Далиша Рэй – (не)Должностные обязанности (страница 22)
— Марат! Ты, кажется, отправился туда, не знаю куда! — рявкаю так, что Катя чуть не подпрыгивает на своем стуле. Оглядывается на меня испуганно, потом смотрит на Аркана:
— Спасибо за предложение, Марат Аркадьевич. Но, думаю, оно лишнее, — отворачивается к своему монитору и принимается что-то быстро печатать.
Смотрю многозначительно на Аркана — что, получил отлуп, бабник? Донжуан местечковый!
Когда за Арканом закрывается дверь, говорю:
— Катя, будьте готовы уйти с работы в три часа. К этому времени я за вами заеду и сразу отправимся за вашим мальчиком. Лучше, если мы приедем в мой дом засветло, чтобы вы успели осмотреться.
Поворачиваюсь к появившейся в дверях первой помощнице:
— Эльвира, на ближайшее время остаешься в приемной одна — у Кати будет работа на другом объекте.
Глава 36
Дальше рабочий день идет нервно.
Объявив Эльвире, что меня несколько дней не будет в офисе, Родион Юрьевич уезжает. Едва за ним закрывается дверь первая помощница отрывисто спрашивает:
— Куда Родион тебя посылает? Какой еще объект?
— Тебе лучше спросить об этом у него самого, — отвечаю, отворачиваясь к монитору.
— Я у тебя спрашиваю!
Молчу, смотрю в экран — о делах шефа я распространяться не собираюсь. Захочет рассказать — его дело. Нахожу в базе нужный файл и утыкаюсь в него — вообще-то, у меня море работы не сделано.
После короткой паузы Эльвира командует мне:
— Иди убери чашки в кабинете шефа. Быстро!
— Ты их приносила, ты и убираешь, — неожиданно для себя огрызаюсь. Хотя, тут я полностью права, у нас так заведено — кто принес кофе или чай, тот и убирает потом посуду.
Конечно, будь я в нормальном состоянии, ни за что не отказалась бы. Мне проще пойти и убрать вместо нее, чем ссориться с первой помощницей. Это я на испытательном сроке и на честном слове, а она тут царица.
Но сегодня мои нервы на пределе, вот и не сдержалась.
— Наглеешь, мышь-притворщица? Проблем захотела? Могу устроить, — Эльвира останавливается возле моего стола. Скрещивает руки на груди и стоит, постукивая носком туфельки по полу.
Елки — палки, ей то что я сделала?! Как же я устала от всей этой агрессии в свой адрес!
Поднимаю на Эльвиру глаза и цежу:
— Ты сама установила это правило. Раз ты готовила и приносила кофе, то и посуду ты убираешь.
Эльвира молчит, рассматривает мое лицо и брезгливо кривит губы. Потом вдруг меняется в лице, мило улыбается, треплет меня по плечу и ласково произносит:
— Ты, похоже, возомнила о себе невесть что, дурочка. Решила, раз Алмазов дал тебе особое поручение, то ты теперь королева? Но ничего, долго твое заблуждение не продлится. А знаешь почему?
Я молчу, мне не интересно, какое дерьмо она собирается на меня вылить. Стиснув зубы, забиваю данные в заявку на канцелярию для приемной.
Но Эльвиру мое молчание не останавливает, естественно. Она вдруг наклоняется и выдергивает провод компьютера из розетки бесперебойника. Блок питания, моргнув на прощанье, выключается, монитор гаснет.
— Когда я с тобой разговариваю, ты смотришь на меня и слушаешь. Поняла, сучка? — еще более ласково произносит Эльвира, помахивая проводом от компьютера перед моим лицом.
— Ты что сделала? — ахаю, судорожно вспоминая, на какой режим у меня установлено автосохранение данных. — Я эту таблицу столько делала, а теперь она может пропасть!
— Да ладно тебе из-за какой-то таблицы переживать. У тебя впереди похлеще проблемы.
— Эльвира, иди к черту! — произношу дрожащим от злости и обиды голосом — ну правда, что она ко мне пристала?! Что всем от меня нужно?! Маме, тетке, Кымсат этой и ее брату-аксакалу! Марату Аркадьевичу с его странными намеками и предложениями!
— Это ты сейчас пойдешь! — совсем сладко произносит первая помощница и вдруг бьет меня по лицу проводом от компьютера.
«Крак» — лопается стекло на моих очках, куда прилетела вилка провода.
Я ахаю, пытаюсь закрыть лицо ладонями и тут же получаю еще один удар, теперь уже по голове. Хорошо, парик смягчил соприкосновение. Но все равно больно!
— Ты что творишь?! Ума лишилась?! — я уже кричу, не понимая, что происходит. Да где это видано, чтобы вот так, прямо на рабочем месте на тебя нападала взбесившаяся коллега!
— Никто ничего не лишился, милая Катенька. Это тебе маленький урок. Чтобы знала, как нужно со мной себя вести и разговаривать.
— Я Родиону Юрьевичу пожалуюсь! — восклицаю, пытаясь отъехать вместе с креслом от нависающей надо мной сумасшедшей бабы. Но далеко откатиться не получается — мой стол стоит у стены и я в нее упираюсь.
— И что? Думаешь он тебе поверит? — Эльвира усмехается и наклоняется надо мной. — Очки ты сама разбила. Головой тоже сама ударилась. Камер здесь нет, свидетелей тоже.
Эльвира снова замахивается на меня проводом, собирается еще раз ударить, но вдруг застывает. Выпучивает глаза и распахивает рот, потому что по затылку ей прилетает удар. Кто-то, стоящий сзади, с силой бьет ее толстой пачкой бумаги для принтера.
Не знаю, больно ли это, но звук удара выходит… солидным: «Бумс!». И следом еще раз: «Бумс!».
Глаза красавицы закатываются, колени подгибаются, и она беззвучно сползает на пол. Провод выпадает из разжавшихся пальцев и Эльвира затихает у меня под ногами.
Я продолжаю сидеть. Вжавшись в свое кресло, в полном изумлении перевожу взгляд то на лежащую в некрасивой позе первую помощницу, то на стоящую над ней с пачкой бумаги в руках… квартирную хозяйку Лады. Клару Никитичну собственной персоной.
— Здрасьте, Клара Никитична, — наконец выдавливаю из себя. — Вы… ее убили?
Старушка кладет на стол свое грозное оружие и фыркает:
— Тю, дура! Чтобы эту падлу убить молоток нужен, тут бумагой не справиться. Полежит минут пять и очухается.
— Точно? — переспрашиваю ошалело. Снимаю криво сидящие на носу очки. Кладу их на стол, машинально отмечая, что пластиковые стекла практически не пострадали от удара. Только трещина пошла в одном месте.
Как хорошо, что, покупая очки я решила сэкономить и взять что подешевле. Разорилась бы тогда на стеклянные линзы, сейчас неизвестно, что с моими глазами было бы. А пластику хоть бы хны!
— Клара Никитична, а вы… откуда здесь? — перевожу взгляд на пожилую женщину.
— Телефон тебе принесла. Подруга твоя меня попросила — сама она с работы вырваться не может.
Достает из объемной сумки коробочку с телефоном и яркий конвертик с логотипом сотового оператора. Кладет на стол передо мной и светским тоном осведомляется:
— Чайку мне не нальешь? А то притомилась я что-то по этим салонам связи бегать.
Ответить я не успеваю, потому что в этот момент на полу начинает шевелиться Эльвира. Садится, осоловело хлопает глазами. Потом, видимо, все вспоминает и прищуривается на меня:
— Ты что со мной сделала, сучка?
Глава 37
Эльвира зло прищуривается на меня:
— Ты что со мной сделала, сучка?
— Ничего, — отвечаю растерянно. — Я к тебе даже пальцем не прикоснулась.
— Почему тогда я на полу и сознание потеряла?
— Так кто вас знает, девушка! Может вы нервная и испугались чего-то. Или, вообще, беременны и у вас гормоны шалят, — голосом бабушки Красной Шапочки отвечает из-за ее спины Клара Никитична.
— А?! Вы кто? — Эльвира поворачивает голову и сверлит старушку злобным взглядом.
Только Клару Никитичну таким не прошибешь. Она дама старой закалки и подобных взглядов в своей жизни видела ого-го сколько. Бывший следователь, что вы хотите…
— Да так, зашла к вам чайку попить. Катенька обещала меня угостить, — проворковала Клара.
— Да-да, я сейчас! — вскакиваю с кресла и перешагиваю через ноги Эльвиры, которая так и сидит на полу.