Даха Тараторина – Хозяин болота (страница 53)

— Я и останусь, — пообещала Ива. — Недалеко буду. В гости приходить стану.

— Не станешь ведь, — вздохнул нечистик.

Бывшая хозяюшка молча почесала ему подбородок. Она и сама того не ведала…

Враки плели, что Хозяин болота может околдовать приглянувшуюся ему девку. Да он и сам то сказал в тот день, когда Ива получила свой шрам. Да только время шло, а сердечко заходиться не прекращало.

Ива разулась, поставила новенькие красные сапожки — отцовский подарок! — у крыльца. Ни к чему они ей боле. И пошла.

Мимо дома покойной Прины, что ныне зарос в грязи, но, вроде, не заброшен; мимо колодца с вкуснейшей водой, которая, как рассказывал всем новый староста, продлевает молодость; по дорожке у Ключинки, к покосившейся избушке старой Алии. Бабку следовало навестить, а то как же?

Ива погладила мягкую поросль, что едва успела затянуть холмик на опушке. Выложила нарочно принесённую с собой краюху хлеба — помянуть.

— Свидимся когда-нибудь, родная…

Алия отправилась за Огненные врата в прошлом месяце, почти сразу после того, как избавила деревню от Хозяина болота. Не от кого стало охранять Клюквинки, и не для чего жить. Ива так и не сказала ей, что тот, кого ведьма с малых лет ненавидела, не повинен в смерти сестры. Некоторых вещей всё ж лучше не знать.

— Не околдовывал он меня, — сказала мавка напоследок. — Я и сама дура каких поискать.

Сказывают, коли однажды повелась с нечистой силой, не жить тебе среди людей. Так и случилось.

Ступни утопали в мягких травах, роса омывала кожу. Девица шла по лесной тропе босая и простоволосая.

Чаща встретила её как хозяйку. Не ухали, пугая, совы, не завывали волки. Лишь стрекотали кузнечики и изредка подавали голоса любопытные белки. Зелёные искры светлячков метались по темноте, словно заманивая девку в трясину, но она и без того помнила дорогу.

— Где ты, милый? Где, люба моя? — негромко окликнула Ива.

Никто не отозвался.

Но сердце не обманешь, даже если оно бьётся медленней человеческого, а слёзы, которыми ночами девка поливала подушку, холодны. Она достала короткий грибной ножичек и полоснула по ладони. Закусив губу, порезала вторую.

Брусничные бусины скатывались на мох — алое на зелёном.

— Ты крови хотел? Ну так возьми мою. Всю возьми, до капли! Пей! Не сумел ты стать для меня человеком, так я с тобою силой нечистой останусь. Сдержу обещание.

Вот и болото. Воды не видать — одна тина. Ива села на берегу, выставив руки. Багряные ручейки медленно стекали по траве, сплетая прочными нитями судьбы.

— Я оказалась тебе дороже мести, а ты стал мне жизни ценнее… Стану тебе болотной женою.

Околдовал… Придумал тоже! Нет у Господина топей такой власти, чтобы девичье сердце обуздать. Ни у кого её нету. И у самой девицы тоже.

К ночи в лесу становится холодно. Вот уже рук и ног не чутно. Ива прикрыла глаза, уронила голову на грудь. Так и уснула бы, кабы кто-то не сел с ней рядом и не коснулся мокрой ладонью.

— Пришла… — сам себе не веря проговорил Аир.

Ива положила голову ему на плечо и сладко вдохнула терпкий запах болота.

— Пришла. И больше никогда тебя не покину.

Ребят, прошу прощения, что пишу вам прямо здесь, но такие уж сложились обстоятельства)

Вы все в курсе последних новостей и знаете, что лн больше не принимает оплату от читателей из рф и рб (хотя, вроде, через впн принимает, хе).

В связи с этим многие авторы ищут новый дом для своих книг.

Я же нахожусь в растерянности, потому что здесь мне было хорошо с вами и расставаться не хочется совершенно. Однако как будет, так будет.

Сейчас стараюсь не поддаваться панике и не бежать, сломя голову, на первый попавшийся ресурс. Однако, если\когда это случится, я всё равно не смогу вам сообщить об этом в блоге.

Поэтому, что уж, приходите ко мне в группу ВК (прямая ссылка в аннотации). Это всё, что могу сейчас предложить. Там я вольна напрямую говорить о чём угодно, там же буду оставлять новости, ссылки да и вообще всегда рада поговорить.

А ещё там висят новости о двух моих бумажных новинках)))

Очень надеюсь, что не прощаюсь. Ваша Даха

Эпилог

Когда-то по молодости она была нескладёхой. Косицы торчали в разные стороны, веснушки сливались в неаккуратные ржавые пятна на щеках. Ныне не то. Ныне жена старосты, может, и не была красавицей, каких поискать, но зато обрела стать и гордость, которой иным девкам следовало бы у неё поучиться.

Женщина щёлкнула по курносому носу дочурку, никак не желавшую засыпать.

— Ещё одну враку! Ну пожалуйста!

— Какую тебе, егоза?

— Про Хозяина болота! — шёпотом попросила малышка.

— Ну слушай…

Сказывают, когда-то оба они по земле ходили. Каждый в своё время. Он на век раньше, она родилась много позже, чем он умер. Но разве для любящих сердец то преграда?

Девку ту замуж сговорили за хорошего парня. Писаный красавец, силач, мастеровой! Но что поделать? Не люб он был красавице. А родители строго-настрого велели свадебку играть. И как тут быть?

Вот и отправилась девка на болото вымаливать счастья. И так уж вышло, что приглянулась она Господину трясин. Явился он ей, к устам сахарным прильнул… Кто б устоял? И стала девка день и ночь вспоминать Хозяина. Куда не пойдёт, повсюду он видится. Иные божились, что околдовал он её, не иначе. Да разве во власти нечисти такая сила?

А девка-то стала меняться! Поначалу волосы у неё позеленели, стали подобны тине. Опосля кожа засеребрилась, как у болотниц. Принимала её нечисть за свою, показывалась, приказов слушалась… И, ясно, деревенские испугались. Мавкой кликали, дразнили. Мало кто не отвернулся от зеленоволосой девки…

А уж когда узнали, что она Хозяину болота в невесты обещалась, и вовсе ополоумели! Решили, что нечисть поганая заморочила бедняжку, отправились на болота её спасать. Похватали вилы и серпы, навострили косы, взяли факелы. Ведь каждому известно, что страшится нечистая силы огня да железа, им рождённого. А в запретной чаще — гля! — девка со своим милым сидят. Воркуют ровно голубки. Девка-то была смелая, каких мало. Не побоялась выступить против односельчан.

- Люблю я его! — сказала.

- И я люблю! — сказал Хозяин болота.

Малышка прикрыла раскосые глаза, сладко зевнула. Нипочём ведь не уснёт, покуда не дослушает! Но и правда ей ни к чему. Ведь врака на то и врака, чтобы маленько приврать. Женщина пригладила растрёпанные косички дочери и продолжила:

И поняли тогда люди, что нет такой силы, которая бы пред чистой любовью выстояла. Ни время над нею не властно, ни сама смерть. А ежели союз двух сердец благословили боги, то что уж с людей спрашивать?

Побросали они косы да серпы, повинились, что хотели убить жениха. И была свадебка! И пир был! И я там была, и папа. И даже дедушка. И все радовались и мёд пили.

С тех пор влюблённые ходят к болоту молить Хозяина и Хозяйку о счастье. Никому они ещё не отказывали, всем являлись. И всегда рука об руку. И ты тоже, когда срок придёт, благословения у них попросишь.

Плохая из Ени была рассказчица. Но что хуже — плохая сказка или правдивая? Поди разбери…

Дочка сонно спросила:

— А это про наши Клюквинки сказка, да?

— Что ты, милая! — Нескладёха грустно улыбнулась. — В нашем лесу и болота нет. Одно озеро. Спи!

Она на цыпочках вышла из светёлки, прошла мимо прикемарившего свёкра. Нор был слаб сердцем и от дел отошёл, передав звание старосты и заботы сыну, но всё одно зорко следил за деревней, ничего от него нельзя было утаить. Вдовец смачно всхрапнул и оттого проснулся.

«Спит», — жестами показала Еня.

Старик махнул рукой. Иди, мол. Пригляжу. И вернулся к любимому делу — недоплетённому лаптю.

Еня же вышла из избы и, прислонившись к столбику на крыльце, глянула в сторону леса.

В каждой враке есть маленько вранья и маленько правды. И озеро в лесу возле Клюквинок действительно имелось. Болото превратилось в него много лет назад, когда Еня ещё и старшенького-то не родила. Она явилась тогда в запретную чащу от отчаяния, ведь сын самого старосты был ласков с нею, а она знать не знала, как сказать, сколько ошибок по глупости успела натворить…

И открывшееся ей зрелище самого Рода заставило бы протереть себе глаза.

Болото… цвело! Белые нежные бутоны распускались там и сям, запах стоял, словно ранней весной в яблоневом саду. А водица, прежде бывшая чёрной, очистилась и посветлела. Над песчаным дном носились мелкие рыбёшки, сновали над прозрачной гладью стрекозы, а в самой серёдке озерца, обнявшись, стояли Аир и Ива. Худые и бледные, ровно и не живые вовсе, но румяные и такие счастливые!

— Иди, — сказали они ей. — Всё хорошо будет.

И не обманули ведь!

Многажды с тех пор Еня ходила к озеру. Да и не она одна: к такому доброму месту отчего бы тропку не протоптать! И кое-кто сказывал, что тоже видел в воде влюблённых.