Чернов Дмитрий – Пыль (страница 20)
Андрей промолчал. Уже от имени портала ему стало не по себе.
На экране появилась форма входа: логин, пароль. Справа — список ролей:
— Май сказала, что у неё нет доступа, — напомнил Егор. — Значит, нужен менеджерский.
— У меня есть, — тихо сказал Андрей.
Егор повернулся.
— В смысле? — удивился.
— Сатир, показывая мне записи, пару раз вводил пароль при мне, — ответил Андрей. — Я не смотрел специально. Но глаз цепляется за подобные вещи автоматически.
Он набрал виденную последовательность цифр и символов.
Система подумала секунду — и пустила.
Роль изменилась на
Внизу загорелась надпись: «Welcome, Satir.»
Егор с уважением посмотрел на Андрея.
— Теперь я меньше удивляюсь, почему Диана называла тебя контрол-фриком, — сказал он. — Это сейчас комплимент.
Андрей не отреагировал.
Он кликнул на вкладку Guests. Список вывалился длинный: имена, номера, статусы. Поиск. Он набрал «Letskaya».
Сначала всплыло три записи:
–
–
–
Слово «Hidden» кольнуло.
— Они спрятали её детей даже в системе, — сказал Егор тихо. — Как нестабильные элементы.
Андрей почувствовал, как на секунду перехватило дыхание.
— Открывай Диану, — сказал он.
Он кликнул по её имени.
Открылся профиль.
Слева — стандартный набор: фото лица (сделанное при заселении), паспортные данные, даты прибывания. Справа — вкладки: Stays, Orders, Captures, Social Sync.
Егор почти физически почувствовал, как у него зачесались пальцы на слове Social Sync.
— Начнём с этого, — прошептал он.
Андрей кивнул.
Они открыли вкладку.
Экран заполнили строки:
Под ними — список файлов: превьюшки сторис, постов, фотографий, снапшоты экранов. Система сохраняла всё, что гостя могло потом заинтересовать — и то, что могло заинтересовать отель.
— Это… зеркалка, — тихо сказал Егор. — Они делают бэкап её контента у себя.
— И это всё ещё доступно, — добавил Андрей. — Значит, «наверху» руками сюда не залезали. Пока.
Он прокрутил вниз. Список уходил далеко назад — ещё к московским сторис.
Но сейчас их интересовал только Прапайон.
— Фильтр по дате, — сказал Егор. — Последняя неделя.
Андрей поставил диапазон.
Список резко сузился. Остались только файлы с пометкой Prapaion.
Они начали открывать по одному.
Сначала — те, что уже видели: бассейн, завтрак, закат. Всё то, что мир видел в её сторис.
Но рядом с каждым файлом была маленькая иконка: «Draft» или «Deleted before publish».
— Вот это интереснее, — сказал Егор, указав на «Draft».
Андрей кликнул.
Открылось окно с видео.
Камера трясётся, кадр неудачный — Диана в ванной, без макияжа, с мокрыми волосами, держит телефон слишком близко.
— «Я здесь…» — её голос дрогнул, — «я здесь задыхаюсь.»
Она смеётся, но смех фальшивый.
— «Хотела снять красивый блогерский ‘утро в раю’, а получилось ‘утро в дурдоме’», — продолжает она. — «Мама уже уверена, что нас здесь всех съедят. Дети…» — на секунду она замолкает, — «дети как будто… не мои. Я сама не своя.»
Диана смотрит себе в глаза в экране.
— «Иногда думаю, что проще было бы просто раствориться, чем дальше тянуть этот цирк», — тихо добавляет она. — «Но это слишком драматично даже для меня.»
В конце видео она закатывает глаза, нажимает «stop».
Под роликом — пометка:
Андрей сидел неподвижно.
Слова «я здесь задыхаюсь» врезались в него сильнее, чем любые крики Людмилы.
Егор наблюдал за ним боковым зрением.
— Ты этого не видел? — спросил он.
— Нет, — глухо ответил Андрей. — Она… не выкладывала.
Егор кивнул.
— Но сказала, — подчеркнул он. — Хоть кому‑то. Даже если сначала — только себе.
Он кликнул следующий «Draft».
На этот раз — текстовый пост.