцлера (СИ) (страница 39)
Письмо-то я, конечно, собиралась прочитать, но сейчас приходилось бороться с огромным желанием порвать его на мелкие клочки и выбросить. Он, похоже, вообще меня за человека не считает!
Так, вдох-выдох, успокаиваемся и уже в спокойном состоянии придумываем план ужасной мести. Только придумываем, не мстим, ага. Вот возьму и откажусь быть его любовницей. Впрочем, кому я вру — и так откажусь, несмотря ни на какие заверения. Во-первых, страшно, а во-вторых, никогда не смогу опозорить так свою фамилию.
Но вместо злости и отвращения перед внутренним взором почему-то стояли глаза цвета штормового неба, темно-синие, льдистые. Еще чуть-чуть, и начнется буран.
Ввалившись в комнату, тяжело опустилась на кресло. Прямо ноги подогнулись. Слишком много для одной меня. Посидела некоторое время, уставившись в пространство.
Надо со всем этим что-то делать. Может, попросить Лорд-канцлера убрать меня с отбора? Ну и чем я буду заниматься одна на улице без средств к существованию? Вряд ли моих денег хватит даже на маленький угол в столице, а светлые лорды что-то в очередь не выстраиваются с предложением руки и сердца. Ну или я об этом не знаю.
А если остаться, неизвестно, что будет дальше, смогу ли я тут вообще выжить. Была бы я на месте Анны, бежала бы отсюда сломя голову. Трусиха я, наверное. Не стоит, на мой взгляд, этот отбор жизни.
И Клаус хорош! Взял и подставил меня убийце! И что теперь, ждать удара в спину от менталиста?
Тут мне пришла в голову и окончательно сформировалась мысль, которая не давала покоя. Помимо дурацкости всей этой ситуации со стеклами как способом убийства было еще кое-что. Как профессионал мог не знать, какие способности у светлых? Да, менталисты темные, и это могло бы частично что-то объяснить, но, как я знаю из шпионских романов, убийцы не используют таких способов, в которых не уверены, если ситуация не экстренная, не спонтанная.
У нас экстренная ситуация? Да нет, вряд ли...
Ну не удалось покушение — бывает. Ну выяснили, что это был менталист, — предсказуемо. Демон, я же в этом ничего не понимаю! Откуда мне знать, как такое проделывается? Но стекла в туфлях, чтобы выяснить, способны ли светлые заживить порезы, — бред. А значит что? Значит, проверяли именно меня, выясняли, умею ли исцелять и самоисцеляться. В свою очередь, это указывает на то, что цель-то — я. Но кому могла понадобиться скромная воспитанница пансиона Святой Елены Летиция Сорано? Да у меня же нет ничего, ни денег, ни положения, ни дара! Семья? Да и семьи нет. Если бы меня хотели убить, как родных, в приюте это сделать было проще простого. Так что тоже не вариант. Да и, если уж честно, хотели бы меня здесь убить — убили бы, а не стекла в туфли подсыпали.
Может, это просто воображение разгулялось, воспитанное на этих самых шпионских романах?
Я на секунду прикрыла глаза, стараясь успокоиться и дышать глубже. Не хватало еще устроить истерику! Дрожащими руками развернула записку.
М-м-м? Нет, если бы не последняя фраза, это была бы даже приятная во всех отношениях записка. И если бы не браслет, который рисует у меня на спине мишень. М-да.
И что из этого письма, по мнению лорда Марентино, я должна была понять? Что он не оставил попытки сделать меня любовницей? Почему он так хотел, чтобы я его прочитала? Ах да, ужин! Зачем? Хочет поближе познакомиться? И насколько близко?
Понятно, что до окончания отбора речи о встречах в публичных местах быть не может. Если нас увидят вместе, даже не знаю, что будет. Уж как минимум обвинят в подтасовках на конкурсе. Ну а про мою честную репутацию вообще придется забыть.
Почему каждое действие лорда Марентино делает мне только хуже? Стратегия просто отсидеться за спинами других участниц явно не сработала. И я даже знаю, кто в этом виноват — одно рыжее существо с шилом в мягком месте.
Приступ самозагрыза прервал стук в дверь. Пришлось идти открывать.
— Привет. — На пороге стояла Милена. — Ты на прощание идешь?
Я, конечно, не планировала. Но даже не слова лорда Каранеро о том, что меня могут не понять, а вид бледной подруги, которая все же собралась с силами и решила проводить тех, кому не повезло так, как ей, заставил кое-что переосмыслить.
— Да, одну секунду, — убрала письмо в тумбочку. Не хотелось, чтобы его видел кто-то из служащих, достала черный шарф, который сможет заменить мне головной убор на прощании — другого все равно нет, — и двинулась за светлой.
Мы вместе спустились в холл, где уже смонтировали сцену. Я думала, что тут будут стоять гробы или что-то типа того, однако ничего этого не было. Небольшой переносной алтарь Богине, кафедра с усилителем голоса. Скорее всего, говорить будет не маг. Вообще, служителями культа очень редко были одаренные, скорее, это исключение из правил.
Народу было полно, и мы встали с краю, накинули на голову я шарф, Милена платок. Поминовение началось буквально через несколько минут. Не было ни торжественных и пафосных речей организаторов, ни показушных спецэффектов. Просто на сцену вышла, судя по косынке, матушка одного из храмов Богини и начала зачитывать отрывки из книги Теней, главного религиозного атрибута темных. Учитывая, что жертв среди светлых не было, это логично.
Это не было молитвой или богослужением, скорее, просто поминовение усопших, как это видится с точки зрения магов. У них все сложнее, чем у нас, ведьм и ведьмаков. Это нам природа дает силы на ворожбу, а откуда у них стихийная магия, так до сих пор и не выяснено, поэтому то, что у нас двуликая Богиня Природы-Луны, у них некое высшее существо. Впрочем, это уже тысячелетие как неважно, религия — не то, из-за чего происходят войны.
Настоятельницу я практически не слушала, в ее словах не было ничего нового или интересного. Просто стояла с грустным лицом, проявляя уважение к умершим. Вокруг девушки замерли в точно таких же позах, чуть склонив головы, молчали, всем видом демонстрируя смирение перед судьбой и неизбежным.
Вокруг летали камеры, и, честно говоря, это казалось мне кощунством. Я даже постаралась немного сместиться к двери от нашей группы светлых, чтобы побыстрее улизнуть, когда все закончится. На настоящее поминовение это походило мало, и оттого на душе становилось неприятно.
Милена, видимо, не обратила внимания на мои маневры. Рядом с ней стояли Пилестро и Анна, как обычно прибившаяся к нам. Вот та посмотрела с недоумением, но больше никто внимания не обращал.
На сцену вышли девушки-прислужницы, затянули заунывный напев обращенной к Богине молитвы. Они держали на вытянутых руках свечи, огоньки которых колыхались от небольшого сквозняка, тянущего от входной двери.
Странно вообще-то, обычно в холле было холоднее — дуло из всех щелей, — а теперь аж дышать нечем. Но и столько народу я тут раньше не видела. Не продохнуть!
По мере того, как заунывные песнопения набирали силу, увеличивалась и моя непонятная нервозность. Стало еще жарче, захотелось сорвать уже не только шарф, но и расстегнуть ворот платья, который, такое ощущение, душил.
Я посмотрела на девочек. Светлые вроде бы стояли нормально, а вот находящиеся рядом темные бледнели на глазах. Поймала взгляд Анны, которая пыталась ослабить узел на косынке. Но та лишь пожала плечами. Странно. Те же Пилестро были спокойны и расслаблены. Милена уже цветом напоминала мел, но она и без того плохо себя чувствовала да и особой нервозности не проявляла.
Значит что? Что-то происходит, и это чувствуют только обладатели темного дара. Мое преимущество в том, что никто не знает, что я владею стихиями. И, судя по всему, чем сильнее ты в магии, тем хуже тебе становится.
Надо позвать помощь. Это самое логичное действие, раз ты не понимаешь, что происходит. И пусть меня обзовут паникершей, которая зовет заместителя главы Следственного департамента из-за того, что стало жарко, но что-то мне подсказывает, что это не просто так.
Я развернулась к выходу в тот момент, когда на особенно высокой ноте у девушек-служительниц в руках вспыхнуло пламя. Одновременно с этим огонь охватил входные двери, у которых я стояла.
Отшатнулась, закрывая руками лицо, и увидела, как камни в браслете засияли ярче, а потом стали наливаться чернотой. Ментальный маг!
Обернулась на крики. Всего мгновение, и огонь пляшет уже почти на всех затянутых в ткань стенах. Обычный пожар так быстро не распространяется — это я точно знаю.
Мимо меня пролетело какое-то заклинание, еле успела уклониться, на автомате ставя щит Медеи. Это кто-то из темных решил выбить дверь, да вот только она не поддавалась. Еще заряд и еще. Демон, они делают только хуже!
Впрочем, куда уж. На нас уже начали сыпаться куски обгоревшей ткани, стало нечем дышать, будто весь кислород высасывало. А реально ли все это?
Я пробилась к сестрам Пилестро, бледным, каким-то потерянным. Особенно жалко, по-другому не скажешь, выглядела Альберта.