Дамьянти Бисвас – Синий бар (страница 32)

Знала ли о случившемся Тара? Арнав хотел взять свой телефон. Если от него не будет вестей, она может начать волноваться.

– Ты нас здорово напугал. – Нандини потянулась, чтобы погладить его по волосам. – Шинде должен скоро вернуться.

Ручка двери повернулась, и Шинде действительно вошел в палату, но Нандини не уходила. Арнав подождал, пока они обсудят лекарства, заключение врачей и передачу личных вещей.

– Если что-то понадобится, нажимай на кнопку, – Нандини положила правую руку Арнава на специальный выключатель. – Она вызывает медсестер.

Нандини никогда не демонстрировала свою привязанность к нему так открыто, но в этот раз наклонилась, чтобы поцеловать его в лоб. Арнав ожидал услышать от Шинде ругательства, как только Нандини выйдет из комнаты, но его друг промолчал.

– Аббай наранги панду, что за физиономия? – спросил Арнав, провоцируя друга. – Разве ты не рад, что у меня тоже сломаны кости?

Вместо ответного укола Арнав получил молчание. Боль когтями пронзила его левое плечо и всю руку. Шинде вел себя не как всегда: обычно он не мог заткнуться, когда его просили, но сейчас, когда Арнав жаждал получить ответы на вопросы, хотел отвлечься или хотя бы поспорить, друг отвернулся к окну, не сказав ни слова.

– Что с тобой? – Арнав позволил своему раздражению выплеснуться наружу.

– Ави, – Шинде уставился на улицу, – ты должен мне кое-что пообещать.

Друг выглядел еще хуже, чем утром: толстовка, накинутая на плечи, была сильно помята, а джинсы испачканы.

– Ты под кайфом от обезболивающих или что? – Пока он говорил, пульсация в плече усилилась. Ему захотелось швырнуть поднос в Шинде и услышать звук удара.

– Ты же любишь моих детей. – Голос друга звучал так тихо, что Арнав едва его слышал.

– Сегодня утром ты орал на всю округу. Я не умер, ты же знаешь. Конечно, я люблю их.

– Ты выслушаешь меня ради них?

Агония охватила шею и голову. Арнав нажал на кнопку, чтобы вызвать медсестру и попросить еще обезболивающего.

– Я не понимаю, о чем ты говоришь, – выдохнул он.

Вдруг Шинде взглянул на телефон. Его лицо мгновенно стало серьезным, и он повернулся, чтобы встретиться взглядом с Арнавом.

– Я должен ответить на звонок. Еще вернусь.

Глава 42

Он сел и посмотрел в окно. Отец унаследовал это место и изрядное количество денег. Большую часть он потратил на Номерок, но оставил ему этот фермерский дом. Единственное доброе дело за всю его проклятую жизнь.

Фермерский дом располагался в часе езды от центра Мумбаи и был жутким местом по ночам. До него доносились звуки мангровых зарослей: стрекот сверчков, улюлюканье сов, вой голодных бродячих собак. Дом хранил все его воспоминания, лучшие и худшие. В некоторые вечера он не мог отличить одни от других.

В этих мыслях он добрел до своего кабинета, запер дверь и открыл шкаф. Его дневники. Кто Билал такой, чтобы просить его покончить со всем этим? За все эти годы он заплатил ему лакхи рупий. Он наткнулся на имя домоправителя в одной из дневниковых записей.

Сегодня Билала нет дома, и я не знаю почему, но папа рано вернулся с работы. В хорошие дни мы с и ним играем в крикет на заросшем заднем дворе, но иногда что-то в воздухе меняется. Когда я слышу свист его ремня, я изо всех сил стараюсь спрятаться. Часто мне это удается, как сегодня, когда я спрятался в подвале под большим столом, где мы разделываем мясо, которое папа приносит после охоты. Кабана или оленя. С одной стороны у подвала есть окна-люки, через которые видна зелень снаружи. Мы редко их открываем, разве что когда после рубки мяса в доме воняет, и Билал использует слишком много отбеливателя.

Сегодня он оставил их открытыми, и пока я пишу эти слова, мне хочется свернуться калачиком и исчезнуть, или вылететь из этих окон и никогда не возвращаться.

Он швырнул тетрадь через всю комнату и взял другую.

Мне не нравятся папины зеленые камуфляжные мундиры, но сегодня он заставил меня надеть один из них. Я едва сдержал смех: мы надели форму защитников животных, отправляясь на охотничье сафари.

Когда-нибудь и я надену собственную форму. Может быть, она будет цвета хаки – хороший камуфляж, больше власти. Посмотрим. Когда я сказал папе, что хочу полицейскую форму цвета хаки, он назвал меня фатту — слабаком. Я недостаточно мужественный для него.

Я промолчал, но не я тут слабак, который не может контролировать собственную жену.

Он не замечает, что когда я не спускаюсь к столу, когда делаю вид, что у меня болит голова, и остаюсь в постели, она приносит мне суп. Трогает мой лоб, чтобы проверить, нет ли жара, потом горло и грудь, спускаясь все ниже и ниже, поглаживая меня по всему телу, и все это время хрипло шепчет советы. Например, что мне следует хорошо питаться. Я становлюсь слишком слабым, говорит она, мне нужно ходить на тренировки. Мне пятнадцать. Ей двадцать три. Отцу сорок семь. Кто из нас должен знать, как жить?

Глава 43

Арнав

Больницы для Арнава были не в новинку. Еще мальчиком он ждал, когда тело сестры отдадут семье. Несколько лет спустя он сидел у постели своего отца, когда тот постепенно угасал от цирроза печени. Затем была его мать, проходившая химиотерапию. Он стал единственным членом семьи, который вернулся домой с больничной койки.

Врач сказал, что у Арнава перелом без смещения левой плечевой кости, ушиб ребер и небольшое сотрясение мозга. При должном отдыхе и уходе он должен быстро поправиться. Оставшись в одиночестве, Арнав скорчил гримасу. Только травм ему не хватало в дополнение ко всему, что уже его мучило: дела в Аксе; перевод, которого он не хотел; то, что происходит между ними с Тарой. Не говоря уже о том, что кто-то хотел его убить.

Он услышал, как открылась дверь. Послышались шаги. Это не были бодрые, уверенные шаги Шинде. Неужели они нашли его и здесь? Он оглядел фигуру вошедшего сквозь ресницы. Это была женщина.

– Тара?

Она тут же бросилась к нему.

– Нандини сказала, что ты проснулся, и я зашла.

– Нандини?

Тара была здесь и познакомилась с его девушкой. Почему он до сих пор не расстался с Нандини?

– Я звонила тебе на телефон, и она взяла трубку.

Ее рубашка была помята, волосы находились в беспорядке, а глаза опухли. Неужели она плакала?

– Когда ты приехала? Разве тебе не нужно выступать сегодня?

– Я волновалась. Думала…

Арнав попытался подняться, но болящее плечо не позволило ему это сделать. Вошла медсестра, и Тара замолчала на время, пока женщина в униформе проверяла аппараты, капельницы и делала пометки в его карте.

– Я в порядке, – заявил Арнав.

– Ну да, конечно. – Она улыбнулась, но губы у нее дрожали. – Выглядишь так, словно тебя кто-то сильно избил. – Арнав протянул здоровую руку, и она взяла ее. – Я так рада, что с тобой все будет в порядке. Я давно должна была сказать, но…

Не успела она договорить, как в комнату вошел Шинде.

– Это Тара, – представил ее Арнав, и боль отступила. Его мысли вновь обрели ясность. Он повернулся к Таре. – А это Хемант Шинде.

– Что она здесь делает? – задал вопрос друг.

Тара выпрямилась. Она была намного ниже Шинде, но ее осанка, жесткая и прямая, помогала ей казаться выше, чем она была на самом деле.

– Вы человек Шетти, не так ли? Он велел узнать, где я?

Арнав удивленно уставился на них обоих. Это определенно был день загадок и приключений. Тара и Шинде знали друг друга и были не в лучших отношениях. Он обратился к ней как к более здравомыслящей и способной нормально отвечать на вопросы стороне.

– Тара?

– Все вопросы к нему. – Ее голос был тихим, но в нем слышалась нотка обвинения.

Шинде отвел взгляд. Левая рука Арнава превратилась в комок боли. Он должен загнать Шинде в угол и выяснить, что происходит.

– Дай нам несколько минут, Тара. – Он попытался взглядом передать всю глубину чувств к ней. – Не уходи далеко. – Когда она неуверенно кивнула, он поспешил добавить: – Это не займет много времени. Пожалуйста.

Когда Тара закрыла за собой дверь, Арнав хмуро посмотрел на Шинде.

– Пришла пора все объяснить.

Глава 44

Билал пропал. Не на несколько часов, что было обычным делом, не на целый день, что было необычно, но допустимо, а на целых два дня. Возможно, он действительно ушел навсегда, как и обещал.

Он в сотый раз набрал номер Билала. После гудков он прослушал голосовое сообщение: «Алло. Я вам перезвоню».

На прошлой неделе, не видя смысла что-то скрывать, он вскользь упомянул, что получил посылку на железнодорожной станции.

– Если вы вернетесь к своим занятиям, я уйду. – Билал поднял глаза, загружая сумку в машину. – Я сам подбирал и обучал персонал. Можете выбрать себе нового домоправителя из их числа.

– Она приедет на ферму и станцует для меня. Я же обещал тебе – больше ничего.

– Вы и раньше давали обещания. – И Билал уехал.