Дана Алексеева – Ты моя любовь (страница 7)
– Уважаемые гости, мы поплывём на двух суднах, поэтому разделяемся на команды по цветам браслетов, – командует Капитан, который занял роль организатора. – Синие на «Чайку», желтые – на «Тайфун».
Нас ждёт целая программа, судя по его рассказу. Мы должны переправится на другой берег к ресторану, который арендован для нашей компании.
– У меня жёлтый, – первой прошусь на борт. Мои плечи заметно трясутся от холода.
– Прекрасно, прошу вас, – пропускает меня бородатый дядечка и указывает направление. – Идите в каюту, там тепло и есть горячительное.
– Спасибо.
Стуча зубами, захожу в каюту и вздрагиваю от резкой смены температуры. Здесь не только тепло, но ещё и накрыт стол с разными яствами. Плюхнувшись на мягкий диван, я облегченно выдыхаю и грею ладони.
В сумочке бзыкает телефон. Входящий вызов от мамы быстро прерывается.
Я перезваниваю.
– Алло, мам. Тебя плохо слышно.
Её голос звучит урывками и потом вовсе пропадает.
– Связь что ли плохая, – бурчу под нос и пытаюсь дозвонится ещё пару раз.
Как только я встаю с дивана, мои ноги теряют равновесие и тело клонит в сторону. Едва не упав, я задерживаюсь за край стола. Такое чувство, что яхту качает по волнам.
Испугавшись, что мы по какой–то ошибке отплыли с единственным пассажиром, я выхожу на палубу и оглядываюсь. Судно действительно отчалило от берега и на борту никого, кроме меня.
Паника тут же бьёт по вискам. Куда меня везут, чёрт возьми?
– Ох ты мамочки, –взвизгиваю я, когда меня отшатывается назад и припечатывает спиной к борту.
Телефон вылетает из разжавшейся от испуга ладони и плюхается в мутную воду.
– О н–е–ет…. – взвываю я, глядя на бушующие волны, которые поглотили мой мобильник.
Бранное слово растворяется в воздухе и никак не меняет паршивую ситуацию. Сжав в кулаках металлические прутья, я чуть ли не реву.
– Без паники, – звучит сзади мужской голос.
Я резко разворачиваюсь и вижу Волкова. Растравленные эмоции бомбой летят в цель.
– Дима, какого чёрта? Почему все, кроме меня, плывут на другой яхте? – мой голос надрывается от холода и злости.
– У нас другой маршрут, – ровно отвечает он. – Ты замёрзла, зайди в каюту.
Мне хватает пары секунд, чтобы понять, суть спланированной акции.
– Что? Ты… Ты… – заикаюсь, не находя приличных слов. – Верни меня на землю!
– Поздно. Будем плавать, пока не помиримся.
Я обмираю от жесткого условия.
– Ты офигел?
– Называй это как хочешь.
– Да я быстрее утоплюсь!
– Можешь попытаться, но вряд ли выйдет, – издевается.
– Ты насильно удерживаешь меня на борту, Волков. Ты в своём уме? – возмущаюсь я.
– Ну зашла ты сюда по доброй воле. Дождись окончания маршрута и сойдёшь, как положено.
Его спокойствие убивает. Я заглатываю воздух, чтобы справиться с истерикой, но она побеждает.
– Как положено? Да ты просто украл меня, чёрт возьми! Я осталась без связи наедине с тобой, посреди воды и непонятно, куда плыву!
– Идеальное стечение обстоятельств, неправда ли, – довольно усмехается Дима.
Глава 8
– Это самое ужасное стечение обстоятельств, которое только возможно! –взвываю я, задрав голову к затянутому небу. – Ох ты боже!
Каблуки теряют устойчивость, когда судно раскачивается. Меня по инерции заносит вправо, и я врезаюсь в Диму.
– Оп, аккуратно, – приобнимает за талию он.
– Не надо меня трогать, – отстраняюсь.
Придерживаясь за всё, что попадётся под руку, я двигаюсь в каюту. Волосы летают туда–сюда от ветра и образуют на голове растрёпанный хаос. Шум волн заглушает мой недовольный бубнёж.
– Фух, – шумно выдыхаю, оказавшись в теплом помещении.
Дима заходит следом и подходит к столу. Пока я угрюмо молчу и прибираю волосы, он вскрывает бутылку и разливает вино.
– Согрейся, – протягивает бокал.
– На что ты надеешься? – с претензией задираю бровь. – Ни после первого, ни после второго я не прощу тебя.
– Я налью третий, – отшучивается он.
Фыркнув, я забираю бокал и делаю глоток. Я реально продрогла до костей. Полученный стресс раскачал эмоции на триста шестьдесят. Я как лодка посреди океанического шторма, которая каким–то образом из последних сил умудряется держаться на плаву.
Алкоголь должен сгладить.
– Голодная? – кивает на приготовленные яства Дима.
– Нет.
Закинув ногу на ногу, я смотрю в сторону и пригубляю вино.
– Тебе лучше закусывать, иначе быстро опьянеешь, – предупреждает он, закатывая рукава.
– Быстрее усну, – хмыкаю. – Избавлю себя от твоего общества.
– Я приду во сне.
Дима посылает мне улыбочку и, вооружившись ножом, разрезает мясо на порции. Я заглядываюсь на его руки и заглушаю маленькими глотками шумящие мысли, которые похожи на бешенных пчёл – мечутся, задалбывают, пугают, жалят.
Куда мы плывём?
Как долго я проточу с бывшим наедине, и как объясню это Лёше?
Не наделаю ли я глупостей?
И наконец, на какие шиши купить новый телефон?
– Поешь, – ставит передо мной тарелку с мясо и овощами Дима.
Я поднимаю на него глаза и выдерживаю пронзительный зрительный контакт.
Мы общаемся взглядами, и каждый стоит на своём. Упрямо, твёрдо, неуступчиво. Он будет добиваться меня в той степени, в которой я буду сопротивляться. Кто первый сломается – Бог знает. Терпение у Волкова железное и методы достижение цели решительные, но я быстрее умру, чем совершу дважды одну и ту же ошибку.
Прочистив горло, я двигаюсь ближе к столу и оставляю наполовину опустошенный бокал. Горло, грудину и пустой желудок приятно греет алкоголь. Почувствовав ударную волну по мозгам, я решаю не кочевряжиться и поесть.
Дима сидит напротив и держит в поле зрения каждое моё действие. Уголки его губ одобрительно приподнимаются, когда я отправляю кусочек запеченного баклажана в рот и пережевываю.