Cuttlefish That – Том 1. Клоун (страница 79)

— Я нашёл две страницы дневника императора Розеля и запомнил их содержание.

— У меня одна страница, — отстранённым тоном, словно наблюдая со стороны, ответила Одри, её взгляд был скрыт серым туманом.

— Прекрасно, — Клейн не позволил радости и разочарованию отразиться в своём голосе.

Он радовался, что у него будет целых три страницы, и был разочарован, что их всего три. Ведь первый поиск определённо был самым лёгким, проверкой имеющихся ресурсов и каналов. Дальше будет всё труднее, придётся учитывать больше факторов.

— Мы сейчас их воспроизведём? — спокойно спросила Одри.

— Да, — коротко кивнул Клейн.

Он сохранял прежнюю позу, почти не двигаясь. Перед Зрителем нужно было быть осторожным.

Как только он произнёс эти слова, перед Одри и Элджером мгновенно появились желтовато-коричневый пергамент и тёмно-красное перо.

Они взяли письменные принадлежности, начали вспоминать символы и вкладывать в них острое желание их воспроизвести.

Беззвучно, на желтовато-коричневом пергаменте начали появляться строки текста. Некоторые были написаны ровным, уверенным почерком, другие — изящным и витиеватым, третьи — кривым и косым.

Меньше чем за минуту всё, что Одри и Элджер запомнили, было отпечатано на бумаге.

Клейн мысленно пожелал, и три листа пергамента оказались в его руках.

Пробежав их глазами, он заметил, что порядок слов был нарушен, а в тексте были пропуски и ошибки.

Впрочем, эксперименты доказывали, что определённая степень нарушения порядка слов не мешает чтению на китайском, а он, закалённый звёздочками цензуры, не боялся ни пропусков, ни ошибок:

«Восьмое апреля. Я стоял на носу Чёрного Трона, раскинув руки, и сказал Грину и Эдвардсу: „Хотите мои сокровища? Тогда отправляйтесь на край Туманного моря и ищите! Я спрятал все свои сокровища там!“ Они совершенно не поняли моего юмора и даже спросили, действительно ли у меня есть дополнительные сокровища. Какая скука! Так вы никогда не станете моими Четырьмя Всадниками Апокалипсиса!»

«Одиннадцатое апреля. Нашёл безымянный остров, не входящий в безопасный морской путь. На нём много сверхъестественных видов. Нет, мне больше нравится называть их сверхъестественными расами, так круче. Кроме них, на острове много странных существ. Думаю, если бы сюда попал Дарвин, он бы точно не смог написать Происхождение видов».

«Пятнадцатое апреля. Грин стал каким-то странным. Он чем-то заразился?»

Когда это император Розель, родившийся в королевстве Интис, отправлялся в дальние плавания? Туманное море — это, должно быть, океан к западу от Республики Интис... Хм, нужно будет поискать в библиотеке исторические материалы для сравнения... — Клейн быстро дочитал одну страницу и перевёл взгляд на следующую.

Теперь он больше не скрывал, что понимает тайные символы императора Розеля, ведь это соответствовало образу Шута. Одри и Элджер молча сидели и ждали, казалось, ничуть не удивлённые этим. Наоборот, они, похоже, считали, что так и должно быть.

«Второе октября. Они решили обручить меня с Матильдой из семьи Абель, даже не посоветовавшись со мной! Боже, я её даже не видел! Нет, я откажусь! Даже если мне придётся сбежать из дома, даже если с этого момента я буду сам себя обеспечивать и терпеть унижения, я буду бороться с этим браком по расчёту!»

«Пятое октября. Мисс Матильда так прекрасна».

«Шестое октября. Её характер, её манеры — всё в моём вкусе. Я начинаю с нетерпением ждать нашей свадьбы».

Эй, император, где же твои принципы... — Клейн откинулся на спинку стула, не давая эмоциям просочиться сквозь серый туман.

Он заметил, что в ранние годы Розель вёл дневник не каждый день, а только когда случалось что-то, о чём хотелось высказаться, что-то записать или выразить эмоции.

Переведя взгляд ниже, Клейн прочитал последнюю запись на этой странице:

«Девятое октября. Они стали называть меня Сыном Пара. Мне нравится».

Увидев, что первые две страницы пока не представляют особой ценности, Клейн почувствовал лёгкое разочарование.

Но он не унывал и перевернул третий лист, исписанный с обеих сторон:

«Двадцать первое мая. Церковь Бога-Ремесленника предложила мне два варианта, два начальных пути Последовательности. Один — Учёный, который относится к их полной цепи Последовательностей. Другой — Жрец Тайн, полученный от Аскетического Ордена Мос, у которого отсутствуют более высокие Последовательности».

«Двадцать второе мая. Мой выбор прост: Учёный! Учёный с полной цепью Последовательностей! Хотя овладение большим количеством мистических знаний помогло бы мне найти способ вернуться домой, проблема в том, что, не будучи достаточно сильным, для такого перемещения придётся полагаться на внешнюю силу. А будет ли эта сила доброй или злой, благосклонной или враждебной — это невозможно контролировать, это очень опасно. Раз так, лучше уж самому стать сильным и вернуться домой своими силами. Поэтому полная цепь Последовательностей — мой главный приоритет!»

«Двадцать третье мая. Я стал Учёным. С помощью зелья я смог полностью вспомнить все знания, что когда-то изучал: физику, химию и так далее, и так далее».

«Не просто вспомнить, а глубоко понять и освоить их. Ха-ха, эта профессия словно создана для меня, гостя из другого мира! Она позволяет максимально использовать мои преимущества! Надо сказать, если бы я вернулся в таком состоянии в свой выпускной класс, я бы точно стал лучшим учеником. А при более систематическом и углублённом профессиональном обучении, стать учёным — не такая уж и сложная цель».

«Двадцать шестое мая. Мне нравится быть Учёным. Странное дело: когда я стал считать себя Учёным и поступать соответственно, тот шёпот, что сводил меня с ума, стал тише, мои вспышки гнева тоже стали реже, и я вспомнил о дневнике».

«Это и есть то Отыгрывание, о котором говорил мне таинственный мистер Заратул? Возможно, это ключ к решению проблемы с побочными эффектами зелья».

Глядя на эту страницу дневника, Клейн остро почувствовал, насколько они с императором Розелем различаются по характеру и подходам.

Например, в вопросе возвращения домой. Сам он больше склонялся к тому, чтобы, углублённо изучая мистику, избежать опасностей и достичь цели. Император Розель же хотел полагаться на себя, держать опасность под контролем.

Надо сказать, иногда я даже завидую таким людям. Наверное, каждый жаждет того, чего у него нет... Конечно, мне тоже нужно думать о том, чтобы становиться сильнее, нужно работать в обоих направлениях... — мысли проносились в голове Клейна, вызывая лёгкую грусть.

А описание Розелем уменьшения побочных эффектов от зелья укрепило его уверенность в выводах, сделанных прошлой ночью, и дало более чёткое понимание сути Отыгрывания.

Отложив три страницы дневника, Клейн поднял голову, посмотрел на Справедливость и Повешенного и с лёгкой улыбкой сказал:

— Прошу прощения, зачитался.

Одри подавила зависть и с невозмутимой улыбкой ответила:

— Я вас понимаю. Надеюсь, однажды я смогу обменять у вас содержание дневников императора Розеля.

— За это придётся заплатить, — с улыбкой сказал Клейн, взглянув на Справедливость, а затем скользнув взглядом по молчавшему Повешенному.

Одри сцепила руки перед собой и сказала:

— Мистер Шут, мистер Повешенный, у меня есть три вопроса. Если вы сочтёте, что ответы имеют высокую ценность, скажите, чего вы хотите, и я постараюсь это найти.

— Без проблем, — просто и уверенно ответил Элджер.

Клейн слегка кивнул и удобнее откинулся на спинку стула.

Одри подумала несколько секунд и сказала:

— Первый вопрос: что именно означает Отыгрывание? Я заметила, что остаточный дух в зелье влияет на меня очень слабо. Это потому, что я всё это время отыгрывала роль Зрителя?

Элджер не стал отвечать, а посмотрел на Шута, словно тоже ожидая ответа.

Клейн постучал пальцами по краю длинного стола и непринуждённо произнёс:

— Я объясню на наглядном примере. Основная сила зелья Последовательности — это хорошо охраняемый замок. Тот остаточный дух, который вызывает побочные эффекты, живёт в этом замке. Наша цель — избавиться от него и стать настоящим хозяином замка. У нас есть два способа. Первый — взять его штурмом. Это не обязательно приведёт к успеху, но точно навредит нам самим. Если только у нас нет абсолютного превосходства, чего, очевидно, нет. Второй способ: у нас есть приглашение от хозяина замка. Это приглашение позволит нам пройти проверку охраны и незаметно проникнуть в замок, чтобы легко устранить врага. Но проблема в том, что на этом приглашении указаны внешность и манеры гостя. Поэтому мы должны замаскироваться, отыграть роль приглашённого. Понимаете?

Элджер, словно давно уже догадывался об этом, тут же переспросил:

— И это приглашение — название зелья Последовательности?

— Да, — утвердительно ответил Клейн.

Одри, услышав это, словно прозрела, почувствовав, что полностью поняла смысл Отыгрывания.

В порыве эмоций она тут же вышла из состояния Зрителя и с восторгом воскликнула:

— Какой гениальный метод! Мне кажется, мне кажется, он очень соответствует вашему титулу, его стиль так подходит Шуту... Я и представить не могла, что Отыгрывание работает именно так. К счастью, я всё это время инстинктивно отыгрывала роль Зрителя.

Она помолчала и добавила:

— Я считаю, что это очень ценный ответ, и не могу просто так принять его. Мистер Шут, какую плату вы хотите? Конечно, я помню, что ещё должна вам одну страницу дневника императора Розеля.