Даманта Макарова – Навь (страница 19)
Марина, стиснув зубы, произнесла:
-Хотите, я расскажу вам историю про глупую и наивную девочку, которая приехала из провинции с маленьким ребёнком, влюбившись в местного парня и готовая на всё лишь бы построить с ним счастливую жизнь, но… - тут она сделала презрительную гримасу и продолжила. – Этому родительскому сынку не интересны были её проблемы: что дома жрать нечего, нечем платить за квартиру, за детский сад, за кредиты. Придёт ресничками похлопает, поохает, максимум пять тысяч даст, когда только за аренду надо тридцать пять, и говорит: «Заюш, а ты займи у кого-нибудь». Вот заюша и попыталась у дядечки-азербайджанца занять. Только дядя девочку обманул: в отель заманил обещаниями, своё грязное дело сделал, а денег не дал. – на этом моменте Марина замолчала и залпом допила бокал. – Чем я сегодня рискую? Душой? И что душа? — Прошлогодний снег! А глядишь — пронесет и так! В наш атомный век, в наш каменный век, на совесть цена пятак! – процитировала она Александра Галича, откинула винную пробку, которую до этого крутила в руках, встала, развернулась и ушла в дальний угол участка с телефоном.
Девушки переглянулись, и в это время подошёл Лео с детьми и почувствовав напряжение за столом, спросил:
-Что-то случилось? Вы есть будете или только болтать?
-Конечно, будем, Лео! Спасибо большое за такой вкусный шашлык. – улыбнулась Ксиня. – Мальчишки, налетайте тоже.
Злясь больше на себя и свою беспомощность, Марина сидела под яблоней и крутила в руках смартфон, как внезапно он завибрировал сообщением:
«Привет, очаровательная ведьмочка! Ты надумала? Константин Валентинович ждёт ответа», - Григорий не знал особых церемоний.
Уставившись в экран, помедлив Церенская ответила:
«Скорее да, чем нет. И тебе привет, самовлюблённый красавчик».
* * *
ИНСОМНИЯ
Начало Июня
С самого раннего утра, день оказался прекрасным – яркое солнце, легкий ветерок, несущий на себе запахи леса и лета, где-то звонко смеялись дети. Сёма и Тимофей катались на велосипедах, пока взрослые занимались своими делами.
Лео пригласил Нию прогуляться в лесу, и девушка не могла не согласиться – день слишком хороший, чтобы отказываться. Да и мысли о том, что задумала Марина, не давали ей покоя, а отвлечение как нельзя кстати. Да и Ксиня уговорила ее пройтись со словами: «А вдруг тебе явится берегиня или еще какой лесной дух?»
Свежий лесной воздух щекотал ноздри множеством ароматов – земля, листва и трава, а так же прочие растения леса наполняли все вокруг таким приятным запахом, что голова прояснялась, забывая о тяжелом воздухе города. Лео тоже заметил это, наслаждаясь тем, что Ния улыбалась, пока они шагали по узкой, похожей на звериную, тропинке.
А затем они вышли на залитую рассеянными сквозь листву лучами солнца полянку, и Лео коснулся запястья Нии, останавливая ее. Когда их взгляды встретились, мужчина вдруг растерял все желание нарушать момент разговорами – невероятные фиолетовые глаза девушки так блестели, что мысли у него оставались только одни…
Ему так хотелось обнять ее, прижать, признаться в любви и помочь ей поверить в то, что он никогда не допустит повторения прошлого.
Ния шагнула ближе к Лео и коснулась его груди, чувствуя, как он нежно положил руку на ее талию. Пальцы девушки скользнули по пуговицам его рубашки, и она сглотнула ком, внезапно возникший в ее горле. Ладонью она ощущала жар его тела, и ровное дыхание – мужчина терпеливо ждал, пока она поднимет на него взгляд или скажет что-то. Ния вдруг осмелела, расстегивая пуговицы и обнажая грудь мужчины. Взгляд ее изучал красивые узорчатые татуировки на его коже, подчеркивающие каждый мускул, но пальцем она принялась водить по завиткам, и Лео заулыбался, очень нежно погладив Нию по щеке костяшками пальцев.
Девушка подняла взгляд, и мужчина склонился к ней, коснувшись ее губ своими, и ощутив, как она прижалась к нему всем телом – совсем как когда-то, до того, как в ее жизнь ворвался Максимилиан, сломив ее. Ния обвила его шею руками, растворяясь в этом нежном, жарком и долгом поцелуе, пока Лео мягко сжимал ее бока, словно сдерживаясь от того, чтобы начать ласкать ее тело.
Ния расслышала едва слышный, будто затерянный на ветерке, девичий смех. Она прекрасно знала, что из-за стволов деревьев на них глазели местные лесные нимфы-берегини, которые присматривали за лесом. Духи обитали везде, и всегда существовал шанс оказаться развлечением для какого-нибудь призрака или местного духа-божка.
И потому девушка не остановилась, расстегивая пряжку на поясе Лео. Мужчина напрягся всем телом, но поймал ее руки мягкой хваткой, отстранившись от ее губ и всмотревшись в глаза Нии.
-Я хочу тебя. – прошептала сбивчиво та, и на щеках ее возник едва видный румянец.
Мужчина не знал, стоило ли поддаваться этому внезапному желанию, и откровенно боялся, что Ния еще не восстановилась после упыря, напавшего на нее. Однако девушка рванулась к нему, впиваясь в губы мужчины поцелуем, и он вдруг ощутил, как задрожали его коленки. Руки его сами собой скользнули под ее футболку, лаская кожу художницы и вызывая в ней тихие стоны.
Он не понял, как они вдруг оказались на мягкой, благоухающей дикими цветами траве. Губами он тщательно, медленно и осторожничая выводил узоры по телу Нии, пока та постанывала и выгибалась, возбуждаясь с каждым мгновением все сильнее. А затем страсть охватила обоих настолько, что они оказались сплетены воедино, перекатываясь по щекочущей обнаженную кожу траве и срывая то стоны, то поцелуи друг у друга.
Где-то среди деревьев хихикали древесные нимфы, наблюдавшие за этой картиной единения двух влюбленных, наслаждавшихся друг другом в самом свободном и искреннем виде среди ветра, леса и пения птиц, раздающегося где-то в кронах деревьев.
Когда-то давным-давно – столетия назад – люди приходили в лес, чтобы воспевать природу, жизнь и любовь таким же образом. И этот сладкий поток теплоты и искренности лился вовне, укрепляя местных духов, которые благодарили людей за это своеобразное поклонение дарами леса.
Ния отдавалась мужчине так, словно любила его впервые – открыто, жарко, жадно и ненасытно. Лео же понимал, что тонул – в этом невероятном, головокружительном вихре, в замутненных негой глазах Нии, в ее протяжных, сладострастных стонах и жаре ее тела…
Никогда прежде он не чувствовал себя так.
Счастливым. Любимым. Полным любви, нежности, желания и жажды быть с одной единственной женщиной.
* * *
МАРИНА
Начало Июня
По возвращению из деревни поздно вечером Марина сидела на кухне и уже минут пять смотрела на разблокированный экран своего самсунга, даже не переодевшись. Чат открыт с Григорием, и тот находился в сети. Ждал.
Несколько раз Церенская писала и стирала сообщение. Назад дороги не будет, но…
«Я согласна, но подписывать буду непосредственно на встрече с Константином Валентиновичем. Завтра.» - быстро набрала и отправила женщина.
Ответ не заставил себя долго ждать:
«Окей. Приеду за тобой в офис».
На следующий день, как только Марина пришла на работу, руководство вызвало её к себе:
-Мариночка, у тебя в 11 часов сегодня встреча и подписание контракта с новым о-о-очень важным клиентом господином Черноземельным Константином Валентиновичем. Очень крупная сделка. Я сам хотел поехать, но его условие, чтобы только ты присутствовала. В рамках договора, Мариночка, ты будешь закреплена за ним. Только прошу без фокусов. – директор явно пребывал не в себе и носился как бесноватый по кабинету.
Кстати… А он и являлся бесом, как и его жена, и очень низкого пошива, внезапно поняла Церенская и ужаснулась. Почему раньше не замечала?
Чёрный Гелендваген завернул на Холодильный переулок по трамвайным путям и остановился напротив Марины. Оттуда выпрыгнул Григорий в чёрных брюках и чёрной тончайшей рубашке с длинным рукавом и поспешил, ухмыляясь, открыть Церенской пассажирскую дверь:
-Приветствую.
Та покачала головой:
-Добрый день. Ну и ну… Скромность явно не твой конёк.
На что мужчина рассмеялся и помог ей устроится в своем танке, не обращая внимания на возмущённые сигналы водителя трамвая.
Вид с 66 этажа башни Восток в Москва-Сити открывался захватывающий. Тем более, в такой солнечный погожий денёк.
«Страшно представить, сколько стоит аренда апарт-офиса здесь, а уж покупка…» - размышляла Марина, заворожённо глядя в огромное панорамное окно приёмной Черноземельного стараясь не показывать своего беспокойства. От любезно предложенных секретаршей по имени Настя чая и кофе она отказалась, в отличие от Григория, который развалился на чёрном кожаном диване, пожирая гору конфет, при этом открыто заигрывал с помощницей.
Неожиданно раздался мужской скрипучий голос сверху из микрофона:
-...пригласи Церенскую. Гриша пусть и дальше тебя развлекает, но не отвлекает от работы.
Все притихли, и девушка проводила Марину в кабинет.
Изумрудный брючный костюм сидел на юристе из Самары идеально. Именно поэтому Церенская его и выбрала для подписания контракта, но это был единственный наряд, который смотрелся на ней дорого-богато и презентабельно. Обычно она носила простенькие джинсы, пиджачки, рубашки, либо джемперы.
Пожилой мужчина в сером элегантном костюме с интересом разглядывал её, как только они поздоровались друг с другом, а после минутной, неловкой для Марины, паузы произнёс: