Дамьянти Бисвас – Синий бар (страница 14)
Он мог рассказать об этом Шинде, и тогда тот, возможно, передал бы дело другому инспектору из своего участка. Расул был слишком крупной рыбой, чтобы Шинде оставил дело в руках офицера, который ему не подчинялся, даже если это был его лучший друг. Или Арнав мог подождать, пока не будет уверен на сто процентов. Ему не было дела до Расула. Если Расул действительно подписал контракт, Арнав хотел узнать только о том, кто стоит за ним.
Он включил радио, и из динамиков зазвучала еще одна старая песня на хинди, которую так любила Тара, навевая воспоминания о дымном «Синем баре» и о соблазнительной, но отстраненной улыбке бывшей возлюбленной, освещенной мигающими огнями.
Глава 17
Он лежал, свернувшись калачиком в углу кровати с балдахином, шторы были задернуты. Все это уже слишком. Пачки денег для чертова Бхая Билала, а ведь последний заказ он испортил, вдобавок к трем другим. Все, что ему нужно было сделать, – это вывезти посылку из Мумбаи, а не оставить ее в мангровых зарослях.
Раздался легкий стук в дверь.
Наверняка Билал на подносе, своем вечном атрибуте, принес целебные снадобья, наполненные антиоксидантами. Домоправитель часто бормотал, что это полезно для кожи и настроения.
– Уходи.
– К вам пришли, – раздался из-за двери тихий голос. Билал называл отца «сэр». Его он называл «баба» – мужской вариант слова
Последовал еще один вежливый стук. На месте домоправителя он бы уже колотил в дверь. Но Билал не был в доме хозяином.
– Вам нужно встретиться с ним. У него есть для вас телефон.
Вот это другое дело. Не так много людей присылали ему телефоны. Этот гость не передал бы телефон никому другому. Даже Билалу.
– Попроси его подождать.
Он вышел, запер дверь на кодовый замок и направился в маленькую гостиную в задней части квартиры. Там его ждал человек с угрюмым лицом. Все они были молчаливы, но этот, похоже, не только не хотел, но и не мог говорить. Головорез передал ему трубку и вышел. Дверь через черный ход, который Билал держал запертым, вела на улицу. Ночные посетители ждали приглашения войти под маленьким крыльцом.
Телефон, который он держал в руке, был из дешевых, кнопочный. Он казался новым. Когда раздался звонок, он подождал несколько секунд, прежде чем снять трубку и поздороваться. Он надеялся, что речь идет не о том, чего он опасался.
– У меня к тебе официальный разговор, – с другого конца донесся хрипловатый голос. – Я разрываю договор.
Унна. Люди звали его демоном Виджаяном, и он заставил полицейских в Мумбаи потерять сон, прежде чем сбежать в Дубай. Виджаян был унной – это малаялийское слово, означающее «старший брат» – главарь мафии – или друг семьи. И он был зол. Не просто зол, а безумно зол.
– Унна?
– Я больше не могу доставлять твой товар.
– Вы, конечно, объясните, почему. – Он нарочно сделал голос ниже. Говорить нужно непринужденно, прямо. Притворяться, что ничего не знаешь.
– У нас много совместных дел, – сказал Унна, – и я думал, что ты честен со мной.
– Так и есть.
– Они нашли посылку, в которой кое-чего не хватало. Я не так много зарабатываю на этом бизнесе, чтобы посылки попадали ко мне в таком виде, и уж точно занимаюсь им не для того, чтобы их обнаруживали не те люди.
Слава богам, Унна не знал об остальных. С последней он принял все обычные меры предосторожности. Убедился, что женщина отчиталась перед начальством, сказала, что уезжает по собственной воле. Послала смс-сообщения со своего телефона родным, сообщив, что будет занята или уедет в другой город. Но человека Билала снова постигла неудача.
– Откуда вы знаете, что посылка была повреждена?
– Единственная причина, по которой я не узнал об этом раньше, – это то, что я доверял тебе. – Голос звучал отстраненно. – Это было одолжение по старой памяти.
Про «старую память» он не врал. Отец приглашал Виджаяна пострелять в лесу, они устраивал пир для него и его людей в те дни, когда слово Унны было законом в Мумбаи. За прошедшие годы он помогал им с большими и малыми делами. Используя связи хитрой бабенки по прозвищу Номерок, Виджаян процветал.
– Унна…
– Я нужен тебе больше, чем ты мне. Лучше бы ты это помнил.
Он сдержался и промолчал. Он бы напомнил Унне, почему его дела находятся на особом счету у министров штата Махараштра, но сейчас было неподходящее время.
– А что, если я гарантирую, что пакеты отныне будут в целости и сохранности? – предложил он.
– Я не вчера родился! – Голос Унны стал резким.
– Я даю вам слово.
– Ты и раньше его давал. Очевидно, оно не имеет для тебя большого значения. А ведь в нашем деле слово – это все. – В трубке послышались частые гудки.
Глава 18
Арнав стоял и разговаривал с другим инспектором у кабинета Мхатре. Он был следующим на очереди.
В полицейском участке царила суматоха: к ним заглянул ответственный комиссар Джоши. Никто не знал, зачем. Он приехал один. Старшие должностные лица объезжали участки в своей зоне по расписанию, если только не случались неприятности, например, взрыв или перестрелка. Это было официальное мероприятие, на котором часто присутствовали и другие комиссары. Джоши попросил о встрече с каждым из инспекторов в присутствии Мхатре.
Арнав никогда не общался лично с подтянутым, бодрым Джоши. Пока Арнав будет вести себя с ним, как с любым другим начальником, тот никогда не узнает его, если не станет копаться в его семейной истории.
Арнав обернулся на повышенные голоса, которые доносились из кабинета: баритон Джоши, а затем более тихий голос Мхатре. Его коллега отошел в сторону. Арнав уже собирался уходить, когда Мхатре вышел и пригласил его войти.
В полиции Мумбаи было принято уступать свое место старшему по должности. Джоши, несмотря на фуражку с золотым шитьем, казался до смешного маленьким в кресле Мхатре. Джоши хорошо выглядел для своих пятидесяти семи лет и резким движением отдал честь Арнаву в ответ на его приветствие.
– Доброе утро, сэр. – Арнав встал рядом с сидящим Мхатре, готовый к расспросам о делах, которые он ведет. Затем он обвел взглядом другие кресла в комнате и понял реальную причину визита Джоши. Танеджа сидел, набирая текст на своем большом смартфоне. Рядом с ним устроилась Китту Вирани в свободном белом сальвар-камизе с длинными рукавами и, опустив голову, скромно улыбаясь.
– Доброе утро, инспектор Раджпут. – Джоши жестом указал ему на свободный стул.
– Благодарю, сэр.
– Я тут разговаривал с господином Танеджей. Он говорит, что вы мешаете ему вести дела.
Арнав говорил тем же тоном, которым обычно делал доклады.
– На строительной площадке
– Я ничего не знаю ни о мангровых зарослях Версовы, ни о трупах. – Танеджа улыбнулся снисходительно, как будто объяснял Уголовный кодекс маленькому ребенку.
– Каждый труп обезглавили и расчленили совершенно одинаково. – Арнав не сводил взгляда с Джоши.
Не обращая внимания на Арнава, тот повернулся к Танедже:
– Я займусь этим вопросом. Скоро вы сможете возобновить строительство.
– Спасибо, Джоши-сааб. Это все, что я желал услышать. С вашего позволения я пойду.
Китту прочистила горло, и Джоши обратился уже к ней:
– Госпожа Вирани, я всегда рад видеть вас. Что касается вашей просьбы, я сделаю все возможное. Давайте посмотрим… Раджпут, вы ведь занимаетесь карате, верно?
Арнав не знал, куда он клонит. Однако он не видел смысла отрицать факт: он тренировался гораздо дольше, чем работал в полиции Мумбаи.
– Да, сэр.
– Вы именно тот, кто нам нужен, – инспектор в хорошей форме, владеющий боевыми искусствами. Рехану Вирани нужен учитель, э-э, консультант, для новой роли в кино.
– Простите?
– После всего того беспокойства, которое вы причинили, придется найти время для помощи, Раджпут. – Джоши кивнул Мхатре. – Проследите, чтобы он выполнил поручение.
Арнав хотел возразить, в конце концов, он офицер полиции, а не тренер по карате, и Джоши не имел права просить его работать на героев Болливуда. Однако указав на это, он потерял бы возможность постоянно общаться с Реханом, а через него – с Китту Вирани и Рахулем Танеджей. У такого человека, как Танеджа, были дела поважнее, чем спа в Аксе. Его присутствие здесь означало, что ему есть что скрывать.
Танеджа и Китту Вирани встали, Джоши тоже поднялся со своего места со смиренно сложенными перед собой руками.
– Сообщите, если мы можем помочь чем-то еще. Наш долг – служить.
Джоши улыбнулся и жестом велел Мхатре проводить гостей. Когда они ушли, он повернулся к Арнаву, и его голос не выдал и толики недовольства, которое отражалось у него в глазах.
– Как вы знаете, в полиции Мумбаи мы гордимся тем, что предпринимаем все новые и новые шаги для повышения эффективности нашей работы. Старший комиссар просит меня выступить с новыми инициативами. Я рассчитываю на вашу помощь.