Cuttlefish That – Том 1. Клоун (страница 235)

Он отвёл взгляд и попытался привести в движение своё духовное тело, вобравшее в себя частичку силы таинственного пространства.

У-ух!

Повеяло прохладным ветерком, который закружил по спальне. Клейн с восторгом ощутил вкус полёта, кружась снова и снова.

В пределах города я и сам могу побыть «посланником»… Вот только интересно, смогу ли я переносить материальные предметы… — Он сдержал эмоции, остановился и, зависнув в воздухе, начал проверять другие способности.

Он потянулся к блокноту на книжной полке, но его рука прошла насквозь.

Ощущается небольшая вязкость, не так, как при прохождении через воздух… Когда я стану сильнее или смогу в большей степени использовать силу того таинственного пространства над серым туманом, возможно, у меня получится… — Клейн попробовал взять отдельный лист бумаги, но снова потерпел неудачу.

Подумав секунд десять, он подлетел к вешалке и просунул свою прозрачную, размытую руку в карман чёрного плаща, коснувшись возмещённых ему Чар Усыпления и Чар Упокоения. Эти предметы были пропитаны его собственной духовной силой и в мистическом плане отличались от обычных материальных вещей, поэтому Клейн хотел проверить, сможет ли он их унести.

Его ладонь снова прошла насквозь, но он отчётливо ощутил присутствие талисманов, почувствовал слияние духовных сил. Однако его «силы» пока не хватало, чтобы поднять их. Или, можно сказать иначе, духовная сила талисманов была недостаточно сильна, чтобы вызвать мощный резонанс с его нынешним состоянием.

Духовная сила недостаточно сильна… — Клейн задумчиво повернулся к другому карману, где лежал Талисман Солнечной Вспышки, созданный с использованием божественной крови и его собственной духовной силы.

Ощущение тепла быстро распространилось по всему его телу, делая его облик более устойчивым, а мысли — более ясными. Он поднял тонкую золотую пластинку, вынул её из кармана. В новом зеркале в комнате казалось, будто талисман парит в воздухе сам по себе, точь-в-точь как в историях о призраках.

Могу нести Талисман Солнечной Вспышки, могу говорить напрямую с помощью духовной силы… Хм, в этом состоянии я обладаю определённой силой… — Клейн подлетел к зеркалу и остановился перед ним. В отражении была видна лишь тонкая золотая пластинка, а за ней — мебель и полумрак, созданный задернутыми шторами.

Поразмыслив несколько секунд, он положил Талисман Солнечной Вспышки на кровать, а сам снова подлетел к зеркалу, желая проверить, сможет ли он в него войти.

Перед глазами потемнело, и точка зрения Клейна резко изменилась. Он увидел всё то, что мгновение назад отражалось в зеркале, увидел размытые очертания предметов в полумраке. Ему показалось, будто он прячется в укромном уголке, наблюдая за половиной комнаты.

И вправду могу входить в зеркала, но это обычный предмет, он не ведёт ни в какой таинственный и жуткий мир… — Клейн слегка кивнул, рванулся вперёд и снова оказался в комнате.

Успех с Талисманом Солнечной Вспышки придал ему огромную уверенность, и он попытался поднять другой предмет. Это был медный свисток Азика!

Едва коснувшись этого древнего и изящного предмета, Клейн ощутил, как его собственная духовная сила раздувается и леденеет. Вспыхнув, его иллюзорные глаза превратились в пылающее пламя, иссиня-чёрное пламя.

Кажется, я стал немного сильнее, состояние ближе к Мстительному Духу, но без той сильной злобы… — в сознании Клейна отразился его нынешний облик. Это была одна из способностей Клоуна.

Медный свисток мистера Азика и вправду удивителен, — кивнул он, обнаружив, что теперь может поднимать бумагу определённого веса. Чар Усыпления и другие талисманы теперь тоже поддавались ему без проблем.

Жаль, ритуальный серебряный кинжал я могу унести, а вот револьвер слишком тяжёл… — Клейн прекратил эти эксперименты и переключился на исследование своих магических способностей в текущем состоянии.

После тщательных проверок он установил, что в «призванном» виде обладает двумя квазимагическими способностями: первая — оглушать душу цели беззвучным криком, вторая — вызывать эффект, похожий на обморожение, прикосновением.

Удовлетворённый, он прекратил и перевёл взгляд на эркерное окно, на скрытые занавесками солнечный свет и улицу.

Интересно, смогу ли я в таком состоянии передвигаться днём… — пробормотал он и подлетел к окну.

Затем Клейн осторожно отодвинул занавеску, создав узкую щель, сквозь которую лучи солнца, пройдя через Стену Духовности, проникли в спальню. Под ярким солнечным светом Клейн увидел, что его духовное тело испускает чёрный пар, а сила понемногу угасает. Он поспешно отпустил занавеску, позволив ей снова скрыть свет.

Не годится… — Клейн на мгновение задумался и перевёл взгляд на Талисман Солнечной Вспышки, лежавший на кровати. Если меня поддержит сила божественной крови Вечного Палящего Солнца, может, эффект будет другим? — Он подлетел к кровати и попытался схватить тонкую золотую пластинку.

Однако, как только он коснулся цели, тёплое и чистое ощущение вступило в конфликт с его собственной раздутой и ледяной духовной силой, словно вода и огонь, неспособные существовать вместе.

Тссс!

Словно обжёгшись, он выронил золотую пластинку из рук.

Медный свисток мистера Азика и Талисман Солнечной Вспышки не могут одновременно существовать в моём духовном теле… — Клейн, всё поняв, отложил медный свисток, позволив своей духовной силе сжаться, а чёрному пламени в глазницах погаснуть.

В этом состоянии обе мои квазимагические способности ослабли… — поэкспериментировав, Клейн взял Талисман Солнечной Вспышки и вновь ощутил, как его духовное тело стабилизировалось под воздействием тёплого омовения.

Он вернулся к окну и осторожно выглянул за занавеску. Солнечные лучи коснулись его, неся лишь тепло, без вреда.

Неплохо… — Клейн искренне улыбнулся, прошёл сквозь Стену Духовности и осторожно вылетел из дома, намереваясь провести больше экспериментов.

Глава 182: Странник Клейн

В начале сентября в Тингене погода уже сменилась с прохладной на слегка холодную, но в три-четыре часа дня солнце всё ещё дарило приятное тепло.

Клейн, пройдя сквозь Стену Духовности и стекло эркера, парил в воздухе у своей спальни, глядя сверху на прохожих и экипажи, снующие по Нарцисс-стрит.

Внезапно мужчина в серо-синей рабочей одежде поднял голову и посмотрел в его сторону.

Клейн вздрогнул и хотел было спрятаться, но не смог найти подходящего укрытия. Покрутившись на месте и не найдя другого выхода, он попытался вернуться в дом, но краем глаза заметил, что взгляд мужчины лишь скользнул по окнам второго этажа, следуя за воробьём, который в итоге ускользнул от него. В черте города Тингена ещё можно было изредка встретить птиц.

Фух… Я совсем забыл, что обычные люди меня не видят… — Клейн вздохнул с облегчением, поняв, что ещё не до конца привык к своему новому состоянию.

Обретя уверенность, он снизился и, приблизившись к довольно широкой улице, завис прямо над головами прохожих. С такого близкого расстояния Клейн обнаружил, что его зрение теперь практически равноценно Духовному Зрению, которое не требовало дополнительной активации, хоть и имело ограниченный радиус. Кроме того, помимо аур и цветов эмоций, он смутно ощущал присутствие души каждого прохожего — туманной, иллюзорной и прозрачной.

В моём нынешнем состоянии я, похоже, могу проходить сквозь плоть и атаковать непосредственно душу… — задумчиво кивнул Клейн.

Он покружил на месте, готовясь испытать свою предельную скорость, и изо всех сил полетел в сторону улицы Железного Креста. Вскоре он остановился, оказавшись у того самого многоквартирного дома, где жил раньше.

Скорость примерно как у автомобиля из моей прошлой жизни, едущего по шоссе… Жаль, что я не могу свободно входить в Мир Духов и выходить из него, иначе было бы идеально… Впрочем, говорят, заблудиться в Мире Духов — дело очень серьёзное… — едва закончив самооценку, Клейн почувствовал, как его настроение падает, становится мрачным и необъяснимо подавленным.

Он огляделся и увидел, что всё вокруг окутано тёмной пеленой, невидимой для обычных людей и нерассеиваемой солнечным светом. Накопившиеся здесь оцепенение, отчаяние и боль слоями накладывались друг на друга, становясь почти осязаемыми.

Всё как и в тот раз, когда я стал Провидцем и ощутил это своей интуицией. Средняя и нижняя части улицы Железного Креста ничуть не изменились… Сколько же лет нужно, чтобы накопить такую подавленность и мрак… — Клейн вспомнил прошлое, вздохнул, набрал высоту и поднялся на уровень третьего этажа.

Здесь он наконец почувствовал солнечный свет и избавился от гнетущего настроения.

Клейн полетел вдоль нижней улицы, то и дело видя жителей в рваной одежде, с онемевшими лицами и явными признаками недоедания. Он даже стал свидетелем двух смертей от естественных причин — обе были вызваны длительным голодом, ослабленным здоровьем и внезапно подхваченной болезнью.

Сколько же людей мучительно умирает здесь каждый месяц? Но их места быстро занимают разорившиеся фермеры и бывшие рабы с Южного континента… — Клейн беззвучно выдохнул и сменил направление, полетев в сторону Южного района.

Это была промышленная зона Тингена: сталелитейные заводы, свинцово-белильные фабрики, керамические мастерские, типографии, металлообрабатывающие цеха и машиностроительные заводы теснились один к другому. Пролетая над ними, Клейн увидел высокие доменные печи, похожие на дымовые трубы, клубы пыли и густой мрак, лишь немногим лучше, чем на нижней улице. Здесь царили усталость, боль, пессимизм и оцепенение. Рабочие старше тридцати были в меньшинстве.