Дана Арнаутова – Двойная звезда (страница 103)
– Нет, – разочарованно признала Иоланда. – То есть я о таком не слышала. Но все равно надо проверить!
– Разве я против? – удивился Саймон, порылся в кармане мантии и выложил на «Начертательную некромантию» толстенький замшевый кошелек. – Вот, не тратить же вам свои деньги, милые девы! Сходите вдвоем, так даже лучше. Надежнее.
– Втроем, – поправила Иоланда. – Еще нужна целительница. Вдруг он всего лишь страшно болен? Жаль, что Аделин на практике! Ну да ничего, позову Эленну. Лечить она не умеет, зато любую болезнь видит – ну просто через стену! А ты чего сидишь, Ревенгар? Живо собирайся!
– Язва! – укоризненно сообщила Эленна – такая же белокурая и голубоглазая, как Иоланда, только худенькая, остролицая и чем-то похожая на ласку. И добавила, подумав и еще раз смерив сударя Безе внимательным взглядом: – Желудка. В начальной стадии. Начинающийся алкоголизм. Подагра. Тоже начинающаяся. Пока не беспокоит, вот он к целителю и не идет. Проклятий нет.
Айлин задумчиво вонзила ложечку в пирожное. Проклятий нет, это и Саймон подтвердил. Если так и целительница говорит, значит, действительно нет. А болезни? Ну уж от подагры-то на шее точно не появляются следы пальцев! Как и на руках – а она тоже их заметила, когда сударь Безе вышел из-за прилавка, чтобы поздороваться с «милыми гостьями»!
– Да съешь ты его уже! – возмутилась Иоланда. – Не хочешь – мне отдай, я съем. Пока еще есть что есть…
Айлин недоуменно взглянула на соседку, бросила взгляд на блюдечко и невольно ойкнула. Восхитительное пирожное – пышная нежно-розовая земляничная пена, рубиновый земляничный конфитюр, ароматная свежая земляничина сверху – разломалось на пять кусочков, земляничинка выпачкалась в муссе… Ох, что бы сейчас сказал учитель этикета!
Айлин поспешно сунула в рот самый маленький кусочек – обойдется Иоланда, у нее свое пирожное есть, и вообще, их еще много! И, между прочим, сама она еще ничего не сказала, хотя сударя Безе рассматривала во все глаза! Тот даже приосанился, разулыбался и лично принес к заказанным пирожным еще сливок с цукатами – за счет заведения.
– Нет на нем ничего, – словно подслушав ее мысли, буркнула соседка. – Ни следа нашей магии. Зато мнит о себе! Ишь, сливки он принес, нужны мне его сливки…
И поспешно придвинула вазочку со сливками поближе к себе.
– Но кошмары ему и правда снятся, – добавила она, подумав. – От них остаются такие… следы. Но они точно не магические, это я бы тоже увидела. А раз не магические, значит, не насланные.
– Некоторая нежить умеет насылать сон, – машинально возразила Айлин и тут же спохватилась. – Но сон же, а не сны… То есть не кошмары! Ой, или может?
– За нежить не отвечаю, только за иллюзорников, – с достоинством возразила Иоланда, с сожалением глядя в почти опустевшую вазочку. – И как иллюзорница тебе говорю – нашей магии на нем нет!
И тут раздался звук, от которого Иоланда выронила ложечку, а сама Айлин вдруг почувствовала прилив азарта… Ну просто-таки охотничьего!
Зашипел до того спокойно лежащий у ее ног Пушок. Тихо и неуверенно, но все-таки! И с явной растерянностью уставился на узкую дверь за прилавком, а всего мгновением позже она отворилась, выпустив девушку с целым подносом пирожных!
Очень красивую девушку: высокую, статную, белокурую почти как Иоланда, и… наверное, все-таки не девушку, а молодую женщину, поправила себя Айлин, разглядев на ее руке кольцо, в точности как у сударя Безе.
Пушок шипел именно на нее.
Сударыня Безе поставила свой поднос, поклонилась гостям и тенью скользнула обратно в дверь.
– А вы знаете, что говорят?! – возбужденно прошептала Эленна, глядя ей вслед. – Говорят, что сударь Безе женился на сестре своей жены! Ну то есть сначала он был женат на одной, но она умерла, и он женился на ее сестре! После траура, конечно! Может, даже сам уморил первую жену!
– Глупости, – так же тихо возмутилась Айлин. – Между прочим, если бы он кого-то убил, это отразилось бы на ауре, а у него чистая аура без пятен, это я тебе как некромантка говорю!
– В виде исключения я согласна, – буркнула Иоланда. – Никого он не морил, не говори глупостей. Он, между прочим, первую жену очень любил, я точно знаю. Моя тетушка с ней дружила! Она вообще случайно погибла, ее зарезали и ограбили, ясно? – и покосилась на Айлин. – Ревенгар, я по твоему лицу вижу, что ты что-то задумала. Могу я узнать что?
«Не можешь!» – едва не буркнула Айлин и тут же одернула себя. Иоланда, между прочим, оказала ей большую услугу, нельзя быть такой нелюбезной! И к тому же ей опять понадобится помощь, прямо сегодня!
– Пойду на охоту, – шепотом ответила она. – То есть не совсем на охоту! То есть… ну, надо же узнать, почему шипит Пушок? Иоланда, а ты сможешь… сможешь наложить на меня отвод глаз? Чтобы ни один человек не заметил?
– Кроме Эддерли, – сварливо заявила соседка. – Даже ты не можешь быть такой дурой, чтобы выслеживать неизвестно что одна, когда хоть кто-то из твоих Воронов еще в столице. Разумеется, могу. Учти, отдашь мне за это половину того, что тебе заплатят!
– Хорошо! – с облегчением выдохнула Айлин.
Как же здорово, когда твоя соседка – иллюзорница, а отвод глаз – и вовсе бесценная вещь. А уж как легко оказалось договориться с Иоландой – ну почему она не может быть такой всегда! Может, они бы тогда даже смогли подружиться?
Но вместо того чтобы обрадоваться, Иоланда скривилась так, словно у нее разом заболели все зубы.
– Ревенгар! – мученически прошипела она. – Ты… ты… ты совершенно безнадежна! Ну нельзя же соглашаться на первую названную цену! Так можно не то что без денег – без панталон остаться! Ты должна была поторговаться, ясно тебе? Предложить одну серебряную, я бы согласилась на четыре золотых, потом дошли бы до золотого!
Ясно?!
– Я… не умею торговаться, – совершенно растерялась Айлин, а Иоланда уничижительно вздохнула.
– Ладно, научу. Когда будет свободное время. За пять золотых.
– Десять серебряных! – возмутилась Айлин, и соседка фыркнула в салфетку.
– Надо же, все-таки небезнадежна! А отвод глаз… ладно уж, сделаю за один золотой. Вечером!
Над аккуратным двухэтажным, каким-то тоже очень кондитерским – нет, в самом деле, даже крыша под луной поблескивала, как глазурь на булочках, – домом мягко светилась серебристая дымка. Уже минут пять светилась, а Айлин никак не могла решить, в самом ли деле дымка есть или ей просто кажется? Правда, Пушок взволнованно похрипывал, но тоже, кажется, недоумевал.
– Саймон? – тихонько позвала Айлин. – Ты видишь дымку над домом?
– Дымку? – удивился друг, на мгновение опустил универсальный щит и разочарованно покачал головой. – Нет, ничего не вижу. Ясная ночь.
– Ничего не понимаю, – с досадой призналась Айлин.
Может, и в самом деле кажется, раз Саймон ничего не видит? Но Пушок-то волнуется. И дымка висит только над одним домом, над другими ничего подобного нет. И вообще, Айлин все больше казалось, что она читала про такие дымки, только давно. Дымка, дымка… И девица ее видит, а парень… Ох, ну да, точно! Девица!
Вскочив, Айлин сорвала с пояса сумку и выхватила оттуда гримуар мэтра Лоу.
Саймон щелкнул пальцами, создав светлячка, и с любопытством взглянул на Айлин.
– Ты что-то вспомнила?
– Я… не уверена! – честно призналась она. – Понимаешь, я читала про такую дымку! Ее видят только девицы и еще юноши, которые никогда не… не имели дел с женщинами, понимаешь? Сейчас-сейчас, я найду, посвети ровнее. Ага, вот! Точно, «серебристая дымка, видная при лунном или звездном свете»! Нет, не подходит, вот если бы она была из Карлонии или Влахии?..
– Да кто же?!
– Жена сударя Безе, – рассеянно отмахнулась Айлин.
– А она и есть карлонка! – удивленно возразил Саймон. – Я как-то раз слышал, как она говорит – по дорвенантски, но акцент у нее – в точности как у мэтра Ладецки, не отличишь! Да что ты там такое вычитала, дай взглянуть!
– Карлонка, – прошептала Айлин и на мгновение зажмурилась. – Погоди. Я… потом тебе покажу, ладно? Сперва проверим, вдруг тут ошибка и дело в чем-нибудь другом?
– Ладно, – вздохнул Саймон и деловито уточнил: – Как будем проверять?
– Свеча понадобится, – объяснила Айлин. – И заговор… ну, это вроде как заклинание, только по-карлонски! И молчи, ладно? Что бы ни случилось, молчи! Они мужчин ненавидят! А пока ты с ней не заговоришь, она тебя и не увидит…
– Да кто они?!
– Т-с-с! – шикнула она, и Саймон поспешно зажал рот ладонью.
Айлин, мысленно горячо благодаря мэтра Кирана, вытащила из сумки свечу, зажгла и, то и дело заглядывая в гримуар и чувствуя себя очень неуверенно, торопливо забубнила:
– Как лампада путь во тьме указала, как на небе ясны звезды из-за туч глядят, так и ты, душа беспокойная, ворота отвори, укажи мне путь…
Глаза Саймона округлились, и Айлин сердито показала ему кулак. Ну да, заклинание странное! Но если оно сработает, то какая разница? А если нет… впрочем, должно сработать, уж мэтр Киран-то хорошо знал, о чем писал…
Пушок зашипел.
Гораздо громче, чем днем, и очень, очень сердито.
Айлин замерла, услышав с другой стороны ворот стук засова.
Саймон со свистом втянул воздух сквозь зубы, но промолчал.
Ворота открылись, и в проеме застыла та самая молодая женщина из кондитерской. Разумеется, это и должна была быть она! И все-таки Айлин почувствовала укол почти болезненного удивления пополам с разочарованием. Сударь Безе всегда казался таким хорошим!