Чон Ючжон – Семилетняя ночь (страница 79)
Существом, которое было за спиной Совона, был О́ни. Он, как сова, охраняющая ночь, сидел на ветке сосны и непрерывно мяукал, помогая Сынхвану добраться до этого места. Как О́ни оказался тут, Сынхван не мог понять. Но раздумывать об этом было некогда.
«Совон! Не двигайся. Пока я тебя не посажу в лодку, веди себя тихо».
Совон кивнул. Сынхван завёл лодку перед Совоном и закрепил на ней фонарик, чтобы он освещал мальчика. А сам взял топорик и присел перед ним на корточки. Под водой на глубине примерно в тридцать сантиметров он почувствовал рукой веревку, связывавшую Совона. Топориком он ударил по веревке и разрубил её. Верёвка была туго обмотана несколько раз, но узел был несложным. Когда Сынхван разрубил одну верёвку, то и все путы развязались, освобождая Совона.
Сынхван встал на ноги. Он выдохнул и протянул руку Совону. Мальчик весь окоченел. Казалось, что Сынхван перевалил в лодку не человека, а брёвнышко. Совона, скользнувшего на дно лодки с согнутыми ногами, он укрыл пледом. Затем сорвал скотч. Совон ужасно дрожал, но не сводил глаз с Сынхвана, будто боялся, что, если отведёт взгляд в сторону, то Сынхван сразу исчезнет. О́ни сам впрыгнул в лодку.
«Теперь мы поплывём к причалу. Пока мы не доберёмся, лежи и не двигайся».
Совон вместо ответа моргнул. Сынхван надел ему на голову фонарик и поплыл рядом с ним. Он двигался в сторону света, горящего в кабинке буксира, который смутно виднелся в тумане. Сынхван не проплыл ещё и половины расстояния, как почувствовал, что задыхается. Тело налилось свинцом, и казалось, он вот-вот пойдёт ко дну. Когда он почти доплыл до буксира, суставы в плечах совсем потеряли подвижность.
Сынхван еле дотащил лодку до склона. На этот раз О́ни опять сам выпрыгнул из неё. Совон не мог двигаться. Он лежал в такой же позе, как и раньше, и сильно дрожал. Сынхван поднял его и побежал с ним на руках в сторону двери. Когда Сынхван спустил Совона на землю перед дверью, мальчик, прислонясь к дверному косяку, страшно дрожал, как деревце во время бури. Сынхван обнял его и похлопал по спине.
«Молодец, Совон, ты хорошо держался!»
Совон только кивнул головой. Никакой нормальной реакции, которая должна была быть в такой ситуации, не последовало: он не плакал, не кричал и даже не хныкал. Просто его тело очень сильно окоченело, словно шок охватил его с опозданием. Сынхван очень сильно переживал и думал, что он должен как-нибудь вывести Совона из этого состояния. Иначе он всю жизнь будет жить с этим страхом и болью. И озеро Серёнхо станет для него колодцем, который будет ещё глубже, неодолимее и темнее, чем колодец его папы.
«Если хочешь плакать, плачь. Ты можешь громко плакать».
Сынхван похлопывал Совона по плечу. И, наконец-то, Совон прервал свое молчание.
«Вы говорили, что красная звезда, которая находится над вершиной Серёнбон, – это Юпитер, так?»
«Да, так».
Отвечая, Сынхван посмотрел на Совона. Синие и холодные, как Полярная звезда, глаза смотрели на него. По затылку Сынхвана пробежал холодок. Как может Совон смотреть такими глазами после того, как он был схвачен и один ночью заточён на середине озера? Сынхвану казалось, что это не просто аномалия, а какая-то мистика.
«Когда я открыл глаза, я сразу увидел Юпитер», – сказав это, Совон три раза икнул, словно хотел чихнуть. Из-за этого его было трудно понять, кроме того, он говорил отрывисто.
«Сначала я подумал, что нахожусь в лесу перед особняком».
«Стрелки часов вращались вместе с девочкой…»
«А я всё время водил в игре…»
Сынхван невольно посмотрел на небо. Там он не увидел ни одной звезды. В небе, подобная илистой почве, расстилалась лишь темнота. Сынхван не понял слов Совона и в то же время не мог считать его слова бредом перепуганного мальчика. Что же случилось с Совоном на острове с сосной?
Сынхван решил больше не расспрашивать Совона. Поговорить с ним об этом можно и позже. Сейчас он должен вызвать полицию на контрольный пункт управления дамбой. Он достал из-под двери свой мобильник и нажал номер телефона участка. Ответил полицейский. Когда Сынхван попросил к телефону следователя Пака, трубку взял его начальник и сказал, что Пак сейчас в командировке.
«По какому делу вы его ищете?»
Сынхван краем глаза посмотрел на Совона. Тот, укутавшись в одеяло, смотрел на кончики своих ступней, но было ясно, что он слушает телефонный разговор. Сынхван не мог всё объяснить детективу так, чтобы смысла его слов не понял Совон.
«Начальник безопасности дамбы сейчас находится в плену. Его держат в контрольном пункте управления дамбой».
Из трубки раздался вздох.
«Вы имеете в виду Чхве Хёнсу? А кто его держит в плену?»
Сынхван не смог ответить. Потому что неожиданно со стороны моста раздался ужасный шум. Это был страшный звук, словно дамба полностью рухнула. За этим звуком волнами затряслась земля. Свет из буксира, который был направлен на причал, моментально повернулся в сторону моста. Свет прожектора двигался по поверхности озера, освещая волны. На тихо спавшем озере неожиданно образовались водовороты, вода быстро двигалась в сторону центра. Сынхван представил себе страшный кадр. Его сердце ушло в пятки, и Сынхван невольно закричал. С этого момента в его голове все спуталось.
Сынхван вложил в руку Совона свой мобильник, протолкнул мальчика в щель под дверью, а сам перелез через проволочную ограду. Он уже решил, куда нужно двигаться. Невозможно убежать от озера, сейчас нахлынуло то, что страшнее О Ёнчжэ и чему нельзя противостоять.
Он взвалил Совона себе на плечи и побежал с ним вверх по склону в сторону фермы. Сынхван потом не мог вспомнить, как он это сделал. В его памяти остались лишь страшный шум от озера, сотрясавший весь ольховый лес, луч прожектора, который скользил по деревьям, и тяжесть Совона, которого он нёс на спине.
Когда он открыл дверь загона, в темноте ощущалась страшная вонь. О́ни уже сидел рядом со своим убежищем, Сынхван положил туда Совона и укрыл его одеялом.
«Я скоро вернусь».
Совон кивнул.
«Ты должен быть здесь с О́ни. Я тоже хочу быть с тобой… Но…»
«А вы должны пойти и спасти папу», – Совон сам закончил фразу. Сынхван на какой-то миг потерял дар речи. Если О Ёнчжэ закрыл водные ворота, то открыть их мог только Хёнсу. Если Хёнсу открыл водные ворота дистанционным управлением в контрольном пункте, тогда Сынхван ничего не сможет сделать. Он может только закрыть стоппер после того, как всё унесет потоком воды. Но если Хёнсу открыл ворота на крыше водных ворот…
«Вы же спасли меня и О́ни, правильно?» – глаза Совона дрожали от страха. Совон требовал от него чёткого ответа. Сынхван кивнул.
«Обещай, что ты всё выдержишь и будешь смелым, пока я не вернусь».
«Я обещаю».
В глазах Совона снова появилась уверенность. Сынхван встал и пошёл из загона не оборачиваясь. Он подумал, что иначе не сможет уйти от него. Оставить в загоне маленького мальчика, который только что избежал смерти, – это было так же жестоко, как связать его и бросить одного перед лицом смерти. Если бы не было О́ни и если бы не удивительная храбрость Совона, он не смог бы оставить его одного. Даже если бы в результате этого весь мир исчез бесследно.
Выходя на дорогу вдоль набережной, Сынхван уже забыл про Совона. Луч прожектора скользил по озеру. Вода разделилась на несколько потоков и стремительно неслась в сторону дамбы. Склон у причала полностью скрылся под водой, волны бились в проволочную ограду. Сынхвану казалось, что это уже не озеро, а остров, к которому приближается цунами. Когда он добрался до первого моста, то подумал, что находится сейчас перед вратами ада.
Под дамбой ничего уже не было. Ни управления дамбой, ни Нижней деревни, ни света фонарей на торговой улице. То, что он увидел, был поток воды, поднимающийся вверх на несколько десятков метров, взрывая темноту. Брызги разлетались, словно облака. Страшный звук, будто разверзлась земля, сотрясал все окрестности. Поднявшаяся вода обрушилась на мост. Брызги падали как дождь.
У Сынхвана дрожали ноги. Уши заложило, у него не было сил, он остолбенел от потрясения. Сынхван стоял как вкопанный и чувствовал, что он совершенно раздавлен. За несколько секунд в его голове пронёсся рой мыслей. Уже всё закончилось: и Хёнсу, и О Ёнчжэ, и люди в управлении дамбой, и в Нижней деревне – все исчезли. Какой смысл ему бросаться в этот ад? Когда я побегу туда, что я могу сделать? Даже если попытаюсь что-то предпринять, какая от этого будет польза? Я же не могу повернуть время вспять, как Супермен, который летел вокруг Земли, обратив её движение в обратную сторону? Я так не могу. Если я пойду туда, то, похоже, оттуда уже не вернусь.
Ему ответил прожектор, установленный на крыше водных ворот. Что бы ни случилось внизу, свет прожектора, который продолжал вращаться, добрался до него и помог ему понять, зачем он сюда прибежал. Да, он должен быстро подняться на крышу и опустить стоппер.
Сынхван бросился бежать, глядя прямо перед собой. Он обернулся, только когда добрался до середины моста, потому что почувствовал, как что-то промелькнуло мимо него. Он ничего не увидел, кроме тёмного силуэта, напоминавшего большого нахохлившегося зверя. Однако кроме тумана и водяных брызг он ничего не разглядел. Когда он добрался до входа на крышу водных ворот, то с опозданием осознал: не что-то промелькнуло мимо него, а он сам прошёл мимо чего-то. Причём это был человек. Человек, который лежал на мосту. Мастер-ключ, который был воткнут в дверь, подсказал, что это был Хёнсу. Сынхван вспомнил также ещё одну вещь – он не сообщил в полицию, что надо эвакуировать людей. Для того чтобы сообщить об этом, Сынхван должен идти на охранный пост главных ворот, где есть телефон.