Дана Арнаутова – Грани безумия. Том 1 (страница 49)

Айлин невольно кивнула. Если кто-то и сомневался, что стригои окажутся мастеру Витольсу на один зуб, то точно не она! Даже если это очень старые и матерые стригои. Так вот зачем он приехал?! Отомстить за мэтра Кирана?! И, наверное, он решил остаться в Дорвенне, раз стал преподавателем? Может, теперь в Дорвенанте появится парадокс Дорвенны.

Она едва удержалась, чтобы не рассмеяться, и тут же по спине снова пробежал холодок. Витольс – аккару! А в Академии полно совершенно беззащитных перед его чарами адептов. Да что там адепты, с мастером Витольсом, наверное, и преподаватели не справятся?

«Прекрати! – сердито сказала она самой себе. – Вас мастер не тронул, хотя распрекрасно мог бы! Ты же сама раскаивалась, что была к нему несправедлива! И он говорил, что убивает лишь разбойников и негодяев, а уж едва ли в Дорвенне их меньше, чем в Керуа. Да и что ты можешь сделать? Рассказать, что он аккару? Даже если тебе поверят – плохая же это будет благодарность тому, кто так вас выручил! А мастер – умный человек… Ладно, пусть не человек, но он ни за что не позволит себе пить кровь прямо в Академии, полной некромантов. И, между прочим, в Уставе Академии нет запрета для преподавателей быть нежитью!»

– …Это логово потом осмотрели магистр Эддерли и магистр Ладецки, – продолжил Гринхилл с благоговейным восторгом. – И предложили мэтру Витольсу факультативные занятия. Я обязательно запишусь! Вот бы понять, как он это делает, ведь не магией же! А как вы познакомились?

– Мы… гостили у него по дороге к Разлому, – сказала Айлин чистую правду. – Мастер Витольс очень хорошо нас принял. У него была таверна… возле Керуа…

Она запнулась, не зная, что еще рассказать про гостеприимного аккару, но Гринхилл покивал, словно ожидал услышать именно это, и радостно заявил:

– А он и здесь живет в таверне! Только странной такой, ни прислуги, ни толпы гостей, как это обычно бывает. Как будто простой дом, только таверна, даже вывеска есть. Такое смешное название, как же его…

– «Веселый упырь»! – радостно подсказал Саймон. – А я тоже хочу на эти занятия! И чинским заниматься не брошу! Никогда бы не подумал, что это такой интересный язык. На нем так можно ругаться!

– То есть дорвенантского тебе для этих целей не хватает? – невозмутимо уточнил Дарра. – Однако должен признать, что мэтр Витольс действительно интересно преподает. Магистр Роверстан его весьма ценит и даже отказался отдать мэтра в штат Фиолетовой гильдии…

И снова он осекся, бросив на Айлин очень странный взгляд – быстрый и виноватый, словно знал, что она и Кармель…

На том конце стола, где сидел Гринхилл, загомонили, но тут прислуга исчезла из зала, и Айлин поняла, что тарелки почти опустели. Приятная тяжесть в животе расслабила ее и потянула в дремоту. Однако Дарра вдруг встал и, выйдя из-за стола, подошел к Тильде под удивленными взглядами Воронов и Айлин. Горничная вскочила, присев в реверансе и непонимающе глядя на Дарру, а он щелкнул пальцами перед самым ее лицом и уронил несколько слов, в которых Айлин узнала заклятие быстрого сна.

Покачнувшись, горничная снова опустилась на стул и безвольно откинулась на мягкую высокую спинку.

– Прошу прощения, милая Айлин, – учтиво сказал Дарра в наступившей тишине. – Но ваша прислуга могла бы помешать. К тому же дело, о котором пойдет речь, касается только нас – тех, кто именует себя Воронами.

Айлин поставила на стол бокал, из которого пила, продолжая ошеломленно смотреть на Дарру. Он имеет в виду Морстена?! Шона Морстена, о наказании которого просил его несчастный брат?! Но… при чем тут Вороны? Да, она просила помощи Дарры, но если Морстена отыскали, его делом должны заниматься совсем другие люди. Взрослые! Обученные этому! Имеющие право судить и карать!

– Милорды собратья, – заговорил снова Дарра, по обыкновению четко и ясно выговаривая каждое слово. – Сегодня я собрал вас не только затем, чтобы отпраздновать наше с Саймоном окончание Академии. Есть куда более важное и печальное дело, которому я прошу вас уделить внимание. Дело, которое взывает к нашей чести. Чести дворян Дорвенанта. Чести некромантов. Чести… братьев-Воронов.

Он не назвал имя лорда Бастельеро, как обычно это делали все, говоря про особый курс, и Айлин это неприятно царапнуло. А потом она неожиданно поняла, что из всех Воронов про ее мужа – их наставника! – спросил только Саймон. Остальные как должное приняли то, что лорд Бастельеро не появился на празднике.

– Все вы знаете, что наш долг некромантов – хранить людей от нежити, – размеренно продолжил Дарра. – А также давать справедливость тем, кто попросит о ней, находясь на грани между миром живых и миром мертвых. И тем более это наш святой долг, если совершенное преступление напрямую касается нашей гильдии и ее доброго имени. Нашего доброго имени, милорды собратья, – уточнил он. – Помните ли вы клятву, принесенную пять лет назад, когда мы приняли имя Воронов?

Некоторые из соучеников Айлин переглянулись, некоторые не отрывали взгляда от говорящего Дарры, но все закивали, и Айлин, поддавшись происходящему, словно каким-то могущественным чарам, кивнула тоже.

– Мы клялись быть друг другу верными, – завораживающе спокойным голосом снова заговорил Дарра. – Однако эта клятва была нарушена, причем самым подлым и отвратительным образом. Помните ли вы Шона Морстена и Кирка Донелли, наших соучеников, которые нас почти сразу покинули?

– Они были моими однокурсниками, – хмуро сказал Колин Хавард, как-то неуловимо подобравшись и разом перестав выглядеть неуклюжим увальнем. – Оба пропали… Нам сказали, что Кирк уехал, но я узнавал… Его семья уехала без него. А о Морстене мы так ничего и не узнали.

– Кирк Донелли был убит, – холодно и жестко сказал Дарра. – Предан своим же соучеником, братом-адептом, и убит при его прямом участии. Как и многие другие люди, пострадавшие от этого мерзавца. Их кровь взывает к мести. Преступник, виновный в смерти Донелли, это Шон Морстен.

Имя упало в тишину зала, как тяжелый камень в воду – прозвучало, и опять наступила тишина.

А потом раздался неуверенный голос Саймона, и Айлин удивилась, почему Дарра не посвятил их лучшего друга в происходящее. Ведь Саймон был с ними в той кондитерской! Правда, он больше болтал с Иоландой, но получается, что Дарра и потом не объяснил ему, в чем дело? И все это время не говорил… И сейчас всех собрал, не предупредив Саймона… Почему?!

«Потому что Саймон мог бы проговориться отцу, – поняла она. – Он почтительный сын и доверяет лорду Эддерли, а лорд Эддерли наверняка не позволил бы Дарре заниматься всем этим в одиночку. Он же глава гильдии, его напрямую это касается! Но тогда получается, что и лорд Аранвен ничего не знает?! Ни как отец Дарры, ни как лорд-канцлер?!»

– Дарра, но Шон Морстен мертв, – сказал Саймон, пока Айлин лихорадочно пыталась сообразить, что задумал их общий и самый умный друг. – Я точно знаю! Отец велел молчать, но я… услышал, как он говорил об этом с магом из службы безопасности. Морстена убили в трущобах, где он жил. Жаль, конечно… Если бы я знал, что он живет в таком месте, я бы что-нибудь сделал… Но Морстен мертв.

– Ошибаешься, Саймон, – бесстрастно отозвался Дарра. – Для покойника наш дорогой соученик ведет слишком насыщенную жизнь. Точнее, вел до недавнего времени. Еще неделю назад он жил в столице Фраганы, причем в очень приличном месте неподалеку от королевского дворца. Ни в чем себе не отказывал, посещал дорогие злачные заведения, а на жизнь зарабатывал смертельными проклятиями. Ничуть не удивительно, если знать, что эту блестящую карьеру он начал не только с убийства несчастного Донелли, но и с предательства и убийства собственного брата-близнеца. Вместо Шона Морстена, адепта Фиолетовой гильдии, в трущобах был убит профан Кайл Морстен, и его кровь тоже требует справедливости, как и кровь Донелли. Более того, милорды, именно призрак Кайла Морстена обратился ко мне с просьбой о правосудии.

– Немыслимо! – выдохнул кто-то, кажется, Гринхилл. – Аранвен, вы точно не ошибаетесь?

– Если я ошибаюсь, милорды, – невозмутимо пожал плечами Дарра, – почему бы нам не спросить самого Шона Морстена, как получилось, что его объявили убитым? Наш бывший соученик ожидает встречи с нами в подвале моего дома. И я приглашаю вас, милорды и миледи, пройти туда со мной и наконец разобраться в этом деле.

Он посмотрел на Айлин, словно предупреждая, и она мгновенно поняла этот молчаливый намек. Лорд Эддерли тоже предупреждал, что о ее таланте видеть призраков даже с артефактными браслетами на руках никто не должен знать. И Дарра с ним согласился… Поэтому сейчас он берет все на себя, оставляя ее в тени. Но… она должна последовать за ним! Кайл Морстен откликнется только на ее зов! А еще ей нестерпимо хочется взглянуть в глаза его убийце. Увидеть чудовище хуже кадавра и аккару, тварь, не пожалевшую родного брата.

– Дарра, ты уверен, что Айлин следует туда идти? – с сомнением спросил Саймон. – Она же это… ну…

– Я пойду! – выпалила Айлин. – Я тоже из Воронов! Саймон, я… должна! Да и что там такого страшного? Подумаешь, какой-то Морстен!

Про то, что она в путешествии к Разлому видела куда более ужасные вещи, Айлин не напомнила, но Саймон об этом знал. А Дарра пожал плечами и спокойно заметил: