Д. Штольц – Преемственность (страница 26)

— Малик, — радостно прогромыхал басом верзила и направился к столу, где сидели близнецы и старший брат Уильяма. — Я искал тебя… Твоя матушка постучала ко мне в дом да попросила найти тебя.

— Зачем, Большой Пуди? — пьяно вращая глазами, спросил Малик.

— Говорит, что у Шароши вода потекла промеж ног.

Малик побледнел, потом позеленел и, наконец, его стошнило прямо на стол. Он поднялся и пошатываясь заторопился домой, причитая: «За что мне все это? Как всех их теперь кормить?»

Большой Пуди посмотрел вслед уходящему другу, а затем повернулся к близнецам, которые с нескрываемым удивлением смотрели на верзилу, почти подпирающего головой потолок таверны.

— А вы кто будете? — Большой Пуди уставился на незнакомцев.

— Мы путники, отдыхаем от долгого пути и направляемся в Офуртгос. У вас здесь в городе что-то интересное происходит. Полная площадь палаток да солдат. Может быть выпьете с нами пива да расскажете, что случилось? — ласково предложила Йева.

— Мне нужно возвращаться домой, работа не ждет. Но выпить пива — святое дело, Ямес одобряет заслуженный отдых.

Бас великана отдавал в каждом углу таверны.

С этими словами он рухнул на лавку напротив близнецов, где только что сидел Малик. Лавка скрипнула от натуги, а верзила подвинул стол ближе к путникам, чтобы разместить под него ноги.

— А кто вы по профессии? — спросила Йева.

— Я ткач. Зовут Пудилонг Поттотамс, для друзей да и вообще для всех, Большой Пуди, — улыбнулся великан.

Близнецы переглянулись. Уж такого ответа они не ожидали от человека, которого сама природа наградила ручищами, которые должны деревья с корнем вырывать, а не с иглой работать.

Служанка прибежала, принесла еще пива. Большой Пуди в один глоток выпил здоровенную кружку и почесал подбородок.

— Хорошее пиво, да в такую жару самое то… Спасибо вам, — проревел Большой Пуди. — Что вас интересует?

Несмотря на огромный рост и кулак размером с три кулака Леонардо, Большой Пуди оказался очень милым и спокойным человеком. Его кудрявые и черные, как смоль, волосы вились по бокам мягкого и полного лица с большим носом в форме картошки. А еще громила постоянно вытягивал губы трубочкой, когда задумывался — это казалось очень потешным, и страх перед верзилой начал проходить.

— Расскажите, что случилось в деревне! Вы же там были? И что произошло с Уильямом? Малик был очень пьян, и мы почти не поняли его, — как можно более открыто, но не демонстрируя клыки, улыбнулся Леонардо, дабы расположить к себе великана.

— Да, был, — кротко ответил Большой Пуди. — А Малику сейчас тяжело… На руках остались больная мать да беременная, то есть уже рожающая жена. Поселили их в жалкую лачугу, да такую, что даже крысы там не живут. Протекает со всех щелей халупа! Ах да, я же обещал рассказать вам про вурдалаков.

Близнецы одновременно закивали.

— Я живу, то есть жил, не уверен уже, что вернусь в Вардцы, меня здесь приютил с женой дед ткач. Жил я около площади. Малик остался в городе, как и другой мой друг, Эгрерор. А я быстро протрезвел и вернулся к женушке любимой, Постафии моей ненаглядной. То было полнолуние, как говорят жрецы, время для существ тьмы…

Большой Пуди поведал новым знакомым об ужасах той ночи — о том, как Уилл защищал мать от вурдалака и о его возвращении за женой брата, о последующем бегстве из Вардцев. Рассказал о том, как нес раненую женщину до самых Больших Вардов, о жутком взрыве. Упомянул о каком-то порошке, не терпящем огня, который принёс Уилл в дом накануне. Говорил здоровяк безо всякой утайки и хитрости, время от времени смачивая горло очередной кружкой пива.

— Матушка Уильяма как узнала, что сын её помер, так сама не своя стала, — сказал здоровяк с грустью в голосе.

Йева кивнула, чтобы поддержать разговор, и чуть нахмурилась, сведя на переносице красиво очерченные брови. Похоже, что тот молодой рыбак пожертвовал собой, чтобы спасти родных.

— Никого странного вы не видели там? Незнакомого человека, например, спросил Лео.

— Я-то нет…

— Что было дальше?

Служанка подошла и спросила, нужно ли еще пива. Лео посмотрел на милую черноволосую девочку лет пятнадцати, обаятельно улыбнулся и кивнул. Приободрившись, девочка тоже ответно улыбнулась, покраснела, и, развернувшись и чуть виляя худыми бедрами, заторопилась обслуживать иноземного господина. Большая кружка снова была выпита великаном за мгновение. Тот прочистил горло и продолжил рассказ.

— Все… Мы дошли до Вардов к середине дня, даже чуть раньше. Там все к родичам подались. Прошла пара дней, кто-то решил тут остаться, поселился в лачугах, кто-то хотел выждать и вернуться в Вардцы. Ну а ночью прискакали эти, — Большой Пуди ткнул пальцем в сторону двери, откуда была видна площадь с палатками. — Вытащили всех с кроватей, заставили прийти на площадь да стали выпытывать, кто что видел. А наш пострел Элиот, который сын самого богатого человека в городе, купца Осгода, оказывается, видел все. Вот он и рассказал господину Орсупаллу, как в дом вместе с вурдалаками к Уильяму забрались не только вурдалаки, но и какой-то незнакомец в красном костюме.

Йева и Лео кивнули. Картина складывалась.

— И Уилл подорвал их всех и себя, — грустно вздохнул верзила и подпер голову рукой. — А вот утром, рассказал мальчуган, он увидел, как тот же незнакомец без руки да двух ног вытащил из себя огромную деревяшку, подполз к нашему Уильяму, с которым до этого разговаривал.

— О чем говорили? — перебил Леонардо.

Великан взглянул на него с осуждением.

— Нельзя перебивать, когда рассказывают, — погрозил он пальцем, впрочем, это было сказано и сделано по-доброму, без злого умысла. — Элиот говорил, что не расслышал. Но говорил про какого-то Филиппа, мол, туда его направил незнакомец. Ну а потом, хм… или до, я не помню уже, в общем, вцепился в глотку Уиллу подобно вурдалаку да что-то с ним сделал. Когда Элиот спустился с чердака, Уильяма уже не было, ушел он. Хотя не представляю, как можно передвигаться после таких ран. Видать, действительно демоном стал, — еще пуще вздохнул верзила и по его щеке скатилась скупая слеза.

— Потом, как оказалось, он попал к нашей травнице Удде. Та спрятала его от людей, никого не пускала в дом, передавала всем травы через щель в двери. В общем, выходила его травница похоже, а потом он, вроде бы, ушел, и ушел незадолго до того, как появились всадники. Господин коннетабль жестоко наказал старуху.

Все посмотрели вновь на висящее на столбе тело, и близнецы снова вздрогнули.

— Вы были дружны с Уильямом?

— Нет, я — друг Малика, над Уиллом же обычно мы всегда подшучивали, кое-кто из ребят даже травил его, издевался. Ну мне он всегда нравился, он на самом деле неплохой парень, хотя чудак был… Странный такой, зачарованный словно, не от сего мира. Короче, ищут Уилла. Господин Орсупалл говорит, что обратился наш Уильям в страшного демона, да будет приходить и жрать детей, если не словить его. Но я не представляю, как Уилл будет это делать, он же спас как-то мою сестренку, когда она в возрасте пяти лет едва не утонула в Белой Ниви. Прыгнул за ней в воду, а на том участке поток быстрый, камни острые, не каждый взрослый решится! Ему тогда и десяти лет не было, но не побоялся же… Вытащил девочку. Ну не убийца он, не монстр!

Великан вытер кулачищем влажные от слез глаза. Близнецы с удивлением взирали на этого грозного верзилу с сердцем и душой доброго ребенка. Наконец, Большой Пуди поднялся, вспомнив, что работа всё же не ждет.

— Извините, незнакомцы. Так и забыл я спросить ваши имена, да времени уже нет. Пора мне приниматься за работу.

С этими словами великан попрощался и пригнувшись покинул таверну. Лео и Йева расплатились со служанкой за пиво и тоже вышли из заведения.

— Боги, какой мерзкий Малик, — скривилась Йева. — Ты слышал, что и как он говорил о своем брате?

Леонард кивнул.

— Выходит, что этот Уильям спас мать и жену этого типа, пожертвовал собой, а теперь его демонизируют и пытаются представить монстром… — задумчиво произнесла девушка.

— Это всего лишь люди. Чего ты от них хочешь, Йева? — развел руками Леонард. — В этой глуши они тупые и доверчивые, как гуси! Вот и крутит ими Бартлет, как хочет.

— Получается, что старина Гиффард передал свою кровь добровольно этому человеку. Нам нужно срочно отправить Таки-Таки с письмом к отцу. Люди Райгара разбили здесь лагерь. Если они найдут этого Уильяма, то приведут его сюда, — тихонько сказала Йева, подозрительно оглядываясь по сторонам.

— Да, наверное…

— Останемся пока здесь. Этот Уильям либо вернется сюда, либо попадет к отцу.

— Ты права. Покидать эту чертову деревню нельзя, сестра.

— Отцу нужно явиться сюда лично с отрядом. Я надеюсь, что они не слишком быстро найдут рыбака!

В комнате сестры Леонард написал письмо, свернул его трубочкой, прикрепил к лапе ворона и ласково погладил по черным перьям кончиками пальцев. Таки-Таки попрыгал по кровати, а после скакнул на распахнутое окно.

— Таки-Таки, отнеси донесение отцу как можно быстрее, — вежливо попросила птицу Йева фон де Тастемара и погладила ворона по клюву.

— Таки-таки сделает, Таки-Таки быстро сделает, — каркнула птица и вылетела в окно.

Йева стянула сапоги и устроилась на кровати, закинув ноги на высокую спинку.

— Хорошо… Я надеюсь, что все у нас с тобой получится.