Д. Штольц – Преемственность (страница 52)

Да и гостиную тоже посещала исключительно обслуга верхнего разряда, а также высокопоставленные гости из других земель — послы, лорды и королевские особы. Один раз, больше двухсот лет назад, в верхние комнаты все-таки селили постороннего человека — самого Короля Крелиоса, Элуара Первого, прозванного Грозным. Но то, пожалуй, было исключением.

Немного оправившись от шокирующей роскоши комнаты, Уильям подошел к окну и снова испытал удивление, смешанное с восхищением. Из полуциркульного окна открывался вид на весь Брасо-Дэнто. Город раскинулся перед замком, как на ладони, и уходил далеко вниз, оканчиваясь на высоких стенах из серого камня и находя продолжение в бесчисленных полях.

Величественный Брасо-Дэнто, построенный у основания скалы подле реки Брасо. Эта река, изгибаясь подобно змее, петляла промеж северных гор, спускаясь вниз, к Солрагу. Затем она утихомиривала свой бурный нрав и, широко разливаясь на несколько рукавов, главным своим руслом стремилась к Брасо-Дэнто, где вновь одичавшая с рычанием срывалась в пропасть гор водопадами и вытекала с другой стороны, на востоке, в низовье около Алмаса.

Уильям с интересом разглядывал причудливую застройку города: домишки жались плотно друг с другом, и некоторые улочки Брасо-Дэнто казались настолько узкими, что по ним нелегко было проехать даже верхом на лошади. В Больших Вардах лишь два дома были высотой в три этажа: дом купца Осгода и постоялый двор. Остальные были в основном одноэтажными, лишь храм да пара лавок могли похвастаться двумя ярусами.

Тот же дом Уильяма, который разрушило взрывом, был на самом деле сделан в один этаж, но с чуть более высоким потолком, что позволило оборудовать своеобразный жилой чердак. В Брасо-Дэнто же очень много зданий были двух-, трех- и даже четырехэтажными.

Широкая и выложенная брусчаткой дорога, чуть извиваясь, вела от ворот города. Шириной более семи васо, она проходила по краю рынка, где тесно ютились многочисленные прилавки торговцев, затем через главную площадь, размером с добрую половину Вардов, взбиралась к самому замку.

Замок Брасо-Дэнто отделялся от города высокой неприступной стеной с подъемными воротами, которые в мирное время опускали, и железной решеткой. Решетку поднимали при отправлении и прибытии конных отрядов, а также ежедневно утром и вечером для караула. Рядом с воротами, сбоку, была калитка, через которую проходили в город и обратно слуги и охрана. По краям замка выступали вперед две фланкирующие башни, соединенные между собой галереей, проходящей над воротами и по стене со стороны реки Брасо. С двух сторон чуть изогнутый замок Брасо был защищен отвесными скалами, а с третьей зияла бездна с ревущей внизу рекой.

Если бы кто-нибудь захотел взять замок Брасо-Дэнто, то у нападающих была бы лишь одна дорога — через главные ворота, которые при необходимости могли наглухо закрыть крепость Тастемара от внешнего мира. Высокие стены и естественный уклон в гору делал Брасо неприступным. Во дворе, а также в подвале, рядом с тюрьмами, были пробиты два больших колодца, поэтому с водой у обитателей замка проблем никогда не возникало.

Во дворе замка стояли пристройки для низшей прислуги, конюшни, баня, пекарня и прочие хозяйственные сооружения. Вся высшая прислуга, а также помощники графа в управлении Солрагом обитали в замке. Кухня располагалась внутри основного здания и соединялась с главным залом.

Никогда ранее в своей жизни Уильям не думал, что большие города могут быть такими. Читая в Малых Вардцах книги о королях и королевах Гаиврара, он фантазировал и пытался представить себе то, о чем там написано, но реальность оказалась куда насыщеннее.

Посреди ночи молодая женщина в сером платье принесла таз с водой. Она поклонилась, назвав свое имя — Эметта. Уильям смыл с себя грязь и кровь, надел штаны и, когда служанка забрала таз, снова вернулся к окну.

Он с любопытством разглядывал ночной Брасо-Дэнто, освещенный высокой луной, и не заметил, как наступило серое утро. В коридоре послышались шаги, хлопали дверьми, а в дальних комнатах кто-то очень громко переговаривался. Вскоре в дверь постучали, и в покои вошла сонная Йева.

— Доброе утро, — улыбнулась Йева. — Хотя ты тоже не спишь теперь, как и отец, но все же.

— Доброе утро. Как граф себя чувствует?

— Намного лучше. Я заходила к нему перед тем как спуститься за кувшином. Для обычного человека, да даже для вампира, что уж там, эта рана была бы смертельной. Но отцу придется поберечь свои силы, отдохнуть пару дней, и будет как новенький. Это он сам так сказал. А ты сам как?

— Я-то хорошо, мне они как раз ничего не сделали. — Вампир потрогал горло, последствия от удавки уже почти прошли, лишь слабый фиолетовый след напоминал о случившемся.

Йева поставила кувшин с кубком на столик, чистую одежду положила на кровать и, прикусив нижнюю губу, с интересом посмотрела на Уильяма. Тот чуть трясущимися от спешки руками уже наливал кровь из кувшина и залпом осушил бокал.

— Голод?

Вампир кивнул.

— Отец вроде бы обещал тебя сегодня отвести вниз, так что потерпи, скоро наешься. — Йева болезненно прикусила губу, разглядывая рыбака. Затем хитро улыбнулась, приложила палец к губам, призывая к тишине и подошла к Уиллу.

Тот намек понял и, широко улыбаясь, сделал шаг навстречу и обнял ее. Их глаза встретились, девушка встала на цыпочки, и пара поцеловалась. Подхватив девушку, словно пушинку, Уильям приподнял и взял на руки. Йева обхватила его шею одной рукой и погладила другой слегка отросшую щетину, потом снова поцеловала. В глазах и груди обоих заполыхал пожар, но Уильям, пересилив себя, покачал головой и опустил девушку на пол. Грустно улыбаясь уголками губ, Йева кивнула в сторону комнаты отца и медленно вышла.

Вампир осушил кувшин и подошел к карте, висевшей между шкафом и кушеткой, успокаивая ломящие клыки. За время пребывания в Брасо-Дэнто зубы Уилла претерпели большие изменения. Если в Вардах он нащупывал языком лишь два длинных и острых клыка на верхней челюсти, то теперь все зубы на обеих челюстях слегка заострились и чуть загнулись внутрь. Лишь передние четыре зуба сверху и снизу остались «человеческими», да и то форма боковых резцов все же стала чуть более острой. Теперь неосторожная улыбка демонстрировала окружающим демоническую природу Уильяма.

Уильям с большим интересом принялся рассматривать королевства на карте Севера.

Солраг, входящий в королевство Крелиос, находился практически посередине карты. На юге он граничил с равнинным Большим Глеофом, который занимал почти шестую часть Севера и простирался до самой Черной Найги, залива, который разделял Север и Юг на два материка. На западе Уильям нашел глазами Альбаос, растянувшийся вдоль моря с севера на юг до границ с Югом, и защищенный от северных и восточных соседей также высокими горами с парой перевалов. Вдоль Черной Найги, восточнее Альбаоса, но западнее Глеофа, располагалось множество других королевств, поменьше, таких как совсем крохотный Гаиврар, Ксилтон, Сциуфское княжество, Великая Флоасия, Объединенное государство Летардия и Бофраит, Дриад, Сангара и Астернот.

Восточнее Глеофа раскинулся Фесзот — огромный горный массив, который не был заселен из-за больших высот и отсутствия каких-либо пригодных для проживания мест. Фесзот занимал почти четверть всех Северных земель. На самом востоке Фесзотовский массив упирался в море, и горная цепь проходила вдоль всего восточного побережья до самого северного края карты.

На севере от Солрага располагалась остальная часть королевства Крелиос, простирающаяся на север и северо-запад, на востоке графство фон де Тастемара граничило с независимыми землями Филонеллона. Восточнее Филонеллона были изображены границы еще нескольких независимых друг от друга земель, которые становились тем мельче, чем дальше они углублялись в горы. Северо-восточнее Солрага, за высокими горами располагалось еще одно королевство — Стоохс, оно было чуть меньше, чем Крелиос и имело общие с ним границы на севере.

На западе от Солрага располагался печально известный Офурт, через который вела дорога к небольшому королевству Имрийе, расположенному в плодородной долине и защищенному практически со всех сторон горами. Лишь в одном месте, через перевал соединяясь с Альбаосом, а с другой стороны с графством Офурт, Солраг был одним из самых крупнейших владений на всем Севере. Уступал он лишь Глеофии, самой крупной территориальной единице Большого Глеофа, а также Ноэлю, южным землям Альбаоса. Уильям почему-то ощутил от этого трепет и даже появилось некоторое чувство гордости за графа Тастемара. К небольшому сожалению, он забыл попросить Йеву принести ему книгу из камеры и уже собрался было скучать, наблюдая за Брасо-Дэнто из окна, но изучение карты оказалось довольно интересным делом.

В коридоре снова послышались шаги — старый Него неспешно шаркал к комнате графа. Вскоре в дверь Филиппа постучали.

— Господин, — вошел после разрешения Управитель, — как вы себя чувствуете?

— Лучше, Него, лучше, — негромко ответил Филипп. Он полусидел на большой кровати из темного дерева, подоткнув подушки под спину, и читал корреспонденцию, доставленную слугами на рассвете.

— Мой лорд, там есть желающие получить вашу аудиенцию. Им всем отказать?