Чон Хана – Анна. Близкие незнакомцы (страница 1)
Чон Хана
Анна. Близкие незнакомцы
Серия «Хиты Азии. Их история»
정한아
CHUNG HAN-AH
친밀한 이방인 I
NTIMATE STRANGER
Издание осуществлено при финансовой поддержке Корейского института литературного перевода
Перевод с корейского Февралины Королёвой, Ориэлы Снегирёвой
친밀한 이방인
INTIMATE STRANGER
Text Copyright © 2017 by Chung Han-ah
All rights reserved.
The Russian translation is published by AST PUBLISHERS LTD in 2026, by arrangement with MUNHAKDONGNE PUBLISHING Corp. through M.J INTERNATIONAL and Rightol Media in China. © Kaminary.art, иллюстрация обложки, 2026
© Февралина Королёва, Ориэла Снегирёва, перевод на русский язык, 2026
© ООО «Издательство АСТ», 2026
Глава 1
Затонувшее судно
Как-то раз в марте я наткнулась на интересное объявление в газете. Заголовок гласил: «Ищу автора книги», а ниже был приведен отрывок произведения. Казалось бы, ничего необычного, но глаза сами начали бегать по строкам, и вскоре я неожиданно для себя поняла, что это мой собственный роман.
Я оторопела, надела очки и внимательно перечитала текст с самого начала. Если память не изменяет, это мой первый роман, опубликованный анонимно более десяти лет назад. В мыслях смутно всплыла черная обложка с названием «Затонувшее судно». Эта книга была написана для конкурса молодых талантов, организованного издательством. Я специально не указала на обложке имя, чтобы создать интригу, но роман остался без внимания читателей, не получив ни одного отзыва или комментария.
Даже после полноценного начала писательской карьеры я не упоминала про свой настоящий, но неофициальный дебют. Желания вернуться к роману не появлялось, а со временем я совсем забыла о его существовании. Можно сказать, он канул в небытие.
Отложив газету, я начала перебирать книги на полках кабинета, но той самой с черным переплетом нигде не было. Куда же она подевалась? Единственный, кто сейчас вспомнил бы о романе, – мой муж, но он был далеко.
Вот уже три месяца он преподавал в английском университете. Жизнь с разницей в восемь часов – наша отчаянная попытка сохранить брак. Последнее время мы даже находиться под одной крышей не могли: он в гостиную – я в комнату, он ест за столом – я ухожу с тарелкой на балкон. Решение пожить отдельно друг от друга стало оптимальным выходом из ситуации.
Когда муж сообщил об отъезде в Англию, дочка сразу сказала, что поедет с ним, но ей было всего семь лет – он не смог взять ее с собой. В аэропорту малышка плакала до изнеможения. Супруг несколько раз обошел всю зону вылета, покачивая ее на руках, а я наблюдала за ними со скамейки поодаль.
Он передал мне уснувшую дочь, развернулся и ушел. Бросив взгляд на его удаляющийся силуэт, на его взъерошенные волосы, я подумала, что, возможно, больше никогда его не увижу. Я разрушила наш десятилетний брак, и никаких оправданий у меня не было.
Муж почти ничего не забрал с собой – лишь несколько комплектов одежды, – но дом все равно заметно опустел. Строки старого романа, всплывшие будто из ниоткуда, всю ночь мучили меня и не давали уснуть. Мне показалось, что хлопнуло окно, и я пошла в комнату дочери. Она крепко спала. Бивший в стекла дождь прекратился только с рассветом.
Утром я приготовила хлопья с молоком для дочери. Она как раз принесла свежую газету на кухню, и я принялась перелистывать страницы. В том же разделе с объявлениями разместили продолжение романа. Как так, я ведь не давала согласия на публикацию своей работы? Отбросив в сторону газету, я стала звонить в редакцию.
Мне ответила женщина с бодрым голосом. Услышав мои возмущения, она спросила, являюсь ли я автором романа. Я немного замешкалась, но отрицать не стала. Тогда она сказала, что перезвонит. Долго ждать не пришлось.
Я отвела дочь в детский сад и села за книгу на английском. Это была биография нобелевского лауреата, которую я переводила. Работа шла медленно, но я все равно согласилась на этот пусть и непростой труд: развод уже не за горами, а у меня нет стабильного заработка. Не жить же на одни алименты от мужа как какой-то паразит?
Я получила степень магистра литературы в Англии, опубликовала три романа, но постоянной работы все равно не нашла. Раньше меня это и не беспокоило: муж удачно устроился в университет, его карьера шла в гору. Однако чем дальше продвигался он, тем беспомощнее чувствовала себя я. Но есть ли разница, когда хозяйство у вас общее?
Звонок застал меня за чтением биографии блестящего ученого, прошедшего путь от Массачусетского технологического университета и Калифорнийского технологического института до НАСА. Я ответила, не выпуская из рук толстый словарь. Женщина спросила напрямую:
– Вы автор того романа?
– Какого?
– Я про «Затонувшее судно». Со мной связались сотрудники газеты и сказали, что вы автор.
– Да, это я… – я нахмурилась, отложила словарь в сторону и взяла телефон, который прижимала плечом к уху, в руку. – Не знаю, откуда у вас рукопись, но я бы попросила не публиковать больше ничего без моего разрешения.
– Это правда были вы? – с некоторым сомнением спросила женщина. – Это может подтвердить кто-нибудь, например издательство?
Я не сдержала смешок.
– Было бы издательство. Я напечатала двадцать экземпляров в типографии возле университета. Кажется, я назвала свое издательство «Эпоха».
Звонившая замолчала.
– Если это все, то я кладу трубку.
– Муж сказал, что это он автор книги.
– Что?..
– Он пропал полгода назад, – второпях сообщила собеседница. – Не могли бы мы встретиться? Мне нужно вам кое-что рассказать.
Незнакомка назвала адрес кафе в центре города и повесила трубку. Я не успела ни согласиться на встречу, ни отказаться от нее. Какое-то время я молча смотрела в телефон. Мне хотелось перезвонить и сказать, что нам не о чем разговаривать лично, но номера звонившей не сохранилось. Весь день я мучилась, не зная, идти ли на встречу, и не могла сосредоточиться на работе. Я писала и стирала одно и то же предложение и в итоге окончательно отложила перевод.
Наша первая встреча состоялась в кафе «Второй этаж» на площади Кванхвамун[1]. Последние лучи заходящего солнца длинными полосами падали через окно. Я зашла в кафе и начала искать глазами незнакомку. Она заметила меня и встала. На девушке было черное платье ниже колена. Рост у нее невысокий, лицо юное: оно казалось еще более детским от густо нанесенных серых теней – словно ребенок притворяется взрослым. На вид девушке было чуть больше двадцати. Она весьма красива – черты лица у нее точеные.
– Спасибо, что пришли.
Она протянула мне руку. Я вздрогнула от прикосновения маленьких холодных пальцев. Мы представились – оказалось, ее звали Сону Чжин – и сели.
– Объявление разместила моя мама. Сейчас она в больнице. Мы уже почти потеряли надежду найти вас. Я весь месяц даю объявления в разных газетах.
Чжин нерешительно посмотрела на меня и спросила:
– А когда вы написали «Затонувшее судно»?
– На последнем курсе, значит, примерно в 2003 году.
Мой голос звучал приглушенно, во рту пересохло.
– Вы сказали, что книга никогда не публиковалась официально.
– Так и есть.
Девушка с невозмутимым выражением лица протянула мне книгу. Я замерла, увидев незнакомое имя на обложке.
– Что это?
– Ваша книга, только под другим именем.
Черная обложка с белой воронкой водоворота осталась прежней. Однако теперь на ней значился другой автор: «Ли Юсан».
– Муж говорил, что эта книга – главное его достижение. Он всегда носил ее с собой.
Чжин достала лежащую меж страниц фотографию.
– Вот он.
На снимке кучкой стояли мужчина, женщина и милый мальчик. Они улыбались, словно увидели что-то забавное, и все же на лице супруга была заметна тень усталости. Между передними зубами виднелась щербинка, волосы прикрывали уши. В целом его лицо было довольно непримечательным, если бы не выразительные миндалевидные глаза глубокого черного цвета.
– Вы никого не узнаете?
Я покачала головой:
– Впервые вижу.
– Приглядитесь еще раз. Может, вы видели похожую на него женщину?
Я подняла глаза на собеседницу.