Дана Алексеева – Влюбись в меня, девочка! (страница 2)

Я люблю свежесть. Именно ей я пахну. Либо выбираю что–то ненавязчивое. Легкий шлейф персика или нежного цветка летит за мной…

Эти два момента являются главными и определяющими. Вот такие одинаковые и разные одновременно.

Сейчас мы переросли взаимные претензии, драки и ревность. Уже взрослые девушки–студентки, у которых сформировался свой взгляд на жизнь.

Я учусь и работаю. Да, так скучно.

Мила уже успела поменять факультет, вкусить студенческие тусовки и завязать отношения с парнем, с которым живет на съемной квартире.

Поэтому мы не так часто видимся. Но когда встречаемся, я не устаю поражаться и закатывать глаза на её горячие новости за прошедшее время. Где её только не мотало… Слава богу, мама не в курсе. Её чувствительная натура не смогла бы принять это все так снисходительно и спокойно, как моя.

В перерыве между парами я перезвонила Миле, и мы договорились встретиться сегодня в сквере ближе к вечеру. Чувствую, сюрпризов от неё мне не избежать. Впрочем, как всегда.

– Эй, Стеша, чего закисла? – толкает локтем меня в бок Марьяна, подруга и сокурсница, в частности. – Надеюсь, ты идешь с нами сегодня?

– М? – вылезаю из учебника я и невинно хлопаю ресницами.

Марьяна в возмущении задирает наверх головку, покрытую копной кудрявых волос.

– Ой, все, – фыркает она, поддерживаемая озадаченными взглядами друзей в мою сторону. – Кажется, я потеряла подругу, дамы и господа, расходимся.

– Ну, Мариш, – тяну я протяжно и цепляюсь за фиолетовую кофточку подруги, останавливая её горячий пыл. – Я просто ночью не спала, тыкала по клавиатуре … Сейчас туплю страшно и домашку пытаюсь вразумить, ну не злись?

Она хоть и вспыльчивая, но отходчивая. Еще со школы это заметила, и порой пользуюсь этим.

– Не знаю, что ты там и чем тыкала, – двусмысленно передразнивает подруга со смешком. – Но пора заканчивать с этим садо–маза. Панда, а не человек.

– Эм…

Не поняла? Осиная талия сейчас оскорбилась, а ноющие мышцы от бега вовсе сжались в спазме.

– Я про круги под глазами, дурочка, – посмеивается Марьяна надо мной, демонстрируя всем белоснежную улыбку, которая выгодно резонирует с её смугловатой кожей. – Пора тебя спасать.

– Вот спасибочки, – выдыхаю я, закидывая учебник в рюкзак. – Может я выживу на паре стилистики с твоей помощью?

Это больше не просьба о помощи, а издевка, каюсь. Чтобы Марьяна ответственно готовилась к парам? Смешно. Главная зубрила тут я, да и то никудышная, получается.

– Экспромт мое все, детка, – усмехается подруга. – Хочешь научу?

– Мне знания нужны, а не быстрые курсы актерского.

– П–ф–ф, это сообразительность, моя дорогая. Между прочим, природная.

– Может приспособленность и лень? – моя бровь провокационно подпрыгивает.

– Ты посмотри, оскорбляет не глядя, – пышет возмущением Марьяна, обращаясь к друзьям, которые молча и, перебиваясь глухими смешками, наблюдают за нашей словесной перепалкой. – Грачевская, ты ли это?

– Кажется, все еще я… – усмехаясь, пожимаю плечами и закидываю на них рюкзак.

– Девочки, подеритесь, а я сниму… – выставила перед лицом телефон Кира.

– Иди ты, – отмахиваясь, коротко посылает папарацци Марьяна. Потом смотрит на меня, надув губы. – Стеша, ты идешь со мной сегодня или нет?

– Вот с этого мы с тобой и начали… Куда идем–то? Можешь коротко и ясно, без претензий?

– Крутая туса. Сегодня. Возражения не принимаются.

Только этого не хватало. Знает ведь, что не хожу на я на их «тусы».

– Нет, Марьяна… – сожалеюще поджимаю губы, готовясь ко очередному нападению. – Работа, сроки поджимают… Я пас.

– Ты, Стеша, – её наточенный ноготь вонзается в грудь, а вострые глазки не на шутку сверкают. – Пойдешь со мной. Поняла? Я тебя свяжу и в багажнике вывезу из дома, если по своей воле не хочешь отдохнуть хотя бы раз в жизни.

– Да я бы с радостью с тобой погуляла, но…

– Я все сказала, – отрезает Марьяна и задирает нос к верху. – Заеду за тобой в восемь.

Беспощадная. Несправедливая. Единоличница. Коза без тормозов.

И моя подруга. Которую люблю и желаю убить одновременно.

Еще обидится нам меня до конца своего века. Это в её духе, знаем… А я потом спокойно спать не смогу.

– Ладно… Как скажете, госпожа Василевская, – фыркаю я и добавляю. – Но если сегодня меня завалят на стилистике, то я не виновата. Запрусь и никуда не выйду, пока все не вызубрю.

– Договорились, детка, – с вызовом подмигивает она и поправляет подол моей любимой юбочки. – Надень только что–нибудь поприличнее. Точнее понеприличнее… Ну, ты поняла.

Её смех вводит в краску. Нет, я не поняла. Пойду в том, в чем комфортно. И чем ей не угодила моя юбка?

Не знаю, откуда в ней было столько уверенности, что меня не завалят на стилистике, но мне действительно повезло – на паре все сложилось удачно и письменная работа была выполнена вполне неплохо. А это значит, что сегодня вместо работы за компьютером я отправляюсь… Тусоваться.

Клас–с–с.

Я не против отдыха, но ночные гулянки и приключения – не про меня. Хотя один раз можно сделать исключение ради принципиальной подруги.

Осталось выбрать, что надеть и набраться терпения, ведь мне придется скучать на вечеринке среди пьяных студентов неведомо сколько… Надеюсь, не всю ночь? О, ну как я потом к первой паре встану? Марьяне прогулять – расплюнуть, а меня совесть будет грызть, будь она неладна…

– Стеша, – при виде меня, сестра встает со скамейки и направляется ко мне.

А я уже и забыла о нашей встрече… Суматошный день.

Учебный день завершен, и я спускаюсь по многочисленным ступенькам от здания универа, не в силах отойти от навязчивых мыслей о предстоящем вечере.

– Привет, – слегка улыбаюсь я и приобнимаю Милу.

Всегда, когда встречаюсь с сестрой, понимаю, что я не так уж и плохо выгляжу. Стройная молодая лань с большущими синими глазами и чуть вьющимися светлыми волосами. Только вот наращенные ресницы портят всю естественную милоту, но к счастью, у меня, в отличие от сестры, нет особого желания приклеивать к себе инородные тела.

– Отлично выглядишь, птенчик, – улыбается в ответ Мила, зная, что мне не нравится, как она меня называет. – Надеюсь, у тебя все хорошо?

– Да… Вроде… – неуверенно выдыхаю я, сдавая себя с потрохами.

– Пройдемся?

– Угу…

Мы неспешно идем по вымощенной дорожке университетского сквера, и я рассказываю сестре о предложении Марьяны.

– Значит, идешь на вечеринку?

– Иду, – обречено киваю я.

– А кто её устраивает, не в курсе? – в интонации сестры слышится интерес.

Я останавливаюсь и с надеждой заглядываю в её ясные глаза.

– Уж не хочешь ли ты присоединиться? Как было бы здорово, Мила, давай с нами!

Я безмолвно молю её, сведя бровки домиком, на что сестра хохочет.

– Кто устаивает, говорю?

– Я не знаю. Марьяна толком ничего не сказала… Хотя, подожди, она упоминала какого–то Угловского вроде…

Услышав фамилию, Мила поджимает губы. Плохой знак.

– Ясно, – кивает она и следом разочаровывает новостью. – Извини, но сегодня не могу, с Яром буду. Так что, удачи и хорошо повеселиться тебе.

– Спасибочки, – выдавливаю я. – Ты знаешь его? Этого Угловского?