Дамина Райт – Пешки против Игроков (страница 7)

– Мне было так страшно, что я о Стражах и не подумала.

Тем временем Кувшиночник продолжил свой рассказ:

«Итак, добыча прилетает, прибегает или приползает, а у меня уже готова расщепляющая жидкость. Ты совершенно правильно заметила, Ферджина, что у ловушек гладкие стенки. Именно по этим стенкам добыча соскальзывает вниз… шлёпается в жидкость… и я начинаю готовить из неё суп. Ты ведь ела суп в столовой, можешь себе представить?»

Меня чуть не передёрнуло, когда я представила себе бульон из араней или майси. Вот почему Кувшиночник говорил мне, что он охотится! Да, он не кидался на жертву с небес, как птицы рукха, но с полным правом мог именовать себя охотником.

«Теперь ты знаешь, почему в твоей комнате нет майси, – заключил Кувшиночник. – Да что там майси, здесь и араней нет, и мускашки залетают ненадолго, ты не успеваешь их заметить!»

«Премного тебе благодарна, – я посмотрела в окно, не имея больше желания разглядывать ловушки, – но как быть с майси в соседней комнате?»

Небо постепенно светлело – а это означало, что Стражи скоро проснутся, доложат Башне, и соседка лишится четырёх очков за повторное нарушение правил.

«Как быть? – Кувшиночник задумался. – Вот что… Внизу, в комнате с сундуками, должна быть ловушка для майси, сделанная из дерева и металла. Обычно туда кладут еду, ловят майси живьём, а потом отдают Волшебникам на опыты. Или мне… отдают».

Мысль была неприятная, но, похоже, это единственный выход. Я пересказала соседке всё, что услышала от Кувшиночника, и мы принялись спорить, кто из нас возьмёт ловушку.

– Это ведь мне она нужна, значит, я и заплачу за неё, – с неожиданной решимостью заявила соседка.

– С тебя и так снимут очки из-за невыполненного задания. И сейчас могут снять, если Стражи увидят, как ты выходишь из моей комнаты… Можно и вовсе нулевой пешкой стать на целый день!

«И она ею станет, если вы будете болтать ещё пару ходов», – вмешался Кувшиночник. Он был прав, и я кивнула соседке на дверь:

– Тебе лучше уйти поскорее.

– Ладно, но ловушку я возьму сама, – упрямо заявила она, и я согласилась, чтобы не затягивать этот разговор:

– Будь по-твоему… Ауфена.

– Как? – она обернулась от двери.

– Это я тебе сейчас имя придумала. Неплохое, правда? – Я улыбнулась и увидела, как её смуглое лицо словно осветилось изнутри, и в голубых глазах зажглись тёплые огоньки.

– Имя… Это что-то, принадлежащее мне одной, верно?

Сначала я удивилась, откуда Ауфена это знает. А потом предположила, что из книг, которые она листала в библиотеке.

– Да, тебе одной. Только не произноси его вслух, при Стражах – на всякий случай.

– А у тебя есть имя?

Я встала, подскочила к ней и крепко, по-дружески, сжала её руку. В памяти всплыли слова Кувшиночника: «Дружба – это когда ты сделал что-то хорошее другому, а он – тебе».

– Зови меня Ферджина.

После ухода соседки я спохватилась, что надо умыться, а затем спустилась в столовую. Стражи ещё дремали, так что проступок Ауфены останется безнаказанным, и меня это порадовало. Позволить кому-то не спать по ночам от страха, что майси обгрызут лицо? Ну уж нет, и в бездну все эти глупые правила!

На занятиях Голос рассказал мне, что каждый шарик в отверстии на деревянной стойке – это маленькая история. История о Первом Волшебнике, о битвах и сражениях, о том, какие ещё есть миры, кроме нашего… Я загорелась желанием услышать про них.

Возьми шарик, переливающийся синим – это цвет вечности. Ткни в него пальцем.

Я так и сделала – и к моему удивлению, шарик просто-напросто лопнул, разлетевшись синими брызгами, а у меня перед глазами появилась удивительная картина.

Наш мир – огромная плоская Доска, витающие над ней два бесплотных божества… Доска была окружена жёлтым сиянием и плавала в сплошном чёрном пространстве. Так вот она, бездна! А вокруг были другие миры – но такие же, как и Доска, расчерченные квадратами, движущиеся по своим правилам!

Все миры похожи на наш; разница лишь в том, что в них играются разные Партии. Когда ты и другие пешки выйдете отсюда, у вас тоже начнётся ваша общая Партия.

Я поразмыслила. Могли ли слова «все миры похожи на наш» оказаться полуправдой, а то и неправдой? Что, если есть какой-то мир лучше нашего? А Игроки – так ли они всесильны? Ведь нарисовать-то можно любое изображение, и рассказать любую историю, а насколько они правдивы, откуда мне знать!

К счастью, эти кощунственные мысли никто не слышал, а величественная картина мироустройства погасла так же быстро, как и появилась. Вместо неё прозвучало сообщение с вопросом, что ещё я хочу узнать.

– Последнее сражение на Доске… на что оно было похоже? – И не успела я договорить, как переливающийся красным шарик лёг ко мне в руку, и я раздавила его, обрызгав себе пальцы.

Теперь передо мной развернулась картина боя, настолько похожая на реальность, что мне захотелось убежать. Казалось, всё это происходило совсем близко! Раздавался звон мечей, свист стрел и разносились крики умирающих. Неподалёку от меня Чёрный Волшебник выпустил из своего жезла алую искру. Она сверкнула и поразила стоявшую ко мне спиной фигуру в белом. Жрица! Она охнула и выронила книгу с молитвами – та шлёпнулась прямо в грязь. Жрица упала на четвереньки, раненая, но ещё живая, и попыталась схватить книгу… бесполезно. Вражеский сапог наступил ей на пальцы, вызвав болезненный стон.

– Игроки… помогите, ведь я взывала к вам, – чуть слышно произнесла Жрица.

– Твои молитвы ничто рядом с моим мечом! – осклабился Всадник в забрызганном плаще, который только что слез с коня – но не ему суждено было добить Жрицу. Чёрная пешка с решительным и непреклонным видом занесла острый и тяжёлый камень.

– Нет, – прошептала Жрица, но пешка – я не видела её лица, прикрытого упавшими на лоб светлыми волосами – только покачала головой.

– Прости, но мы враги, – в её голосе явственно прозвучало сожаление.

Я закрыла глаза и заткнула уши, чтобы не слышать, не видеть всё это!.. Ужасный вопль Жрицы всё равно просочился ко мне в уши… а затем наступила звенящая тишина.

Медленно опустив руки, я открыла глаза. Картина боя исчезла, и передо мной снова красовалась деревянная стойка с шариками разных цветов. За спиной раздался привычный стук – был сделан ход.

Голос разрезал тишину, и я вздрогнула:

Возьмёшь с собой кристалл. Здесь несколько копий – на всякий случай, – но сила у них одинаковая. Кристалл хорошо помогает Волшебникам в бою – например, видеть противника на далёком расстоянии.

– Зачем мне брать с собой кристалл? – Я не могла отойти от увиденного. И такое сражение предстоит нам, пешкам?! Отвратительно! А ведь в бою не отвернёшься, и уши не заткнёшь… Рука у меня была всё ещё перепачкана красными брызгами – теперь казалось, что это кровь. Я схватила со стола чистую тряпку, вытерла пальцы и, скомкав, с отвращением кинула её обратно.

Подсказка!

Ты будешь смотреть в него и внушать себе, будто видишь то, что происходит сзади. На расстоянии нескольких шагов. Поняла? Варианты ответов: Да/Нет.

Я безмолвно кивнула, потом спохватилась и ответила: «Да». Машинально взяла кристалл из отверстия в деревянной стойке, зажала в ладони и вышла из комнаты.

На лестнице царил полумрак – Стражи погрузились в свой обычный послеобеденный сон, слегка приоткрыв лепестки, а кто-то даже всхрапнул, словно кнейт. Я спускалась, погружённая в свои мысли, и убийство белой Жрицы не давало мне покоя. Казалось, его только что совершили у меня на глазах… И странное дело – я так живо ощущала её разочарование в создателях Доски, как если бы сама его пережила.

– Ой! – Сзади меня толкнули в спину, я еле удержалась на ногах, но кристалл вывалился из пальцев и полетел вниз, сверкнув гранями. Я замерла – и услышала звон разбитого хрусталя. Стражи встрепенулись, лестницу залил жёлтый свет.

– Прошу прощения, нечаянно толкнул, – мимо меня легко сбежал по ступенькам тот самый наглец с выдающимся носом. Наклонился, подобрал осколки и повертел в руках. – Разбился, надо же!

В его голосе прозвучало фальшивое сочувствие, но по глазам было видно, что он сделал это с умыслом. Злость во мне так и вспыхнула:

– Ты… Носатый! Это же моё задание, из-за тебя я не смогу его сделать!

Я оглянулась на Стражей, ища поддержки, но они не спешили её выказать. Даже если кто-то из цветов не спал и видел, что меня толкнули нарочно, то не собирался говорить.

– Значит, задание выполнено не будет, – всё с тем же фальшивым сочувствием Носатый развёл руками, в которых всё ещё были зажаты осколки.

Я сжала кулаки и хотела кинуться на него, чтобы хорошенько врезать по физиономии, но меня остановил холодный голос сверху:

– Брось. Ты сделал это специально! Я же видел.

Я сразу узнала этот голос, и на душе стало легче. Мой спутник в Туманном Поле! Он спустился ниже по ступенькам, не глядя на меня, а я смотрела на его кудри, которые казались ещё ярче в жёлтом сиянии, исходившем от цветов.

– Чего ты за неё вступаться вздумал? – процедил Носатый сквозь зубы, сразу отбросив притворство. – Она враг! Мы с ней будем на Клетках сражаться!

– Я ни за кого не вступаюсь, – последовал спокойный ответ. – Но ты нарушил правила. Ты не должен был украдкой идти за ней и толкать её в спину. И если бы Стражи поменьше спали, они бы это увидели!

Цветы возмущённо зашипели, зовя Башню, и было вдвойне приятно, что он их отчитал! Не всякая пешка на такое решится.