Cuttlefish That Loves Diving – Властелин Тайн (страница 16)

– Давай, пробуй, – Кляйн указал на деревянные вилку и ложку рядом с тарелкой.

Мелисса всё ещё была немного сбита с толку. Она не стала отказываться; подцепила вилкой картофелину, положила в рот и легонько надкусила.

Вкус крахмалистой картошки и аромат подливки наполнили её рот. Слюноотделение вышло из-под контроля, и она проглотила картофелину в несколько укусов.

– Попробуй баранину, – кивнул Кляйн на тарелку.

Он только что попробовал сам и решил, что вышло едва ли сносно, но для неискушённой девушки этого было достаточно. В конце концов, она ела мясо лишь изредка.

Глаза Мелиссы наполнились предвкушением, когда она осторожно подцепила вилкой кусочек баранины.

Оно было очень нежным и, едва попав в рот, почти таяло. Мясной аромат взорвался у неё во рту, наполняя его восхитительным соком.

Это было небывалое ощущение, из-за которого Мелисса не могла остановиться.

К тому времени как она это осознала, она съела уже несколько кусков баранины.

– Я… я… Кляйн, это ведь было приготовлено для тебя… – покраснев, пробормотала Мелисса.

– Я уже попробовал, пока готовил. Это привилегия повара, – улыбнулся и успокоил сестру Кляйн. Он взял вилку и ложку. Иногда он съедал кусок мяса, иногда – набивал рот горошком. Временами он откладывал приборы, отламывал кусок ржаного хлеба и макал его в подливку.

Мелисса расслабилась и, видя обычное поведение Кляйна, снова погрузилась в наслаждение деликатесом.

– Это правда очень вкусно. Совсем не похоже, что ты готовил впервые, – Мелисса посмотрела на пустую тарелку и от всего сердца похвалила его. Была съедена даже подливка.

– До повара Уэлча ещё далеко. Когда я разбогатею, я поведу тебя и Бенсона в ресторан, и мы поедим ещё вкуснее! – сказал Кляйн. Он и сам начал с нетерпением этого ждать.

– Твоё собеседование… Ик… – Мелисса не договорила, потому что внезапно невольно издала довольный звук.

Она поспешно прикрыла рот рукой и выглядела очень смущённой.

Виновата тушёная баранина с молодым горошком! Она была слишком вкусной.

Кляйн втайне рассмеялся и решил не подшучивать над сестрой. Он указал на тарелку и сказал: – Это твоя задача.

– Хорошо! – Мелисса тут же встала, взяла таз и выбежала за дверь.

Вернувшись, она, как обычно, открыла шкаф, чтобы проверить коробку с приправами и прочее.

– Ты только что их использовал? – удивлённо спросила Мелисса, поворачиваясь к Кляйну с бутылочкой чёрного перца и банкой смальца в руках.

Кляйн пожал плечами и рассмеялся.

– Совсем немного. Это цена деликатеса.

Глаза Мелиссы сверкнули, выражение её лица несколько раз сменилось, и наконец она сказала: – В будущем позволь готовить мне.

– Э-э… Тебе нужно поторопиться и подготовиться к собеседованию. Тебе нужно думать о работе.

12 Снова здесь

«Мелисса, может, не будешь давить на больное…» – мысленно простонал Кляйн. Он почувствовал, как в голове запульсировала боль.

Количество забытого Кляйном материала было не то чтобы большим, но и незначительным его не назовёшь. Собеседование через два дня, где же ему найти время, чтобы всё наверстать?..

К тому же, он оказался втянут в такие странные паранормальные события, какое уж тут настроение для учёбы?

Кляйн отделался от сестры дежурным ответом и сделал вид, что учится. Мелисса пододвинула стул и села рядом. При свете газовой лампы она принялась за свои задания.

Атмосфера была безмятежной. Около одиннадцати часов брат с сестрой пожелали друг другу спокойной ночи и отправились спать.

…

Стук!

Стук! Стук!

Сильный стук в дверь вырвал Кляйна из сна.

Он выглянул в окно и увидел первые проблески рассвета. Спросонья он перевернулся и сел.

– Кто там?

Который час! Почему Мелисса меня не разбудила?

– Это я. Данн Смит, – ответил из-за двери мужчина с низким голосом.

Данн Смит? Не знаю такого… Кляйн встал с кровати и, качая головой, подошёл к двери.

Он открыл дверь и увидел стоявшего перед ним сероглазого инспектора полиции, с которым встретился накануне.

Кляйн встревоженно спросил: «Что-то случилось?»

Полицейский с суровым видом ответил: «Мы нашли извозчика. Он дал показания, что вы ездили к господину Уэлчу двадцать седьмого числа – в день, когда господин Уэлч и мисс Найя умерли. Более того, господин Уэлч сам оплатил вашу поездку».

Кляйн был поражён. Он не почувствовал ни тени страха или вины, которые ожидаешь почувствовать, когда твою ложь раскрывают.

Потому что он и не лгал. На самом деле, его удивили доказательства, предоставленные Данном Смитом.

Двадцать седьмого июня прежний Кляйн действительно был у господина Уэлча. В ночь своего возвращения он покончил с собой – точно так же, как Уэлч и Найя!

Кляйн выдавил из себя улыбку и сказал: «Этого недостаточно. Это не доказывает напрямую, что я связан со смертью Уэлча и Найи. Честно говоря, мне и самому всё это очень любопытно. Я хочу знать, что именно случилось с моими двумя несчастными друзьями. Но… но… я правда не помню. На самом деле, я почти полностью забыл, что делал двадцать седь

мого числа. Вам может быть трудно в это поверить, но я лишь примерно догадался, что был у Уэлча двадцать седьмого, и то только благодаря своим дневникам».

– А у вас крепкие нервы, – кивнув, произнёс Данн Смит. Он не выказал ни капли гнева, но и не улыбался.

– Вы должны слышать мою искренность, – сказал Кляйн, глядя ему прямо в глаза.

Я говорю правду! Конечно, только часть правды!

Данн Смит не ответил сразу. Он обвёл комнату взглядом и медленно произнёс: «Господин Уэлч потерял револьвер. Полагаю… я смогу найти его здесь. Верно? Господин Кляйн?»

Так вот оно что… Кляйн наконец понял, откуда взялся револьвер. У него в голове промелькнула мысль, и он мгновенно принял окончательное решение.

Он поднял руки до середины груди и отступил назад, освобождая проход. Затем подбородком указал на двухъярусную кровать.

– За спинкой кровати.

Он не уточнил, что на нижнем ярусе, поскольку никто в здравом уме не станет прятать вещи за спинкой кровати на верхнем. Это было бы слишком очевидно для любого гостя.

Данн Смит не двинулся с места. Уголки его губ дрогнули, когда он спросил: «Больше нечего добавить?»

Без колебаний Кляйн ответил: «Есть!»

«Вчера, проснувшись посреди ночи, я обнаружил, что лежу на своём столе, а рядом – револьвер. В углу комнаты валялась пуля. Всё выглядело так, будто я пытался покончить с собой. Но из-за отсутствия опыта обращения с оружием или, может, из-за того, что я слишком испугался в последний момент… в общем, пуля не достигла желаемого результата, моя голова всё ещё на месте. Я всё ещё жив.

«И с тех пор я потерял некоторые воспоминания, в том числе и о том, что я видел и делал у Уэлча двадцать седьмого. Я не лгу. Я действительно не помню».

Чтобы с него сняли подозрения, чтобы избавиться от всех этих странных событий, окружавших его, Кляйн рассказал почти всё, что произошло. За исключением переселения души и «собрания».

Кроме того, Кляйн осторожно подбирал слова, формулируя каждую фразу так, чтобы её можно было истолковать по-разному. Например, он не стал раскрывать тот факт, что пуля попала ему в мозг, а лишь упомянул, что она «не достигла желаемого результата» и что его «голова всё ещё на месте».

Для других эти два утверждения могли показаться равнозначными, но на самом деле между ними была пропасть, как между небом и землёй.

Данн Смит молча выслушал, а затем сказал: «Это соответствует моим предположениям. А также скрытой логике подобных инцидентов в прошлом. Конечно, я понятия не имею, как вам удалось выжить».

– Я рад, что вы мне верите. Я и сам не знаю, как выжил, – с лёгким облегчением вздохнул Кляйн.