Дана Арнаутова – Клинком и сердцем. Том 2 (СИ) (страница 26)

– Всё… – выдохнула Айлин и поняла, что не может разжать пальцы на рукояти ножа, так его стиснула.

– Позвольте мне?

Итлиец очень бережно взял её руки в свои и объяснил Аластору:

– Судорога. Я разомну, и всё пройдёт.

Он действительно потёр её ладони, куда-то нажал, и нож вывалился из ослабевших пальцев Айлин. Она подняла его и по-новому взглянула на клинок, который, оказывается, их всех и спас!

– Представляете, – то ли прошептала, то ли всхлипнула она. – Оказывается, это небесное железо. Если бы я ударила Денвера другим ножом…

Плакать не хотелось, глаза у неё были сухими, но навалилась жуткая слабость, а потом по телу прошёл озноб. Айлин села прямо рядом с трупом на землю и обняла себя руками. Аластор накинул ей на плечи свою куртку, и Айлин прижалась щекой к её вороту, глубоко вдохнув запах. От куртки пахло Аластором, дымом и лошадьми. Самый прекрасный на свете запах – запах жизни.

Нож она так и держала в руках, не в силах убрать его в ножны.

– Небесное железо? – повторил Лучано, посматривая на клинок с опасливым почтением. – Я о таком только слышал. Прекрасное оружие! И большая редкость.

– А я не знала, – призналась Айлин, снова взглянув на нож, и виновато вздохнула.

Милорд магистр… Дункан… сделал ей такой подарок! Даже у мэтра Бастельеро ритуальный нож обычный, хотя и из самой лучшей стали, а она… она его даже не поблагодарила в том разговоре!

– Это подарок…

– Воистину драгоценный и необыкновенно уместный при вашем роде занятий – весело согласился Фарелли. – Хотя, должен признать, я не совсем понимаю, почему этот… недостойный сударь… не воспользовался вашим ножом, если он настолько лучше его собственного. И почему вообще не снял его с вашего пояса? Как можно оставить противнику оружие?! – воскликнул он с недоумённым возмущением, и Айлин, не выдержав, прыснула.

Нехорошо, конечно, но негодование Лучано было таким забавным! Ещё немного, и он начнёт учить покойного Денвера, как правильно и безопасно убивать нерадивых адепток!

Лучано рассмеялся в ответ, а глядя на них, заулыбался и странно мрачный Ал.

– Я же была под параличом, – объяснила Айлин, отсмеявшись. – Зачем отнимать нож у того, кто не сможет им воспользоваться? Только время терять. Да и ритуальные ножи некроманты предпочитают личные, – добавила она сконфуженно, не зная, как объяснить, насколько помогают в работе привычный вес ножа, баланс, даже гладкость или, напротив, шершавость рукояти – и как сбивает с толку непривычный инструмент!

– А! Личный нож – это я понимаю! – кивнул итлиец. – Действительно, это важно. Кстати, а я ведь нашёл котелок! Он в кустах, я сейчас принесу! И вы не поверите, кого я нашёл вместе с ним! Жалко, он наверняка сбежал! Ну, ничего, что поделаешь…

Не переставая болтать, Лучано куда-то исчез, и Айлин с благодарным облегчением подумала о его деликатности. Совсем не такой, как дворянский этикет, но не менее внимательной и какой-то… доброй, что ли.

Аластор подал ей руку и попросил:

– Не сиди на земле, она холодная. Мы сейчас быстренько закопаем эту… этого…

– Мэтра Денвера, – подсказала Айлин и послушно поднялась.

Глупо ей, собирающейся умереть, бояться простуды. Но до Разлома ещё несколько дней пути, и Ал прав – не стоит остаток жизни проводить с кашлем и насморком. Это ещё глупее.

– Лучше сожжём, – сказала она равнодушно. – Наберите веток, а я сейчас передохну и подпалю их. Жалко, соли нет. Солью бы засыпать для верности.

Аластор шагнул к ней и обнял, а она уткнулась в его грудь лицом, как маленькая испуганная девочка. Слёз так и не было, только внутри что-то безнадёжно оборвалось и, кажется, навсегда. Она убила своего наставника. Человека, собиравшегося убить их всех. Да, нож в спину Денвера воткнул Фарелли, наёмный убийца, которому одним трупом меньше, одним больше… Но это ничего не значит. Это Айлин вызвала Провожатого и отдала ему душу Денвера. Победа, которой она никогда не сможет гордиться. Даже думать о ней противно. Неужели с победами так бывает?

Лучано вернулся из кустов и присел возле трупа. Взял двумя пальцами ритуальный нож Денвера за кончик рукояти, восхищённо присвистнул.

– Как вы думаете? – жалобно спросил он. – Этот ножичек… Он ведь не проклят? Ничего такого, м?

– Не проклят, – отозвалась Айлин, торопливо отходя от Аластора. – Можете смело забирать, если нравится. Только лезвие прокалите на всякий случай. Кто знает, кого им до этого мэтр потрошил.

– Непременно, – согласился итлиец и доверительно признался: – Ну не могу пройти мимо хорошего ножа. Это, конечно, обычное железо, но какая работа!

Не смущаясь, быстро обыскал труп, выудил из лохмотьев Денвера деревянную коробочку и открыл. Несколько мгновений рассматривал содержимое, потом очень осторожно тронул пальцем и попробовал на язык. Длинно присвистнул и выругался по-итлийски, а по-дорвенантски сказал уже серьёзно:

– Вот нисколько теперь не удивляюсь, что этому отвратному синьору понадобилось новое тело. Старое у него точно бы долго не протянуло. Хороший алхимик делал, забористая дрянь, – и пояснил, хотя его никто не спрашивал: – С этой пакостью можно не спать несколько дней. Будешь очень живой и даже весёлый. А если не остановишься вовремя, то вскоре дохлый.

– Вот так он нас и догнал, – буркнул Аластор. – А это что?

– Трофей, – легкомысленно пожал плечами итлиец, протягивая Айлин ладонь.

Золотой перстень с нешироким ободком, но довольно крупным аметистом блеснул ярко, как глаза лорда Бастельеро. Айлин постаралась не задумываться, какого именно.

– Это не мой трофей, – покачала она головой. – Вы ведь убили Денвера, вот и забирайте.

Действительно, зачем ей чужой мажеский перстень? А Лучано вернётся в Дорвенну, ему дорогая безделушка пригодится.

– А это не вызовет лишних…

Лучано покрутил в воздухе рукой, пытаясь подобрать слова.

– Теперь это обычный камень, – равнодушно отозвалась Айлин. – Магия в нём умерла вместе с хозяином. Хотите – продайте любому ювелиру, хотите – оставьте на память. Всё-таки третий по силе некромант Ордена, а вы его простым ножом.

– Я его очень хорошим ножом, – слегка обиженно уточнил итлиец и поднёс перстень к глазам. – Если бы не ваши странные дорвенантские традиции! Раньше у меня покойники никогда не вставали!

– Безобразие, и не говорите, – вздохнула Айлин, подойдя к Пушку.

Пёс вильнул ей хвостом и попытался приподняться. Лапы его ещё плохо держали, но встать волкодав смог и немедленно уткнулся мордой в руки Айлин.

– Спасибо вам, – сказала она тихо. – Аластор… Лу…

Голос оборвался, но итлиец, будто не заметив этого, бодро отозвался:

– Лу? А мне нравится! Так меня ещё никто не называл. Спасибо, Айлин! Лу-у-у… Прелесть, м?

И улыбнулся так заразительно, что на мгновение Айлин показалось, будто и вправду всё было страшным сном. Подумать только, пару часов назад они переживали из-за пропавшего котелка и сапог Аластора! А сейчас впереди опять дорога, и кто знает, что ещё встретится на ней до Разлома?

Глава 5

Справедливость и великодушие

Зависеть от Райнгартена Грегор действительно не собирался и поэтому сразу, как только позволили бесконечные дела, начал присматриваться к другим секретарям. Таковых обнаружилось пять, но все они, как быстро понял Грегор, были преданы стихийнику, а не Архимагу – неважно, прошлому или нынешнему. Что ж, придётся пока работать с теми, кто есть. Зато можно не сомневаться, что свою работу они знают отменно, исполнительны, аккуратны и в должной степени умны – подчинённых Этьен подбирать умеет, этого у него не отнять.

Подписав бумаги и счета, касавшиеся лечения раненых и погребения убитых, Грегор закопался в ворох документов, относящихся к Денверу и его соучастникам. Орден лихорадило, а служба безопасности пребывала в смятении: как раскрыть заговор, который возглавлял человек, за эти заговоры ответственный?! Более того, именно эта служба и попадала под подозрение в первую очередь! Из двух заместителей Денвера один совершенно точно был заговорщиком, его имя Грегор услышал от Морхальта, второй клялся Благими и собственным даром, что ни о чём понятия не имел.

Обычно искренность подозреваемых легко проверялась артефактами, а в самых трудных случаях – разумниками. Но опытный маг, много лет работающий с этими самыми артефактами, постепенно учился обходить их воздействие. Заместитель Денвера, безусловно, был опытен, а разумникам Грегор не мог доверить расследование, потому что заговор напрямую был обращён к Барготу. Да, Белая гильдия отреклась от Падшего, но кто знает, сколько в её рядах тайных сектантов?!

Скрепя сердце Грегор готов был привлечь к делу Роверстана, раз уж Морхальт, человек в заговоре не последний и не имевший возможности лгать, ясно сказал, что Белый магистр в их делах не замешан. Умения разумнику тоже не занимать… Но где он? На водах, Бар-р-ргот его побери!

Грегор с отвращением посмотрел на бумаги. Вину тех магов, кого назвал Морхальт, определили и доказали полностью. Легко искать, если знаешь – где. Барготопоклонников ждало выжигание дара по орденскому правосудию и казнь – по королевскому. Собственно, казнь им была определена и по уставу Ордена, но в этом случае Грегор не видел решительно никакой необходимости предъявлять на преступников исключительные права. Какая разница, кто их казнит? Зато всем видно, что Орден проявляет почтение и лояльность к королевской власти.