Дамир Губайдуллин – Лихорадка (страница 2)

– А что в городе есть куда ходить? – Поднял я бровь. – Мертвое место, и люди мертвые. Одна Нини живая и то, потому что ненормальная, наверное.

– А кто нормальный, ага? Вон про меня какие слухи ходят. Оккультист, понимаешь!

– А что, нет?

– Ну…– Опустила голову Римма. – Когда мать пропала, была мысль пойти к финнам. К ведьмам. Вызвать дух, что ли. Да, ходила на чердак пару раз, но, чтобы всерьез… Да нет, шутки с этим плохи, ага.

– Я все думаю, куда она могла пропасть. – Почесал я макушку. – Пропадать – то некуда. А прошло полгода уже. Полиция молчит?

– Ой, полиция! – Махнула рукой Римма. – Нини, что ли? Она фуфайки вяжет. Дядя Егор пьет. Райвовна соленья продает. Не город, а цирк, ага. И ты шляешься в пургу. А знаешь, – она склонилась ко мне. – Я бояться начала в последнее время.

– Кого?

–Города. Обстановка здесь какая-то… Странная, что ли. Не могу объяснить. Как будто что – то изменилось. Не замечал? Воздух даже тяжелее стал. Ага?

– Нет, не замечал. – Улыбнулся я. – Я же только на тебя смотрю.

– Дурак. Я тебе хочу сказать, что все эти люди будто не так просты, как кажутся. – Поморщилась Римма, когда свет неожиданно включился. – Вот это да! А еще знаешь что… Я расскажу.

– Так. – Только повернул я к ней голову, как свет снова выключился. – Ну, так даже лучше.

– Ага. Саш. Я, кажется, все-таки что-то сделала. Мне показалось, что ничего не получилось… Но, кажется… – Она шумно сглотнула. – Случилось что-то страшное.

***

Часы в маленькой комнате пробили полночь. Пурга все усиливалась, а мы сидели в полной темноте и лица наши освещал лишь свет с улицы. Она была напугана и так прекрасна в своем страхе: ее синие глаза стали такими чистыми и большими, что хотелось в них утонуть. Я буду с ней, чтобы она там не натворила.

– И…– Я взял ее за руку. – И что же случилось?

– Короче. – Она выдернула руку и резко вскочила. – Я нашла какое – то заклинание в Интернете, звучит как бред, но не суть. – Девушка остановилась у окна. – Я все сделала как там написано, прочла, зажгла свечу, погасила, точнее… – Римма снова шумно сглотнула. – Она сама погасла. Ничего не произошло, но я… Чувствую: что – то случилось.

– Ты… – Я едва сдержал смешок. – Ты пыталась вызвать мать? Серьезно? – Ага. – Кивнула Римма, не поднимая головы. – Тебе смешно?! Чушь, да! Может быть, это все бред. Я могла вот эту пургу навести, но они случаются каждый год, каждую зиму! Саша. – Теперь она взяла меня за руку. – Мне страшно. Мне правда очень страшно.

– Послушай. – Я погладил ее по руке. – Твоя мать и раньше пропадала. Она не себе. Еще и выпивала. Она может быть где угодно. Но заклинание в Интернете – это полная чушь. Успокойся. Действительно ничего не произошло.

– Ага. – Кивнула Римма. – А что могло произойти? Я могла вызвать кого-то не того? Нет, не могла. В городе никто не пропал, никто не появился…

– Хватит! – Не сдержавшись, я рассмеялся. – Никто никого не вызвал. Не мог вызвать! Вот, давай проверим. Давай! Еще раз проведем этот твой обряд, или что там. И увидишь: ничего не изменится.

– Не надо…

– Надо. Свечи есть?

– Да, одна, но там мало… Саша! – Крикнула Римма. – Прекрати мне, ага?! Ничего вызывать не будем! Изыди, грешный!

– Будем. – Твердо ответил я. – Давай покончим с этим. Детский сад, честное слово.

–Идиот. – Покачав головой, взяла со стола телефон девушка. – Бери мел и свечу.

***

– Погоди. – Римма взяла меня за руку, когда я, расчертив круг и расставив свечи, потянулся за зажигалкой. – Давай диктофон включим. Ну, на всякий случай, ага? Ну, мало ли.

– Господи. – Закатил я глаза. – Включай.

Она включила диктофон, положив его перед собой. Прочитала текст на латыни и закрыла глаза. Я ничего не закрывал, ибо ни во что не верил, но свеча действительно погасла, снова погрузив комнату во мрак. В ногах похолодело. Снаружи снег и ветер стучались в окно, а я боялся пошевелиться. Боялся даже повернуть голову к ней. Нет, я не верил в это все. Но… Мало ли…?

– Саш…? – Прошептала она, не открывая глаз. – Саш, все хорошо? – Ага. – Справившись с дрожью, я, наконец, повернул к ней голову и взял за руку. – Как ты…?

– Ох, зря мы зря это делаем, ага. – Опустила Римма голову. – Ой, зря. Давай собирать это все и спать. Так и быть, ляжем на диван. Но чтобы ни ни!

***

Проснулся я только утром. За окном уже, как ни странно светило солнце, будто бы ночью ничего и не было. Римма, в домашнем халате, как ни в чем не бывало, расхаживала по комнате и готовила нам завтрак. Даже так…?

– Проснулся? – Улыбнулась она, обернувшись. – Вставай, давай. Иди в коридор, там быстро умывайся и будем завтракать. – Она подошла ко мне и, наклонившись, поцеловала в губы, глаза ее неестественно блеснули. – Скорее, у нас много дел.

***

Пребывая в полном недоумении, я схватил полотенце и вышел в коридор, предварительно убедившись, что никого нет. Топая по деревянному полу, напевая одному мне известную песню, я поднял голову и испуганно отпрыгнул!

Из зеркала над умывальником на меня смотрела…Римма. Только в той, вчерашней, зимней одежде.

– Твою ж налево… – Она молчала. Только молча смотрела своими огромными синими глазами, полными страха. – А… Этого же не может быть…?

– Вытащи меня. – Твердо проговорила Римма, я ничего не мог сказать, только ошалело шевелил губами. Сердце готово было выскочить из груди. – Мне страшно, вытащи меня. Вытащи меня, Саша, я прошу тебя!!! – Что есть силы крикнула она, ударив по стеклу кулаком!

– Саш? – Я испуганно оглянулся, когда Римма, та, что в комнате, вышла в коридор. Вчерашней Риммы в стекле уже не было. – Все хорошо? Ты какой – то бледный.

– Ага. – Стараясь не смотрел в зеркало, кивнул я. – Идем есть.

– Ну, идем.

Пропустив девушку вперед, я все-таки обернулся. Римма в зеркале разочарованно покачала головой и исчезла.

***

Часы пробили полдень. За окном также шла жизнь, а я сидел в чужой квартире и, кажется, с чужим человеком. Она не подавала вида, что что-то не так. Молча ела свой завтрак и смотрела в телевизор. На первый взгляд ничего не произошло, она была такая же, как и всегда. Ничего не изменилось, только этот неестественный блеск в глазах. Я бы не обратил внимания, но отражение в зеркале, еще и говорящее… Мозг категорически отказывался верить в происходящее. Две Риммы: одна тут, одна в зеркале. Так не бывает. Но ведь было же? Мне не могло это показаться, она разговаривала со мной, черт возьми! И эта разговаривает. Хорошо, если так, то кто из них… Настоящий? И чего мне стоит бояться? Трудно осознать, но Римма, похоже, была права: случилось что-то страшное.

***

Сославшись на плохое самочувствие, я отправился домой. Пурги как не бывало, Коккола действительно снова жила своей жизнью. Работал магазин, ездили автомобили, даже крохотная машина Нини стояла у отделения полиции. Когда она вернулась, в метель? Да ее бы сдуло, эту маленькую машину. Может быть, и не уезжала? Можно обвинить меня в паранойе, но теперь все казалось странным. Дядя Егор тоже внезапно объявился, что-то стругал на крыше больницы. На скользкой крыше больницы! После метели. Да он никогда в жизни бы туда не полез, даже за бутылку водки. А Светлана Райвовна сидела на крыльце больницы и курила. Курила, врач! И этот человек меня ругал за аморальный образ жизни! Они обезумели?

***

Отряхнув снег с ботинок, я вошел подъезд своего общежития и поднялся на второй этаж. Остановившись у залитого солнцем узкого коридора, прислушался к комнате 313. Туда никто не заселялся. Уже очень давно. Ходили легенды, что когда – то в этой комнате сошла с ума одна очень состоятельная женщина и до сих пор там живет. Нормальный человек не поверил бы, но Коккола – город суеверный. Проверять никто не спешил, более того, для сохранения покоя женщины мы периодически оставляли под порогом какие-то гостинцы. Фрукты, сладости. Вы смеетесь, а они постоянно исчезали. И пойди разберись, кто их забирал. Сами жители или женщина.

– Господи! – Я испуганно дернулся, когда сзади на мое плечо легла чья – то рука. Тетя Кайса, местная сумасшедшая. Лет ей примерно 90, постоянно ходит в старомодном чепчике и пышном старинном платье. Всегда с собой носит керосиновую лампу. Всегда, даже днем. Наполовину слепая, тетя Кайса всегда что-то шепчет, якобы пророчества. Я пытался прислушиваться, но никогда ничего не понимал. – Как вы меня напугали. – Беда… – Прошептала старуха, глядя куда – то сзади моего плеча. – Незаконченное закончится ветром… Бурей…Да рассеются небеса… – Подняла она керосиновую лампу к моему лицу. – За одну душу придется платить… Платить многими душами…– Выдохнув, тетя Кайса, шаркая тапочками, удалилась в сторону свое комнаты.

И вот так всегда. Кто-нибудь что-то понял?

***

Первым делом в своей комнате я осмотрел зеркало. Никого. Может быть, все-таки показалось? Нет, не может быть. Я не сошел с ума. Я ее видел, она со мной говорила. Но что делать? Положив на стол диктофон, который из стащил из квартиры Риммы, я уселся на пол. Надо слушать. Но страшно!

Включив аппарат, я снова погрузился в тот вечер. Чудесно начинавшийся, надо сказать. И я был бы не против, если бы то, что случилось утром, было правдой. Это ведь человек, которого я любил. А он рядом со мной, и позитивно ко мне настроен. Но зеркало. А что, если прийти туда снова и все проверить? Может быть, это действительно был обман? И мне показалось? А Римма все та же.