Д. Штольц – Небожители Севера (страница 14)

— Я и не боюсь, — ответил Уильям, правда ответил безрадостно.

— А ведь о нем заботились больше других. Просто ему передался этот дикий нрав, лютый он по крови… А по силе и выносливости может даже с Найхлистом графа потягаться, — ласково и гордо рассказывал о своем коне Рэй, пока они шли к жеребцу.

Тот, высотой почти под два васо в холке, навострил уши, когда увидел хозяина. Огненно-рыжий конь с черными носочками на ногах, с темной гривой и хвостом, высоко поднял голову и посмотрел на хозяина.

— Только меня признает… — заявил безапелляционно сэр Рэй.

Рыцарь взял щетки и стал показывать, в какой последовательности нужно чистить коня.

— Эту с той не перепутайте, та жесткая, ей морду нельзя чистить! — прикрикнул на Уильяма рыцарь, когда тот взялся не за ту щетку.

Конь нервно перебирал копытами и задирал высоко шею, не давая Уильяму чистить. Иногда он хрипел и пытался укусить, лязгал желтыми зубами, но молодой вампир успевал отскочить.

— Что за животное, — простонал он. — Теперь мне начинает казаться, что вы затеяли спор только ради этого!

— Не специально, но вышло хорошо, согласитесь, — ответил довольный рыцарь, устраиваясь на плоском камне. — Бедняга Винсент страдал, пока чистил Тарантона, хотя все с ним страдают, чего уж там… А мои солры и так возятся с конями лорда, его семейства и слуг, так что свободных рук нет.

— Зачем же вы, уважаемый сэр Рэй, приобрели такого коня, если он злющий, как демон?

А меж тем Тарантон измывался над беднягой Уильямом, хрипел, задиристо ржал и норовил укусить. Из ноздрей его с шумом вырывался воздух, как из кузнечных мехов, конь кусал удила, и Уиллу казалось, что конь этот — не нормальный. Демонический, поди, из породы каких-нибудь кельпи.

И пока Уилл ждал ответ от рыцаря, Тарантон изловчился и едва не умудрился вырвать у него клок волос, однако вампир со стоном успел отпрыгнуть.

— Как это зачем? Это великолепный конь! Он меня признает, и это самое главное. Плевать, что страдают другие. Вам очень долго объяснять нюансы селекции, но если кратко, то название Солровский конь — это просто указание того, что конь выведен здесь, а так мы разводим несколько пород, и мой Тарантон был выведен в тех конюшнях, где содержатся лучшие кони. Один такой жеребенок стоит как дом в центре Брасо-Дэнто около Вороньего камня!

— Ого! Не может быть, чтобы конь столько стоил.

— Может. Те кони, что помельче, ходят под моими конниками. Они много дешевле, но тоже весьма ценны. Когда солр поступает на службу, он подписывает бумаги и обязуется заботиться о выданном ему коне. Причем, если чего натворит да загубит животное, потом много лет расплачиваться будет. Теперь понимаете, почему мои люди так трепетно относятся к лошадям и сразу чистят их, а потом уже занимаются собой? — улыбнулся рыцарь.

— Понимаю. Не зря говорят, что главное сокровище Вороньих Земель — это кони!

— Все верно, — одобрительно кивнул сэр Рэй и подошел к нервному и агрессивному Тарантону. — Вот замечательно, щетки давайте сюда, Уильям. Завтра сами тогда уж почистите Тарантона. А пока пусть он отдохнет с долгой дороги и поест, а жрет он много.

— Мы сегодня будем тренироваться?

— Конечно, уважаемый Уильям, тут уж не отвертитесь! Дайте мне слегка отдохнуть, а через четверть часа подходите.

Усталый после этого бешеного и невоспитанного коня Уильям вернулся к Серебрушке, погладил ее по холке, отчего лошадь ласково посмотрела на своего нынешнего седока большими карими глазами, обрамленными пушистыми ресницами. Кобыла фыркнула и потянулась губами к руке, чтобы нащупать там лакомство.

— Нет у меня ничего для тебя, — приголубил лошадь Уильям. — Вот ты такая красавица, и проблем не доставляешь, и нрав хороший… И чего рыцари гонятся за этими мясистыми породами, которые и на коней-то не похожи уже? Не кони, а монстры с копытами!

Рядом показалась Йева, которая услышала причитания.

— Зря ты так, — Она подошла ближе, кутаясь в свой теплый плащ, поверх которого был накинут отцовский. — Не все боевые кони такие злобные, как Тарантон. Наоборот, многие спокойные. Чтобы разозлить Найхлиста, графского вороного, нужно постараться, он детей чуть недолюбливает и отцовский гнев чувствует хорошо. Нервничать начинает. Луниалас — это конь Леонардо, тоже очень флегматичен и невозмутим.

— Но едят они много. Им нелегко приходится здесь, где травы уже мало, — Уилл развернулся к девушке и взглянул на нее с теплотой.

— Что есть то есть. Но отец решил не тащить обоз, чтобы добраться побыстрее до Йефасы. Как тебе тренировки с сэром Рэем?

— Тяжело. Это… Знаешь, я всегда полагал, что махать мечом — это не так уж и сложно, но в спаррингах против сэра Рэя я чувствую себя таким деревянным и неуклюжим… — Уильям засмущался, вспомнив все свои падения на землю и кучу собственных ошибок и глупых замахов.

— Но тебе это все равно нравится, — скромно улыбнулась Йева и тоже подошла к кобыле.

— Наверное да… Но я стараюсь сильно не бить, мне кажется, что мои удары много сильнее ударов сэра Рэя.

— Естественно, не забывай, кто ты. Ты должен быть сильнее и быстрее его на мечах, но Сэр Рэй берет опытом, которого у тебя пока нет.

Девушка осторожно провела рукой по спине Серебрушки. Рука Уильяма, что лежала на теплом боку лошади, поднялась чуть выше и погладила миниатюрную кисть девушки. Йева как-то грустно вздохнула и взглянула на возлюбленного ласково своими зелеными, цвета изумруда, глазами.

— Так ты виделся с Кельпи, Уилл? — Девушка в ответ тоже погладила пальцы Уильяма, чувствуя его напряжение даже сквозь перчатки.

— Да, Вериателюшка приходила ко мне у Белой Бетси, а потом и у той реки, где была эта тварь. Спасла меня снова, — улыбнулся он. — Мне уже не по себе от того, что она все за меня делает и печется так о моей жизни.

— Любит тебя, — задумчиво сказала Йева. — А ты ее?

— Даже не знаю, как это назвать, — тоже погрузился в раздумья Уильям. — Она мне как сестра, как возлюбленная, и как лучший друг все вместе и ни одно из перечисленного. Когда она рядом — я спокоен и счастлив, кажется, что все беды позади и впереди лишь хорошее, но когда ее нет поблизости, я хоть и тоскую, но понимаю, что ей хорошо, и на душе тотчас теплеет от этой мысли. Ты когда-нибудь чувствовала что-нибудь подобное?

— Возможно, — уклончиво ответила Йева. — Может быть и чувствовала. Мне иногда кажется, что Кельпи что-то с тобой сделала, отчего для тебя будет всегда существовать лишь она, а остальные лишь увлечения.

— Не знаю, Йева. — Уильям продолжал гладить пальцы девушки. — Она же не человек, а демоница.

— Я тоже не человек, — совсем тихонько, шепотом промолвила Йева и вздрогнула.

Смутившись от этих слов, Уилл посмотрел на Йеву, в глазах которой стояли слезы, но та отвернулась и быстро убрала руку со спины Серебрушки под плащ.

— Я тебя не понимаю…

— Да это не важно… уже. — Йева быстро заморгала, чтобы не разрыдаться на виду у всех. — Смотри, сэр Рэй тебя зовет!

И правда, рыцарь стоял с другой стороны лагеря, на ровной площадке, и остервенело махал мечом, чтобы привлечь внимание Уильяма. Там же собрались и остальные, тренируясь друг с другом, пока повара готовили ужин.

Леонардо, красивый и статный, в зеленом дублете ниже колена, стоял рядом с другими воинами. Ветер трепал его рыжеватые волнистые пряди, которые держала черная повязка. В руке он держал меч Рирсуинсорсиан, сверкающий в закатных лучах огромным рубином в рукояти.

— Ну же, кто следующий? — весело прокричал Леонардо.

Он оглядел более рослых солров, которые переминались с ноги на ногу и не решались вступить в поединок с сыном графа.

— А давайте я, — вышел вперед Мойрон, уверенный в своей победе — противник был ниже его на полголовы.

Толпа разошлась, чтобы сделать круг. В этот момент Йева и Уильям приблизились к остальным и встали рядом, наблюдая за спаррингом. Леонардо легким шагом, словно дикая кошка, кружил вокруг Мойрона на полусогнутых ногах, красиво перекидывал меч из руки в руку. Следя за своим противником, Мойрон резко прыгнул вперед. Блеснул клинок, и гвардеец сделал быстрый выпад. Лео отскочил в сторону, размахнулся, но солр тоже был не дурак — успел парировать удар и, связав клинки, постарался выбить меч из рук Лео. Тот не растерялся, не дал противнику перехватить инициативу и совершил мгновенный прямой выпад вперед. Этого Мойрон не ожидал и резко отступил, свалившись на землю. Леонардо с улыбкой победителя посмотрел на поверженного противника и, красиво прокрутив меч в руке вокруг кисти, спрятал его в украшенные воронами ножны.

— А вы действительно хороши, — заметил сэр Рэй. — Быстры, ловки, хорошо противостоите даже противнику выше на полголовы. Сразу видно, что над вашей техникой работал сам мастер Адд Фрауд.

— Да, сэр Рэй, у меня хорошие учителя, но даже лучшие не научат ничему толковому безграмотного ученика, если у того нет задатков. — Лео радостно посмотрел на сестру, которую увидел в толпе. Потом, увидев рядом с ней Уильяма, ядовито улыбнулся. — О, а вот и ваш партнер по спаррингу подоспел! Он уже умеет хотя бы держать меч с правильной стороны?

— Немного, — Сэр Рэй тоже расплылся в улыбке, но скорее сочувствующей. — Уважаемый Уильям, вы готовы?

— Относительно, — не соврал тот, выходя вперед и обнажая меч.

Филипп, который стоял сзади и наблюдал за боями вскользь, теперь подошел ближе. Воины расступились перед графом, склоняя в почтении головы. От лица правителя Солрага веяло холодом, но синие глаза с любопытством и беспокойством следили за сэром Рэем и Уильямом. Последнему выдали нагрудник и защиту для рук и колен, в которую тот поспешно облачился.