Дана Данберг – Тёмная для принца (СИ) (страница 30)

Обернувшись, я увидела стоящую недалеко от уже наполовину обрушившейся стены Даниэлу. Ее пшеничного цвета волосы развевались, будто от сильного ветра, сосредоточенное, белое как мел лицо, нахмуренные брови, из прокушенной губы по подбородку течет кровь, а вокруг рук формируются грязно-серые смерчи.

Странно, она же должна быть с другой стороны. Неважно.

— Алисия! — Я попыталась найти взглядом девушку, что бежала слева.

И нашла. Она лежала навзничь на камнях и на первый взгляд не подавала признаков жизни.

— Саманта! Прикрой Даниэлу, — заорала я, перекрикивая звон в собственных ушах. Но будущая коллега в подсказках и так не нуждалась. Она встала рядом со светлой, готовая в любой момент набросить защиту. Сразу это делать нельзя, магия тогда просто перекроет готовое сорваться с рук ведьмовское заклятие. И последствия в таком случае очень сложно предсказать.

Даниэла вскинула руки вверх, и над противницами начал формироваться глаз. Я это по-другому и назвать не могу. Линза, вокруг которой стал спиралью закручиваться воздух.

Не думала, что даже ведьмы на такое способны, но только что, на моих глазах, светлая формировала самый настоящий смерч.

— Все отходите к скалам, — в очередной раз заорала я.

По брошенному в мою сторону взгляду Саманты поняла, что она уже успела отдать такой приказ. Просто я ее не услышала, точнее, я вообще ничего не слышу. Коснулась уха и несколько драгоценных секунд тупо рассматривала свои окровавленные пальцы, пытаясь понять, к чему бы это.

Пока сидела, контузия вроде и не чувствовалась особо, но, когда попробовала встать, земля и небо пытались поменяться местами. Выходит, приложило меня довольно сильно. Скорее всего, это меня все же Сетью задело. И это чуть-чуть, а попади я в эпицентр — и была бы сейчас в лучшем случае без сознания.

— Демон! — встала на четвереньки. Надо отсюда убираться, потому что Даниэла делает что-то явно убойное. Но ведь еще и Алисию нужно вытащить.

Так и не поднявшись во весь рост, я поползла к подруге. Если бы голова работала как надо, наверняка я бы придумала другой план, обратила внимание, что Саманта мне машет. Да, я видела ее сигналы, но продолжала упорно двигаться вперед. А в ушах шумело все сильнее.

Вторая попытка встать увенчалась успехом — помог камень, который я не смогла обползти. Недолго думая, точнее, совсем не думая, на автомате сформировала огненный шторм, пытаясь отвлечь девиц из тринадцатой команды.

Это было, пожалуй, феерично, как маленькие сгустки огня закружились в смерче Даниэлы. А потом все это светопреставление обрушилось на голову противниц, сдобренное изрядной порцией режущего лезвиями ветра — подарок от Саманты.

Не знаю, как и чем, но они смогли закрыться. Купол позволил им не обращать внимания на ревущий вокруг ветер и огонь. Но и сделать из-под него они ничего не могли.

Вот только все техники имеют свойство заканчиваться, так мой шторм с Даниэлиным смерчем начал понемногу рассеиваться. Ветер стих, головешки опали и догорели.

Купол они скинули мгновенно, и ответ был у наших противниц уже наготове.

— В укрытие! — Я даже не пыталась дергаться — все равно не успею. Только щит накинула и спряталась за валуном, около которого продолжала стоять.

Оставалось только надеяться, что девочки успели уйти из-за стены, которую я выстроила, — она явно не выдержит, потому что под куполом сгустилась тьма. Там готовится что-то убойное.

Момент тишины. Я замечаю, как Саманта хватает Даниэлу и тащит ее вверх по тропе. Они тоже не успеют спрятаться за скалы, но хоть будут немного дальше. Нам же с Алисией, если она еще жива, только Богиня поможет.

День выцвел и резко погрузился в сумерки, будто солнце зашло. Но нет, это просто воздух наполнили частицы пепла. Они липли ко всему — щиту, камням, редким деревьям. Я не знала, что это за техника, но подозрения были не самые радужные. Тем более что я почти лишилась обзора.

Впрочем, всполохи, когда эта пыль начала взрываться, заметила даже я. Секунда —и мой щит схлопывается, будто его и не было, — это взрывается осевшая на нем пыль.

Мне этот взрыв ущерба не причинил, но вокруг все продолжало детонировать и гореть. Одежда начала тлеть, волосы потрескивали от температуры, глаза слезились, но я не чувствовала боли. Все мысли были заняты только тем, что нечем дышать. Пыталась сделать вдох, но пылающий вокруг огонь выжигал кислород, просто всасывал его.

Я читала о таком. Пару десятилетий назад так погиб целый город. Жители тогда сбежались в район портальной станции, пытаясь эвакуироваться, там они и погибли — задохнулись, оказавшись в эпицентре огненного шторма.

Уже теряя сознание от недостатка кислорода, я увидела, как невдалеке на земле проявляется печать переноса. Голубые очертания сначала сами собой нарисовались на камнях, вспыхнуло марево портала, а потом из него начали выходить люди.

И первым, кого я увидела, был принц Марентино собственной персоной. Он взмахнул рукой, и сильнейший порыв ветра сдул всю пыль и огонь, будто ничего и не было.

Наконец-то удалось вдохнуть. Такой сладкий воздух, наполненный гарью и пеплом, не тем, что взрывается, а настоящим, от пожара. Но лучше этого я ничего не нюхала. Запах жизни.

Двигаться я даже не пыталась, просто лежала и смотрела в далекое синее небо, на опять ставшее ярким солнце, хоть от гари и слезились глаза. А вот на себя смотреть откровенно не хотелось — вряд ли на мне тлела только одежда. И то, что я не чувствую боли, вовсе не значит, что я не пострадала, более того, симптом это не сказать чтобы хороший.

Где-то недалеко разгорелся и также быстро стих бой. Не то чтобы я что-то слышала, слух так и не вернулся, но легкая дрожь земли, порывы ветра и колебания магического фона говорили о применении каких-то сильных техник. Но скоро все закончилось.

Я не услышала, скорее почувствовала, что кто-то подошел. Посмотреть, кто это, не получилось — голова просто отказывалась поворачиваться. Но вот в поле моего зрения оказался мужчина. Попытка сфокусировать взгляд, правда, успехом увенчалась не сразу, пришлось долго промаргиваться от пыли и слез.

Когда же я рассмотрела его, оказалось что сам принц Марентино стоит надо мной и отдает приказы. По крайней мере, он говорил кому-то в сторону, потом повернулся и сказал что-то мне. Вот только я не услышала. Повторил.

Хотелось покачать головой, показать, что я не слышу и не понимаю, но я могла только хлопать глазами, как какая-то дурочка.

Почему-то именно сейчас мне было важно, чтобы он не подумал, что я дурочка, хотя куда уж хуже — завела свою команду в засаду. Ну и что, что противницы оказались не там, где я предполагала? О том, что это все произошло случайно, можно и не думать. Не применяют просто так смертельные объемные техники на всех подряд.

Все эти мысли, довольно четкие, кстати, для моего состояния, галопом проскочили в голове, и только после этого я поняла, что становится немного, но лучше.

Первым вернулся слух, хотя звон еще окончательно не прошел.

— Через пять минут ее можно будет перенести, Ваше Высочество, — сказала рядом какая-то женщина.

— Хорошо, посмотрите, что там с остальными. Кого можете, перенесите сразу во дворец. В замке о произошедшем знать не должны.

— Да, Ваше Высочество, — сказала женщина, и я услышала ее удаляющиеся шаги.

Впрочем, побыть наедине, ха-ха, с принцем нам не дали. Быстрые уверенные шаги, на этот раз тяжелые, мужские.

— Август, и ты здесь?

— Да, Клаус.

— Я сказал, что со всем разберусь. Куда ты полез?

— Пока ты бы разбирался, они бы погибли. И что мне делать, я решаю сам.

— Мы об этом позже поговорим, — припечатал старший мужчина.

— Отлично. Вот тех, после оказания медицинской помощи, в каземат. Там, на горе, еще пострадавшие, их в лазарет дворца. Леди Пилестро уже этим занимается.

— Ее племянница выжила?

— Да, но в тяжелом состоянии. Она и кадет Гринеро не успели уйти далеко.

— А эти?

— Видимо, прикрывали отход.

— Понятно. Этот этап придется отменить.

— Вот уж нет. Сам посуди, результаты-то отличные, — ответил принц.

Интересно, он ведь в курсе, что я все слышу? Если Лорд-канцлер, а это был он, мог и не обратить внимания на лежащее под ногами тело, то Август-то видел.

Впрочем, продолжать разговор они не стали, Клаус Марентино отошел и через минуту над местом боя разнеслись его приказы. Даже я слышала, как все забегали, атмосфера стала сугубо деловой.

— Ну что, нам тут больше делать нечего, — кому-то в сторону сказал принц, а потом неожиданно поднял меня на руки и куда-то понес.

Именно этот момент выбрала боль, чтобы вернуться в мое израненное тело. Я охнула и наконец потеряла сознание.

Глава 24

Я открыла глаза и задумчиво уставилась в кипенно—белый потолок. Ничего не болело, и чувствовала я себя легко, как перышко, подхваченное летним легким ветерком. Мысли ворочались расслабленно и лениво. Не то чтобы я что-то там забыла или не могла собрать мозги в кучку, просто не хотелось напрягаться.

Ну, состояние, узнаваемое для любого кадета, — последствия сильных целительских техник или артефактов. Впрочем, на нас дорогие кристаллы обычно не тратили, но в штабе полевых учений всегда присутствовал штатный лекарь. И он там был очень кстати, ведь редко когда подобные мероприятия проходят без серьезных травм у курсантов.