Д.Дж. Штольц – Демонология Сангомара. Небожители Севера (страница 9)

Переодевшись, сэр Рэй почесал крепкий живот, откуда доносились звуки бурчания.

– Так, Уильям, лично я очень хочу есть. Предлагаю не сидеть в этой дыре, а сходить вниз. Посидите с нами, пока мы пропустим пару стаканчиков того пойла, что тут у них наливают. Вспомним беднягу Винсента и Аурита.

– Я не голоден, уважаемый сэр Рэй.

– Ваше дело, хотя я предлагал вам лишь присоединиться, – пожал плечами рыцарь, задумчиво глядя на ищущего сухие вещи Уильяма.

Как можно скорее сэр Рэй покинул эту отвратительную полную клопов комнатушку и выбрался на свежий воздух, где моросил мелкий дождь. В таверне, одноэтажном здании с низкими потолками, сидели восемь конников. За оставшимися двумя столами теснились притихшие жители поселения, поглядывая на прибывших то ли с уважением, то ли с яростью.

– Сэр Рэй! – воскликнул гвардеец Мойрон. – Идите сюда, мы вам место оставили!

Присев на лавку между двумя воинами, рыцарь громко оперся локтями о стол.

– Чем здесь кормят? – спросил он.

– Пока не знаем. Скоро вынесут, что у них есть. Но Кольрит попробовал уже их пива, – ответили поспешно ему.

– Отвратительное пойло! Не портите себе настроение и живот этим дерьмом, капитан, – сморщился Кольрит.

Вскоре на их столы опустились покрытые румяной корочкой зайцы, куропатки и еще что-то непонятное.

– А это что? – спросил сэр Рэй, показывая на посудину служанке-дурнушке, которая вертела бедрами так, что порой сама себя ловила, чтобы не упасть.

– Это гадюка.

Лица у мужчин разом вытянулись. Гвардейцы подозрительно привстали, всмотрелись в лежавшие на деревянном резном блюде поджаренные кусочки толщиной с палец.

– Не беспокойтесь, – поспешно заверила всех служанка. – У гадюки яд только в башке. А башку-то мы ей отрубаем… Мясо вымачиваем в воде на ночь, оно становится мягким. И жарим. Да вы попробуйте!

Для заверения она жестом показала, как именно змею лишают головы. Вышло настолько убедительно, что один из мужчин все-таки потянулся к кусочку, несмело взял его кончиками пальцев – словно гадюка была живая, – и сунул в рот.

– Ну что?.. – спросили все с интересом.

– Как птица. Честное слово, курица!

Деревянное блюдо с этим странным яством вмиг опустело. Все с видом знатоков причмокивали.

– Что только люди не едят, вот диво дивное, – произнес уплетающий за обе щеки сэр Рэй. – Жрать гадюк – это еще додуматься надо! А по вкусу и правда птица.

Еще чуть погодя они запивали еду пивом.

– Капитан, а что будут делать с конями Аурита и Винсента? – спросил один гвардеец.

– Ничего, будут как вьючные. Жаль парней, неплохие были, – вздохнул сэр Рэй, прихлебывая с отвращением гадкое пойло.

– А этого, как его… Уильяма фон де Аверина не тронули-то… – сказал другой гвардеец и пихнул локтем третьего. – Его ж так же, как тебя зовут. Заметил?

– Имя же распространенное, – ответил третий, по имени Уильям. – У нас в деревне таких Уильямов, как полевых чертей. В каждом дворе!

– А кто ж там печется о его жизни, я так и не понял? – проговорил первый. – Никого ни разу не видел подле него.

– Это нас не касается, ребята! – сморщился сэр Рэй, отодвинув кружку.

– Ладно вам, капитан, здесь же никого нет, – ответили ему.

Служанка подошла прямо к рыцарю и встала подле, наклонившись, чтобы взять пустые кружки. Ее пышная грудь едва не выпала из глубокого выреза, а девица томно взглянула на капитана гвардии.

– Эй, дорогуша, – сказал захмелевший рыцарь, пялясь на зазывающие округлости. – А здесь есть нормальное пиво, хозяйское?

– Для вас найду, – ответила ласково служанка и, очень медленно разогнувшись, ушла с гремящими кружками.

Ее проводили изголодавшиеся девять пар глаз. Послышались вздохи. Многие из гвардейцев согласились, что служанка вполне себе симпатична, а один, самый пьяный, и вовсе назвал её красавицей. Обозленные селяне, что сидели за соседними столами, на это зыркали негодующе.

– Капитан, а чего мы вообще поперлись в Йефасу? – осторожно спросил один гвардеец.

– Похоже, как раз из-за Уильяма, – ответил сэр Рэй.

– А-а-а, помните, мы когда забирали его из того селения раненым… как там… Большие Варды, кажись… Помнишь, Мойрон, что сказал граф? – хлопнул себя по лбу, вспоминая, второй гвардеец.

– Не помню, – буркнул Мойрон.

– Сказал, что отвезет того на какой-то там суд… Так может туда и едем?

– Может и так, – согласился сэр Рэй.

К столу снова подошла та самая служанка и опять, откровенно выпятив свои достоинства (возможно единственные), выставила на стол с большого подноса кружки с пивом и промурлыкала на ухо капитану: «Это наше лучшее, господин. Выпросила у тавернщика».

Мужчины опрокинули в себя напитки.

– Хорошее… Вот это нормальное пиво, я понимаю! – похлопал себя по животу объевшийся гвардеец. – Так что там насчет этого Уильяма?

– Да он графский отпрыск, – негромко заметил второй.

– Нет, – возразил захмелевший сэр Рэй, в голову которому ударило крепкое пиво. – Он сын жреца, сам мне рассказывал.

– Да может недоговаривает, капитан. Вы видели, как с ним наш граф нянчится? – поднял вверх палец Мойрон.

– Ничего он не нянчится, – покачал головой первый.

– Нянчится, я тебе говорю! Если б сэр Рэй не подошел первым помочь этому Уильяму, когда тот висел под пузом, там бы граф подскочил самолично! Он уже ноги из стремени доставал, я видел! – второй гвардеец допил кружку и отставил.

– Ну да, он так за своим родным сыном не следит, – закивал другой конник.

– Леонард – не родной сын, как и Йева, – и сэр Рэй улыбнулся, вспомнив очаровательное личико дочери графа. – Наш лорд привез их из Филонеллона, и они приемные.

– Так у господина нет детей? – удивился первый конник.

– Уильям – его отпрыск, – прошептал уверенно второй.

– Да не сын он! – начал выходить из себя сэр Рэй.

– Сы-ы-ын, – возразили в один голос несколько гвардейцев одновременно.

– Да чтоб черти вас подрали! – разозлился сэр Рэй и уже захотел было встать, чтоб уйти, но снова подошла та служанка и склонилась к его уху.

– Господин, как вам наше пиво? Понравилось? – шепотом, ласково, с хрипотцой поинтересовалась она.

В который раз взглянув на практически нагую грудь, подвыпивший сэр Рэй уже пожалел, что поселился вместе с графским семейством.

– Замечательное пиво, то, что ты принесла последним, моя дорогая, – негромко ответил он, а потом добавил еще тише и вкрадчивее: – Я бы еще много что испробовал у вас, но, боюсь, что мне пора возвращаться на постоялый двор. А там яблоку негде упасть…

– Ой, господин рыцарь. Постоялый двор у нас хиленький, – заявила служанка, и ее глазки хитро блеснули в свете освещавших таверну ламп. – А у меня папенька как раз заночевал в домике лесорубов. Это далековато отсюда, в небольшом лесочке подле болотца.

– О, дорогая моя, ну что же… Покажи мне тогда, какие еще яства у вас имеются! – радостно протянул рыцарь.

Служанка ловко проскользнула меж столов, задевая их пышными бедрами, и вышла под дождь. Последовал за ней и сэр Рэй, предвкушающий дегустацию местных блюд. Вернулся он на постоялый двор уже ближе к полуночи, причем вернулся весьма и весьма довольным. Открыв дверь в комнатушку, он обнаружил сидящего в темноте Уильяма с книгой в руках.

– Вы в темноте читаете? – удивленно спросил он.

– Я просто проверял, не испачкалась ли она от падения в грязь, – соврал Уильям.

Он подвинулся, чтобы сэр Рэй добрался до кровати.

– Уильям, вы что, решили ночевать на лежанке?

– Да. Я привыкший, так что могу и внизу поспать.

– Благородный вы человек. И за это нравитесь мне все больше и больше!