Д. Штольц – Небожители Севера (страница 64)

— Та женщина с белоснежными волосами их все и выкупила, — пробормотал Управитель.

— Хорошо, — едва сдерживаясь, произнес Уильям. — А есть у вас хотя бы льняники на пол?

— Запретили выдавать, господин. Извините, — прошептал перепуганный Управитель. — Та же женщина и сказала, что если выдам кому-нибудь, кто попросит, то поплачусь головой. Это меня возмутило, но знаете, выдавать льняники я вам не стану! Извините.

Уильям развернулся и, злобный, направился к выходу из постоялого двора. Скрипнула дверь. Он вышел на улицу через небольшой сенник, и тут же холодный ветер едва не сбил его с ног. Бушевала вьюга, снег хлестал в лицо, вздымаясь клубами. В ушах стоял вой и рев стихии и, борясь с ней, Уильям пошел в сторону харчевни, кутаясь в плащ. Что ж, думал он, тогда он проведет ночь за столом таверны.

Дойдя до здания, Уильям налег телом на дверь, но та не поддалась. В такую безумную погоду харчевня, оставшись без посетителей, закрылась раньше времени.

Выругавшись, он вернулся на постоялый двор. С него осыпался наметенный сугроб — снег замело даже в шаровары. Из комнаты снова выглянул Управитель и удивленно поглядел на безумного постояльца, который решил прогуляться в такую мерзкую погоду. Дрожа и стуча зубами, Уильям поднялся на второй этаж, вошел в свою спальню. Там в кровати под теплым одеялом лежала Фийя, и один лишь нос и серые глаза торчали из-под него.

Стащив с себя промокший плащ с налипшим снегом, Уильям постелил его на пол. Он стряхнул с волос снег и улегся на плащ, укрылся им. Пол был чертовски холодным, и по телу сильно тянуло от окна. И хотя Уилл, будучи Старейшиной, переносил любую непогоду лучше, чем прочие, но сквозняк был таким мерзким и студеным, что уже через десять минут Уильям вовсю застучал зубами, выбивая дробь.

— Тео Юлиан, — обеспокоенно прошептала Фийя, высунувшись из-под огромного и теплого одеяла. — Может, вы приляжете хотя бы рядом?

— Нет. Спите, — уверенно ответил Уильям и прикрыл глаза, отвернувшись к стене.

— Но… Я не могу спать, когда вы так мерзнете. Лягте около меня, пожалуйста!

Уильям не ответил. Он подложил руки под голову, глубоко выдохнул и попытался не реагировать на холод. Выходило скверно, ибо очень быстро Уилл перестал чувствовать пальцы на ногах, однако, будучи уверенным, что ему, бессмертному, ничего не станется, решил потерпеть. Впрочем, тут же закоченела и поясница.

Послышались тихие шлепки. Фийя слезла с кровати и, поеживаясь от холода и подпрыгивая на ледяном каменном полу, подошла к мужчине. Она достала из сумки одно из своих платьев, постелила на пол и устроилась рядом с Уильямом. Тот ошарашенно обернулся, посмотрел на это безумие.

— Что вы творите? — воскликнул он. — Вы же замерзнете!

— Да, но я не могу спать на кровати, когда господин лежит на полу. Значит, я тоже буду спать на полу, — дрожащим голосом произнесла девушка и всхлипнула от холода.

Уильям со стоном поднялся с ледяного пола и подал ей руку. Та поднялась, опершись на него.

— Хорошо, — холодно произнес он. — Ложитесь под одеяло к стене на кровать. Я с краю лягу.

Довольная Фийя пробежалась по комнате, поднимая босые ножки, подобно Вериатель на берегу, и нырнула под теплое одеяло. Женская уловка сработала, и пожалевший девушку Уильям пошел у нее на поводу. Он расправил вторую половину одеяла и лег на нее сверху, а девушка осталась лежать под одеялом. Отвернувшись от Фийи, он погрузил себя в дремоту, чтобы быстрее исцелить ногу и шею.

Рассвет пришел незаметно. Вьюга все еще рвала и метала, наносила снег через щели в ставнях. Намело так, что Управитель с утра с трудом смог открыть дверь постоялого двора. О том, чтобы продолжать путь в таких условиях, и речи не шло. Мариэльд заперлась в своей спальне и попросила никого не беспокоить ее до следующего утра. Уильяму сказала об этом Фийя, а Фийе — Ада.

— Давайте я вам подкладку у плаща подошью, а то, смотрите, может порваться, вот здесь, — услужливо предложила служанка, сидя под теплым одеялом.

— Подшейте, — вздохнул Уильям.

Служанка вылезла из-под огромного одеяла, перелезла через Уильяма и опустила ноги, вскрикнув от того, что каменный пол оказался ледяным. Фийя сморщилась и надела сапоги. Взяв из сумки набор для шитья, она вернулась к теплой постели и с накинутым на плечи одеялом, будто королевской мантией, стала ловко работать иглой. Да еще и высунула от старания язык.

— А давно вы служите Мариэльд? — поинтересовался Уильям, понимая, что ему придется провести с девушкой взаперти целый день.

Фийя оторвалась от шитья, тепло улыбнулась господину и принялась дальше работать.

— Всю жизнь, тео Юлиан.

— Как? — удивился Уильям — Вы родились в семье слуг Мариэльд?

— Нет… Ну, да. Меня, то есть нашу с Адой мать купили на рынке в Детхае, в городе Зунгрун. Она уже была беременна нами к тому моменту, о чем не знала.

— Что значит купили?

— Ну, на невольничьем рынке нашу маму купила госпожа Мариэльд. Моя мама — очень хорошая швея.

— Так вы не служите у Мариэльд, вы — рабыня? — едва ли не воскликнул Уильям.

Теперь он понял, почему Фийя не смогла отказать госпоже в требовании удовлетворить похоть ее сына.

— Ну… не совсем, — мягко улыбнулась служанка.

— А как?

— В Ноэле нет такого слова, как рабство. В Детхае, например, если человек или вампир становится рабом, то он остается им на всю жизнь. А вот в Ноэле раз в десять лет слуга может сменить либо покинуть хозяина и стать свободным. Мы не рабы.

— Но почему вы тогда служите Мариэльд? — нахмурил брови Уильям, следя за ловкими пальцами служанки, которая почти закончила работу. — Раз могли уйти?

— А зачем, господин Юлиан? — пожала плечами Фийя. — Служить такой Старейшине — это честь! Каждый вампир мечтает об этом, я уверена. И… — тут Фийя неожиданно перешла на шёпот, — хотя ваша мама порой очень грозная и ей тяжело угодить, мы ее все очень любим. Как и вас теперь, ее сына.

— Я не ее сын. И меня зовут Уильям, не Юлиан, запомните это, будьте добры, Фийя.

— Нет… тео Мариэльд сказала, что вы ее сын и наш господин Юлиан де Лилле Адан. Значит, вы ее сын. Другого и быть не может.

Фийя закончила шить и, снова перепрыгнув через Уильяма, отнесла его плащ на шатающийся от старости стул.

— Тео? Что значит тео?

— На Ноэльской речи «госпожа» или «господин», разве что может называться с именем, а не только с фамилией. Хотя я и северное «господин» использую с именем, — мягко и чуть виновато улыбнулась Фийя. — Когда мы прибудем в Ноэль, вам нужно будет подучить язык.

— Возможно, я покину вас раньше Ноэля, — отвел глаза и уставился в стену Уильям.

— Но как? Почему, тео Юлиан?

— Я не знаю госпожу Лилле Адан и я не ее сын, говорю еще раз. Поэтому, может быть, в Офурте я уйду.

— Так вы узнаете, у вас впереди вечность, вы же тоже Старейший, — удивилась Фийя и встревоженно посмотрела на хозяина. — Не уходите от нас. Тео Мариэльд — хорошая женщина, поверьте!

Обеспокоенная Фийя на коленях подползла по кровати к Уильяму и взяла его руки в свои, распахнула глаза и с мольбой посмотрела на него.

— Да и вы же одиноки, ведь так? Вам некуда идти? — спросила она, разволновавшись.

— Некуда… — шепотом, словно сам себе, ответил Уильям.

Он выпутал свои руки из рук Фийи и встал с кровати, затем направился к двери и вышел. Служанка так и смотрела ему в спину, пока дверь не захлопнулась.

Уильям пошел к Пацелю, желая узнать про веномансию, о которой тот говорил. Да и вообще он чувствовал себя неуютно, находясь рядом с девушкой, которая готова была отдаться ему по одной просьбе. Помня комнату, куда вошел Пацель с сумкой, Уильям постучал в дверь. Тишина… Но где же еще быть господину врачу, как не в спальне? На улице бушевала так яростно и гневно вьюга, что и мысли о том, что лекарь где-то гуляет, быть не могло. Может, спит? Но нет, звуков дыхания чуткие уши вампира не уловили.

Дернув плечами, Уильям нехотя вернулся в комнату.

— Вы быстро, — улыбнулась Фийя.

— Да, — пробормотал озадаченно Уильям. — Господина Пацеля в комнате не оказалось.

— А-а-а. Это обычное дело, тео Юлиан! — махнула рукой девушкой. — Он же маг. Он постоянно то исчезает, то появляется из ниоткуда.

Уильям от удивления открыл рот. Как он сразу не догадался? Ведь Пацель с усмешкой и пониманием говорил о воскрешенных мертвых и о том, что его инструменты пригождаются в различных сферах. Вот оно что! Мариэльд хотел вылечить матушку Нанетту магией? Изумленный новостью он сел на край кровати.

— Вы никогда магов не видели, господин Юлиан? — догадавшись, спросила служанка.

— Ну, одного, а так лишь в сказках читал в Офурте. Я представлял их иначе… Высокими, с белоснежной бородой, с посохом и в мантии, разукрашенной какими-нибудь таинственными символами. Но не такими. Я когда видел одного мага, он был с бородой и в красивом плаще.

— Ой, ну это вы, конечно, сказали! — хихикнула весело Фийя. — Ни один из тех магов, что у госпожи бывают, не похож на этот образ.

— А их много?

— В Ноэле?

— Да, в Ноэле, — уточнил вопрос Уильям.

— Ну, прилично… Мы же больше южане, чем северяне, господин Юлиан. Магов не любят там, на севере. То есть тут, на севере. А на юге они пользуются почетом.

— А Ноэль не похож на прочий север?

И Уильям искренне изумился, ибо он наивно полагал, что раз Ноэль находится выше Черной Найги, то и похож на все прочие северные королевства. Столько же снега, сосны, чертята и много рек.