Cuttlefish That – Том 6 Искатель Света (страница 99)

— Как его использовать?

— Не знаю! — хором и очень слаженно ответили четыре головы Ренетт Тинекерр.

Клейн беззвучно вздохнул и поблагодарил её:

— Благодарю за беспокойство. Можете идти.

Головы, которые Ренетт Тинекерр держала в руках, тут же отозвались:

— Счёт… записан… 1351… год… 9-й… месяц… Герман… Спэрроу… должен… мне… один… золотой фунт…

Сказав это, её фигура стала прозрачной и вернулась в Мир Духов.

… — Клейн пару секунд стоял в оцепенении, затем медленно вынул из внутреннего кармана бумажник и извлёк бумажного журавлика.

«Хочу задать вопрос», — написал он на поверхности журавлика перьевой ручкой, которую всегда носил с собой.

Закончив с этим, Клейн лёг на кровать и погрузился в глубокий сон.

В сером, туманном мире снов он вновь оказался в тёмной, остроконечной башне и увидел Уилла Аусептина, лежащего в чёрной детской коляске и завёрнутого в серебристый шёлк.

Ему уже больше года, а он всё ведёт себя как младенец, которому несколько месяцев от роду, — Клейн сделал вид, что не заметил, как тот сосёт палец, и быстро описал свою проблему.

Пухлый Уилл Аусептин вынул большой палец изо рта, смерил Клейна взглядом с головы до ног и сказал:

— Разве ответ на твой вопрос не очевиден?

— А? — Клейн был одновременно и удивлён, и обрадован.

Уилл Аусептин пробормотал:

— Ты в последнее время наверняка ел мало сладкого, вот память и подводит… Ты помнишь, что происходит с Потусторонними Пути Судьбы ниже уровня ангела, когда они смотрят прямо на тебя?

Это… — Глаза Клейна внезапно загорелись.

Глава 1233: Сравнительный эксперимент

Став полубогом и получив начальный контроль над Замком Сефиры, что позволяло ему не допускать проникновения его ауры в реальный мир и наложения на себя, Клейн перестал задумываться о подобных вещах. Ведь это могло выдать его аномалию, из-за чего Потусторонние, связанные с Путём Судьбы, узнали бы его с первого взгляда, а это было крайне небезопасно. Но сейчас, получив подсказку от Уилла Аусептина, он почувствовал, будто его разум внезапно озарило.

Когда я был лишь придатком Замка Сефиры с ограниченным правом пользования, сопутствующая аура и проекция уже заставляли Святого Пути Судьбы не сметь смотреть на меня прямо, а Потусторонние средних и низких Последовательностей реагировали так, словно увидели мифическое существо. Теперь, когда я обрёл начальный контроль над Замком Сефиры, «эффект», скорее всего, станет ещё сильнее… Может ли это повлиять на ангела, который сам по себе является полноценным мифическим существом? Уровень Замка Сефиры достигает как минимум 0-й Последовательности? Хм, по моим предположениям, он может быть даже немного выше 0-й Последовательности… Обладает ли он свойством вызывать осквернение у тех, кто имеет о нём хоть какое-то представление? — Мысли Клейна забурлили, словно молнии, пронзая его разум.

Он быстро решил по возвращении в Забытую Землю Богов провести несколько экспериментов с монстрами из глубин тьмы и марионетками из тумана истории, чтобы проверить, верны ли его догадки.

На его лице появилась лёгкая улыбка, и он обратился к годовалому малышу в чёрной коляске:

— Кажется, я понял, что ты имеешь в виду. В ближайшее время я велю прислать тебе мороженое.

Уилл Аусептин, закутанный в серебристый шёлк, медленно отвернулся и посмотрел в сторону:

— Нет, не нужно. Я в последнее время съел слишком много мороженого, это уже сказывается на моём развитии…

Клейн приподнял бровь:

— Настоящее, лучшее мороженое из столицы Интиса, Трира.

— …На следующей неделе, тогда и пришли, — после некоторого колебания ответил Уилл Аусептин.

Сказав это, пухлый годовалый малыш перевернулся и уткнулся лицом в маленькую подушку в коляске.

Поскольку время, в течение которого госпожа Маг могла поддерживать образ из исторической пустоты, было ограничено, Клейн не стал больше ничего говорить. Используя свои особые способности, он силой вырвался из сна, очнулся и вскочил с кровати.

Затем он протянул правую руку и принялся раз за разом хватать воздух.

После четырёх или пяти попыток его рука отяжелела, и он вытащил женщину в простом льняном одеянии, подпоясанном древесной корой. Она была босой, с распущенными иссиня-чёрными волосами и обычным лицом.

Арианна, глава аскетов Церкви Вечной Ночи, Слуга Сокрытия!

В тот же миг в доме в районе Хиллстон Форс, сидевшую в кресле, словно дёрнули за невидимые нити. Она резко выпрямилась, её тело напряглось, а на лбу вздулись вены.

Она почувствовала, как её духовная сила, словно прорвавшая плотину река, хлынула в пустоту перед ней. Она никак не могла остановить этот поток и вот-вот должна была полностью иссякнуть.

В следующую секунду напор немного ослаб, но всё ещё оставался пугающе сильным, и она не могла его выдержать.

В номере гостиницы, увидев, что образ Арианны из исторической пустоты обрёл сознание, Клейн без долгих предисловий начал:

— Я собираюсь объединиться с кое-кем, чтобы вместе выступить против одного из Королей-Шаманов Школы Розы.

Арианна слегка кивнула, давая понять, что услышала, но совета не дала.

Видя, что глава аскетов не высказала предостережений, Клейн почувствовал себя увереннее насчёт плана охоты на Короля-Шамана и продолжил:

— В ближайшее время я планирую операцию против Чёрного Волка Тьмы.

Арианна приоткрыла рот:

— Будь осторожен.

…Она имеет в виду, не стоит недооценивать Чёрного Волка Тьмы Котара? — только Клейн собрался переспросить, как его сознание помутилось, и он увидел, как женщина напротив и его собственное отражение в её глазах одновременно стали расплывчатыми и быстро исчезли.

Хлоп!

Форс рухнула в кресло, мышцы её лица мелко подёргивались.

— Это утомительнее, чем писать всю ночь напролёт, чтобы успеть в срок… — поморщившись, она попыталась погрузиться в Медитацию, чтобы уснуть.

Порой, когда человек до крайности измотан, у него могут возникнуть проблемы со сном.

Забытая Земля Богов, окрестности северных руин древнего города Нос, безлюдная, тёмная равнина.

Клейн, неся фонарь, излучающий тусклый жёлтый свет, обошёл вокруг, чтобы оценить обстановку.

Затем он нашёл камень, сел и перестал блокировать проникновение ауры «серого тумана» в реальный мир.

Вдобавок к этому, Клейн сознательно усилил проекцию Замка Сефиры на себе.

Завершив приготовления, Клейн быстро превратил одного из монстров, скрывавшихся в окружающей тьме, в марионетку.

Марионетка вышла из неосвещённой зоны и, приблизившись к Клейну в свете фонаря, устремила на него свой взор.

В глазах этой марионетки, сделанной из обычного монстра, Клейн в чёрном плаще и полуцилиндре выглядел почти так же, как и раньше, за исключением того, что его глаза стали более глубокими, а аура — ещё более неописуемой.

Проведя тот же эксперимент с марионетками разных типов монстров, Клейн убедился, что обычные люди, или, вернее, подавляющее большинство Потусторонних, не способны заметить на нём ауру Замка Сефиры.

Затем он протянул правую руку, вытащил себя самого образца половины дня назад и приказал этому довольно вялому образу из исторической пустоты взглянуть на него.

На этот раз «Клейн» увидел, что его окутывает слой серовато-белого тумана, внутри которого мерцали точки света, но конкретного облика они не принимали.

Он тут же прекратил поддержание этой исторической проекции и попробовал вытащить Потусторонних Пути Провидца, таких как Кукловод Росаго, чтобы повторить эксперимент.

Хм, после усиления проекции Потусторонние Пути Провидца могут непосредственно заметить некоторую аномалию. Однако, по крайней мере, те, кто ниже уровня ангела, могут лишь подтвердить мою связь с Замком Сефиры, но не могут воочию увидеть ту странную дверь света, то есть проекцию Замка Сефиры… — Клейна не слишком удивил такой результат.

Он глубоко вздохнул и, приготовившись к «самоспасению», поднял руку и вытащил «Победителя» Энуни, который совсем недавно стал его марионеткой.

Энуни медленно поднял голову, и в его глазах постепенно отразился силуэт Клейна, а также редкий, распространяющийся наружу серовато-белый туман.

В глубине тумана бесчисленные световые сферы, образованные сплетением прозрачных и полупрозрачных извивающихся червей, наслаивались друг на друга, формируя дверь света с лёгким сине-чёрным оттенком.

Дверь была намного чётче, чем раньше, и выглядела более материальной. Её форма тоже изменилась — она вытянулась вверх, став значительно выше.