Cuttlefish That – Том 1. Клоун (страница 130)

И именно тогда он ощутил, как голод скребёт по сердцу и желудку — это было отчаянное желание тела восполнить потраченные калории.

Сглотнув слюну, Клейн посмотрел перед собой и увидел лишь грязные, почти пустые тарелки.

— На этом закончим. Давайте выпьем последний тост за Клейна, — предложил в этот момент Данн.

Не успел он договорить, как Клейн выпалил:

— Капитан, можно мне ещё одну порцию ужина?

Услышав эту просьбу, все на мгновение замолчали, а затем тихо рассмеялись.

— Ха-ха, наконец-то ты пришёл в себя. Конечно, можно и две, — покачал головой Данн, улыбаясь.

В мучительном ожидании Клейн слышал, как урчит его собственный живот.

Наконец, ему принесли свежепожаренный стейк с соусом из чёрного перца.

Нож и вилка замелькали в его руках. Едва не прослезившись, Клейн расправился с порцией мяса средней прожарки за полторы минуты, ощущая во рту аромат и сочность.

Неизвестно, сколько времени прошло. Глядя на пустые тарелки, он удовлетворённо выдохнул, отложил приборы и отпил шампанского.

— Официант, счёт, — повернулся Данн к стоявшему рядом слуге.

Официант сначала подошёл к стойке, а затем вернулся со счётом и подробно объяснил:

— Всего вы заказали пять бутылок шампанского Диси по 12 сулов 3 пенса за бутылку, маленький бокал красного вина Южный Уэльс за 10 пенсов… стейк с соусом из чёрного перца по 1 сулу 2 пенса за порцию… говяжий пудинг по 6 пенсов, порция мороженого — 1 сул… Итого: 5 фунтов 9 сулов 6 пенсов.

5 фунтов 9 сулов 6 пенсов? Почти моя недельная зарплата! В ресторане есть, конечно, гораздо дороже, чем дома! — Клейн присвистнул от удивления, очень радуясь, что капитан сказал, что платить не придётся, ведь у них есть своя касса и дополнительные средства!

Он прикинул в уме и понял, что самой дорогой частью ужина были напитки: только пять бутылок шампанского стоили больше трёх фунтов!

В этом плане всё как на Земле… — Клейн незаметно погладил живот и, собравшись с силами, допил последний глоток шампанского.

На следующее утро Клейн сквозь сон почувствовал, что ему нужно в туалет, и перевернулся, чтобы встать.

Едва он напрягся, как резкая боль в мышцах заставила его окончательно проснуться. Ему казалось, что тело ему совершенно не принадлежит.

Такое знакомое чувство… точь-в-точь как на следующий день после того, как меня заставляли прыгать «лягушкой»… Сегодня выходной, нужно ещё навестить наставника и попытаться взять в университетской библиотеке ту монографию о главном пике Хорнакис… — уголки губ Клейна дёрнулись, и он с трудом поплёлся из комнаты.

Каждый шаг отдавался болью.

— Клейн, что с тобой? — Мелисса, только что вышедшая из ванной, с недоумением разглядывала брата, который странно двигался и медленно шёл.

Глава 98: Господин Азик

На вопрос сестры Клейн смог лишь горько усмехнуться:

— Мышцы болят.

Он-то думал, что, приняв зелье Последовательности и став Потусторонним, его физические данные хоть немного улучшатся. Но суровая реальность показала, что все способности Провидца были направлены на духовность, интуицию и толкование, а не на быструю адаптацию к боевым тренировкам.

К тому же, его предшественник долгие годы налегал на учёбу и недоедал, так что его физическая форма была ниже среднего. Появление таких «последствий» было вполне закономерным.

— Мышцы болят? Я помню, ты вчера после ужина сразу вернулся домой и ничего не делал… Неужели от алкоголя могут болеть мышцы? — с исследовательским интересом спросила Мелисса.

Неужели от алкоголя могут болеть мышцы… Сестрёнка, твой вопрос… он такой, что невольно наводит на кривые мысли… — Клейн сухо рассмеялся:

— Нет, дело не в алкоголе. Это из-за того, что было вчера днём. Я начал ходить на тренировки по рукопашному бою в компании.

— Рукопашному бою? — удивилась Мелисса ещё больше.

Клейн быстро подобрал слова:

— Дело в том, что я подумал… я считаю, что как консультант по истории и артефактам в охранной компании, я не могу вечно сидеть в офисе или на складе в порту. Возможно, однажды мне придётся вместе с ними отправиться за город, в старинный замок, к месту первоначального обнаружения артефактов. Придётся взбираться на горы, переходить реки, много ходить и сталкиваться с различными испытаниями природы. Для этого нужно быть в хорошей физической форме.

— Поэтому ты начал заниматься рукопашным боем, чтобы укрепить тело? — Мелисса поняла, что хотел сказать брат.

— Да, — подтвердил Клейн.

Мелисса слегка нахмурилась:

— Но это так не по-джентльменски… Ты ведь всегда стремился быть похожим на профессора? Профессорам достаточно читать литературу и размышлять над сложными проблемами, они должны быть учтивы и элегантны. Конечно, я не говорю, что это плохо. Мне нравятся мужчины, которые могут решать проблемы своими руками, неважно, мышцами или мозгами.

Клейн улыбнулся:

— Нет, нет, нет, Мелисса, у тебя несколько ошибочное представление о профессорах. Настоящий профессор может как вежливо и мягко общаться с людьми, так и, в случае возникновения недопонимания, взять трость и убедить собеседника физическими методами.

— Физическими методами… — Мелисса не сразу поняла, но быстро сообразила, что имел в виду брат, и не нашлась, что возразить.

Клейн больше ничего не сказал и с трудом побрёл в ванную.

Мелисса постояла несколько секунд, посмотрела ему вслед, потом покачала головой и догнала его:

— Тебе помочь?

Она предложила ему опереться на неё.

— Нет, не нужно, я немного преувеличивал, — Клейн почувствовал себя оскорблённым, резко выпрямился и пошёл нормальным шагом.

Глядя, как брат уверенно заходит в ванную и закрывает за собой дверь, Мелисса поджала губы и тихо пробормотала:

— Клейн становится всё более театральным… А я-то думала, у него и правда так сильно болят мышцы…

В ванной, за закрытой дверью, лицо Клейна исказилось.

Больно, больно, больно… — он затаил дыхание, напрягся и так простоял секунд семь-восемь.

Только спустившись вниз, позавтракав и проводив Бенсона и Мелиссу, он почувствовал, что боль стала не такой уж невыносимой.

Отдохнув немного, Клейн взял трость, надел шляпу и медленно вышел из дома, направляясь к остановке конки.

Летний Университет Хой утопал в зелени, пели птицы, цвели цветы — тишина и покой.

Пройдя немного вдоль реки, Клейн свернул на дорогу, ведущую к историческому факультету, и нашёл старое трёхэтажное здание из серого камня, где находился кабинет его наставника, Квентина Коэна.

Он постучал и вошёл, с удивлением увидев на месте наставника преподавателя Азика.

— Доброе утро, господин Азик. А где мой наставник? Мы договаривались встретиться в десять, — с недоумением спросил Клейн.

Азик, друг Квентина Коэна, с которым тот часто спорил на научные темы, улыбнулся:

— У Коэна срочное совещание в Тингенском университете, он попросил меня подождать тебя.

У него была бронзовая кожа, средний рост, тёмные волосы и карие глаза. Черты лица были мягкими, а во взгляде таилась невыразимая вековая печаль. Под правым ухом пряталась маленькая родинка, которую можно было заметить, лишь присмотревшись.

Объяснив причину своего присутствия, Азик вдруг нахмурился и внимательно посмотрел на Клейна.

— Что-то не так с моей одеждой? — растерянно спросил Клейн, осматривая себя: фрак, чёрный жилет, белая рубашка, чёрный галстук-бабочка, тёмные брюки, кожаные сапоги без шнурков… всё в норме…

Азик разгладил брови и усмехнулся:

— Не обращай внимания. Я просто вдруг заметил, что ты стал выглядеть гораздо бодрее, больше похож на джентльмена.

— Спасибо за комплимент, — спокойно принял похвалу Клейн и спросил: — Господин Азик, наставник нашёл в университетской библиотеке Исследование Древних Руин Главного Пика Хорнакис?

— Нашёл, с моей помощью, — мягко улыбнулся Азик, затем открыл ящик стола и достал книгу в серой обложке. — Ты больше не студент Университета Хой, так что можешь читать только здесь, уносить нельзя.

— Хорошо, — Клейн с радостью и некоторым трепетом взял научную монографию.