Далия Трускиновская – Млечный Путь № 3 2021 (страница 48)

Восприятие такой многогранной личности особенно проблематично в силу того, что в идеале читатели, биографы и исследователи должны быть знакомы со всеми областями, которыми занимался Ибн Эзра. К сожалению, на сегодняшний день произведения Ибн Эзры анализируются узкими специалистами в разных областях в отрыве друг от друга. Например, в сборнике поэзии Ибн Эзры не включены его страстные и проникновенные поэтические молитвы, которыми он предварял все свои труды. При анализе его стихов ударение делается на форму и грамматику, а не на их научную, каббалистическую или религиозную суть. При рассмотрении математических работ упускаются из виду ссылки на "Книгу Созидания", а при изучении астрологических трактатов забываются их библейские подтексты.

Примечательно, что Ибн Эзра-мистик остается практически неисследованным. Даже Исраэль Левин, которому удалось наиболее полно синтезировать разные уровни жизнедеятельности и сознания Ибн Эзры, с недоверием относится к его мистическим переживаниям. Рассказ о том, как Ибн Эзра, находясь в Англии, получил во сне "Послание субботы" от ангелов, Исраэль Левин называет первым оригинальным фантастическим произведением. Но сам Ибн Эзра отнюдь не считал это фантастикой. Кстати, подобные сны были описаны, например, Рамбамом, Декартом или первым английским поэтом Кэдмоном, и они тоже принимали свои вещие сновидения за действительность.

Как отмечает профессор Меир Бар Илан, пренебрежение теми или иными убеждениями Ибн Эзры доходит до того, что многие историки науки и религии не упоминают ни его пифагорейства, ни занятий астрологией, и тем самым в корне изменяют его основные идеи. Создается впечатление, что как в притче о царе Соломоне и ребёнке, наука и религия, поэзия и астрология, все между собой спорят по поводу Ибн Эзры, и каждая утверждает, что его талант принадлежит лишь ей одной. Сам же Ибн Эзра не посвящал себя целиком ни одной из этих областей по отдельности. Как нельзя отделить северный магнитный полюс от южного, так невозможно отделить Ибн Эзру поэта от Ибн Эзры учёного или Ибн Эзры астролога и комментатора Торы. В стихотворении "Странствия истощили меня" он писал о себе:

בְּכָל מָקוֹם גַּרְתִּי

סְפָרִים חִבַּרְתִּי

וְסוֹדוֹת בֵּאַרְתִּי

וְכִרְאִי מוּצָקִים

В Еврейской энциклопедии Брокгауза и Ефрона приводится такой подстрочный перевод: "Я пребывал в этих местах как скиталец, писал много и раскрывал людям тайны науки".

Характерно, что с одной стороны, в этом подстрочнике появляется понятие "наука", отсутствующее у автора, а с другой стороны, исчезают рифмы, ритмы и библейский подтекст оригинала. Ближе к тексту перевод звучит так:

"Повсюду я бывал

Книги сочинял

Тайны раскрывал

как зеркало литое твердые".

Последняя строка этого стиха взята поэтом из Иова (37:18):

תַּרְקִיעַ עִמּוֹ, לִשְׁחָקִים; חֲזָקִים, כִּרְאִי מוּצָק (לז יח)

"Построил ли ты вместе с Ним небеса, твердые, как зеркало литое?"

Для тех, кто знаком с глубоким подтекстом этих строк из книги Иова, в которых Бог напоминает ему о сложности законов звёздного неба, ясно, что Ибн Эзра, как всегда, писал намеками, писал кратко, ритмично и ёмко. Чтобы понять его, нужно обладать энциклопедическими знаниями Танаха и осознавать, что в каждом его стихе заключена небесная мудрость Торы и ссылки на многие поколения её толкователей. При замене этой цитаты из Иова на слово "наука" остается лишь один уровень восприятия, лишь одно рациональное земное толкование, в котором нет места всей глубине четырёх уровней мировосприятия Ибн Эзры.

Близится к тысяче лет расстояние, отделяющее нас от Ибн Эзры. Но странное дело - кажется, будто с каждым десятилетием образ великого мудреца не только не стирается в памяти людской, а проступает все детальнее и яснее, становясь более близким и доступным для нынешних поколений. Как будто не прямая стрела времени отделяет нас от него, а циклическая круговая траектория, следуя по которой, мы вновь приближаемся к тому историческому витку, на котором легче сфокусировать взгляд на личности и идеях Ибн Эзры. Как будто подтверждая известные слова из псалма Моисея, что "тысяча лет в глазах Твоих, как день вчерашний", язык и замыслы сочинений Ибн Эзры перекликаются с тематикой наших дней и находят живой отклик в сердцах современных читателей. Может показаться парадоксальным, но в какой-то степени язык Ибн Эзры, жившего за тысячу лет до нас, сегодня воспринимается легче, чем язык Бялика или Черниховского, живших в прошлом веке.

С точки зрения лингвистики, это можно объяснить тем, что современный иврит отказался от произношения, принятого в России прошлых веков, и перенял упрощённый вариант сефардского произношения, близкий поэтам Золотого века Испании. Несмотря на то, что часть слов и понятий Ибн Эзры уже устарели, музыка его поэзии созвучна нынешним ритмам иврита.

Но не только язык Ибн Эзры сегодня становится яснее, чем в прошлом столетии. За прошедший век историки избавились от многих досадных ошибок в биографии Ибн Эзры и восстановили авторство части его работ. Приведу лишь несколько источников ошибок. Во-первых, само имя поэта породило путаницу. Оказывается, что в Испании тех лет известны два гения-однофамильца: Моше Ибн Эзра (1055? - 1135?) и Авраам ибн Эзра (1090?-1164). По-видимому, их связывали родственные узы. Оба были философами и знатоками теории поэзии, оба горько оплакивали уничтожение еврейских общин в Испании, оба были вынуждены покинуть родные края и стать скитальцами, оба тосковали по Испании и писали об одиночестве в странах "Эдома" (название христианских стран в средневековой литературе). Оба были дружны с другим великим поэтом тех дней - с рабби Иегуда Галеви. Такие параллели привели к тому, что даже специалисты филологи зачастую путали факты из жизни Моше и Авраама Ибн Эзры. Особо остро путаница между двумя поэтами возникает при рассмотрении перевода на русский поэмы Гейне "Иегуда бен Галеви", в которой воспето "триединое созвездие самых знаменитых поэтов", а именно, Ибн Эзра, Шломо ибн Гвироль и Иегуда Галеви. В ряде статей об Аврааме Ибн Эзре ошибочно полагалось, что именно его, а не Моше Ибн Эзру, Гейне провозгласил "царём искусств". Позднее нашлись филологи, пошедшие на компромисс, расширив звёздный триумвират до квартета и включив в него имена обоих однофамильцев.

Сходными в Средневековье воспринимаются не только фамилии людей, но и названия мест. Например, из-за описок в иврите и перестановок букв ошибочно полагалось, что Ибн Эзра писал часть своих трудов на острове Родосе, так как еврейское названии городка Дрё на юге Франции превратилось у переписчиков в Родос‎. Подобно этому, на протяжении многих лет считалось, что Ибн Эзра был родом из Толедо, и только недавно было окончательно установлено, что он родился в городе Тудела, в мусульманском королевстве Сарагосы. Городок этот принес миру целую плеяду знаменитых еврейских деятелей, и в их числе путешественник Биньямин из Туделы и каббалист Авраам Абулафия. Вдобавок в Туделе находилось родовое поместье нескольких поколений влиятельного семейства Шапрут.

Напомню, что Хасдай Ибн Шапрут (915-990?) был советником при дворе Абдуррахмана III, меценатом, учёным, врачом и поэтом, стоявшим вместе с Дунашем Бен Лабратом (920-990) у истоков Золотого века Испанской поэзии. Как отмечает Исраэль Левин, поэзию Ибн Эзры можно понять и оценить только в контексте её исторической перспективы, только как заключительный аккорд поразительного явления поэзии Золотого века. Порядка 175 лет разделяло рождение зачинателей Золотого века Испании от рождения поэта, которому было суждено завершить эту удивительную эпоху. Случайно ли возникло это явление? Случайно ли завершилось? Попробуем по совету Левина рассмотреть его нарратив.

Временная цепочка рождений основных поэтов Золотого века Испании была рассмотрена в книге "Часы Феникса". Согласно модели больших исторических циклов, предложенной в ней, мировая культура делится на 493-летние циклы, названные годом Феникса. В свою очередь, каждый большой цикл делится на восемь неравномерных фаз, повторяющихся во всех годах Феникса и напоминающих возрастные периоды в жизни человека. Начало каждого такого цикла (час Феникса) знаменуется рождением великих поэтов и мыслителей, ответственных за создание новых парадигм. Например, начало нынешнего цикла (1885-1899 гг.) совпадает с рождением таких поэтов Серебряного века, как Хлебников, Мандельштам, Гумилев, Пастернак, Ахматова, Цветаева, или отцов квантовой физики, как Де Бройль, Шредингер, Бор. В древнем мире, в час Феникса, приходящийся на ~590- 560 гг. до н. э., родились Пифагор, Анакреон и Конфуций. В Римской Империи, в час Феникса, приходящийся на ~90 г.- 50 гг. до н.э, родились Вергилий и Гораций, Меценат и Октавиан Август. Аналогично, в средневековой Испании, в час Феникса, приходящийся на ~890-920 гг. родились Дунаш Бен Лабрат, Хасдай Ибн Шапрут и Абдуррахман III. Как уже упоминалось, именно Дунаш Бен Лабрат сумел изменить стиль и форму поэтического творчества: он стал основателем светского жанра поэзии на иврите и первым ввёл в нее размер. За ним в первой фазе года Феникса (в фазе "роста и развития") родились такие прославленные поэты как Шмуэль-а-Нагид (993 - 1056), Шломо Ибн Гвироль (1021 - 1058), Моше Ибн Эзра (1055 - 1139). Во второй фазе - в фазе "отрочества и юношеского протеста" родился Иегуда Галеви (1075 - 1141), трагически погибший в Иерусалиме. Вскоре за ним, но уже в третьей фазе - в "фазе возмужания", спустя приблизительно 170 лет после рождения Бен Лабрата, родился Авраам Ибн Эзра (1090?- 1164). Именно он стал предвестником эпохи Возрождения и привел к тому, что последующие поэты Испании, Прованса и Италии переняли не только реформы Бен Лабрата в стиле и в размере, но и начали наполнять поэзию гуманистическими идеалами. Впоследствии Ибн Эзру цитировали практически все знаменитые мыслители и деятели Возрождения, среди них, например, Колумб, Пико де Мирандола, Джозеф Скалигер. При этом важно отметить, что на Ибн Эзре, в третьей фазе года Феникса оборвалась цепочка, и он вошёл в историю как последний великий представитель той эпохи.