Черненко Галина – Не совпадают почему то пазлы жизни у людей (страница 23)

Инфа из интернета, она сейчас, конечно, вообще в близком доступе, но это не особо помогает, если количество разводов не уменьшается. Потому что семья и реально и официально начинается с первой брачной ночи. Почему люди стараются обесценить и измазать грязью опыт интимных отношений? Если у кого-то не получилось, это не говорит о том, что не должно получаться у всех. Но сейчас я со своей колокольни говорю, что мамский опыт очень важен, наверно и папский опыт не лишний, но в те времена никто не хотел передавать своим детям опыт постельных утех, поэтому мы не знали, где брать этот опыт и что с ним делать. И очень стеснялись родителей.

Вот видимо и Дима не мог в то утро пережить того, что мама поневоле подслушала его любовные игры. Со стороны их отношения были теплые и доверительные, ну а вникать глубже я не собиралась. Замуж то меня никто не звал, поэтому задачи выпендрится перед мамой Юлей, или построить из себя целку патриотку, у меня не было. Тем более Юля была мне не мать, а такая же блудливая грешница, как я. Поэтому, пока в наших отношениях не присутствовало Димы все было у нас просто и понятно. А Дима внёс какое-то смятение. А скорее всего он смутился потому, что не ожидал, что его мать отреагирует на меня без претензий. И она бы, конечно, нагнула бы его, уже же так было. Но у меня был рычаг управления. Поэтому мама Юля вела себя прилично, и тихо надеялась на то, что я тихо исчезну из их жизни.

В общем, мы с ней соблюдали ночные договоренности, а Дима то был не в курсе. Поэтому все-таки постарался побыстрее переместить меня в машину, и там расспросить о подробностях ночной встречи , и о необычном спокойствии его резкой матери. От Димы то я ничего скрывать не собиралась, поэтому рассказала ему и про Юрца, и про их интимное прощание, и как не странно, Дима осознавал, что его мать обыкновенная женщина, и ей хочется тепла и ласки. Ему было все равно, с кем она, когда и как. Единственное его смущало, как и нас с Юлей, это Юркина жена. Потому что известной она была именно из-за скандалов. Если она могла закатить скандал на пустом месте, то что она закатит, когда узнает о том, с кем таскается ее муженёк представить было страшно.

Не смотря на то, что я ещё вчера вечером хотела сказать Диме, что приторможу у него дней на несколько, утром об этом я ему говорить не стала. Мне хотелось искренней Димкиной радости, но пока его мать не скроется в тумане, напряжение не уйдет. Поэтому я решила все это отложить на вечер. А утром мы просто подарили друг другу пару многообещающих поцелуев в машине, и расстались до вечера.

Светка была уже на работе, и настроение ее нельзя было назвать хорошим. Я хотела рассказать ей утреннюю историю, но по лицу поняла, что не стоит. Мы тихо курили. Я даже на тот момент потерялась в моменте. Я со своей жизнью как-то не могла разобраться, поэтому Светкина жизнь меня вообще не интересовала. Она продавала мое бельишко, переживала за мои выкидоны, а я даже не помнила, прошла у нее свадьба или нет. Вот это прямо показатель дружбы. А она, скорее всего мне об этом сообщала, но я не слышала, потому что нет у меня интереса в этой свадьбе. А Светка озадаченная такая скорее всего из-за своей дочурки избалованной. Надо ее как-то утешить и поддержать, а с чего начать то? Я напряглась и задумалась.

– Свет, дома что-то не так? Что такая задумчивая?

– А чего там может быть не так? Все, как всегда. Как моя родная переехала к сватам, тихо и темно

– Что ты тогда такая забыченная, если все как всегда?

– Это дома все, как всегда, а дочка свои права качает. До свадьбы хоть через губу со мной разговаривала, а сейчас как ни приду к ней в гости, ей все некогда. А я же скучаю! Галь, стесняется она меня что ли?

– А с чего она стесняться то тебя должна? Ты же мать ей?

– Свекровка то у неё теперь заведующая магазином, а я кто? Разнорабочая на мясокомбинате?

– Света, ты про зарплату про свою вспомни, такие деньги разнорабочим не платят. Поэтому к разнорабочим тебя отнести сложно

– Галь, у меня же образование то какое? Фазанка! А на руки мои хоть какой маникюр прилепи, и хоть каким кремом мажь, не поможет! Я же то шкуры этими руками кидаю, то соль разгружаю, то есть это не та работа, на которой руки берегут. А по вечерам ты знаешь, что я делаю? Самогон гоню, да свиньям жрачку варю. А потом иду кормить этих свиней. Чтобы в ноябре забить, продать, и доченьке обновок накупить. Разве можно такой матерью гордится! Образования нет, разговаривать не умею, умничать не умею тоже. Не мать, а несуразица какая-то.

– Света, чего несёшь то? Ты вон, на банкеты так приоденешься, что никто и не догадается, чем ты занимаешься! Платье чешское, туфли итальянские, где написано, что ты фазанку закончила?

– Галя, ты на руки мои посмотри! Хоть какой костюм одень, а бруциллез то никуда не денешь.

Да, большинство тёток на мясухе были носителями этой болезни. Суставы торчат наружу и даже пальцы не гнутся. Тогда же особых защит от таких болезней не было? Поэтому заразились они всё ещё в молодости. Болезнь кривила кости, изнашивала суставы, и за это давали молоко. Поллитра в день. Такая цена здоровья.

– А с чего ты взяла, что она тебя стесняется то? Может ей действительно некогда? Ведь она учится у тебя?

– Галь. Ну поговорить то со мной можно? Мне ведь интересно, как она живёт, что у нее нового, а она посидит со мной за столом на кухне и все;"Ну что, попила чаю? Тебе уже пора!". Что это? Или откроет дверь и скажет:"Ну сегодня мне некогда с тобой разговоры разговаривать, поэтому не приглашаю.". Это нормально? Когда я последний раз с ней разговаривала то? И гонит меня, и гонит. Чем я ей не угодила? Не могу я этого понять! А на душе кошки скребут. Обидно. Ведь для кого я добро всю жизнь коробчила? Ведь она у меня с детства отказа ни в чем не знала. Вот вам пожалуйста, благодарность. А мне то что делать? У меня больше и нет никого. И плачу я по ночам, Галя. Мишке жалуюсь. А Мишке по барабану, он пьяный.

Я обняла Светулю за плечи, и прижала к себе. Что я ещё могла для нее сделать? А она уткнулась мне в грудь и заплакала, навзрыд, как ребенок. Вот так бывает. Все вроде в этой жизни заработала, старалась, все есть, а душе не хватает благодарности и тепла. Светка была маленькая, ниже моего плеча, и по габаритам тоже больше худая и жилистая. Я обнимала ее за плечи, смотрела на нее сверху вниз и не знала, как ей помочь. Я давно предполагала, что Светкина дочурка когда-нибудь взбрыкнет. Потому что Светка действительно на нее жизнь положила и отказа ей не было ни в чем. Как это переделывать, когда человек уже взрослый?

Опять же я понимала, что у Светки нет другой груди, кроме моей, в которую можно уткнуться. Поэтому застыла в ожидании, когда Светуля проплачется и успокоится. И одновременно прислушивалась к голосам за дверью. Нельзя было показывать слабость коллегам. В то время очень люди радовались чужому горю. Был повод затоптать в грязь. И все бы воспользовались такой возможностью. Потому что Светка была самым состоятельным человеком не то, что в цеху, но и на комбинате.

А Светлана Николаевна, выплакав полведра слез, наконец то, к моей великой радости, успокоилась. Взяла из кабинки полотенце, и пошла умываться, предварительно сказав:"Спасибо тебе, Галя, а то мне даже душу излить некому". А я смотрела ей вслед и думала: "Это тебе спасибо, Света, ты столько для меня сделала, что не могу я отказать тебе в маленькой человеческой доброте и ласке"

Так начинался у нас рабочий день. У кого-то с осознания, у кого то с разочарования.

Рабочий день, как он не тянулся, все равно закончился. Я переодевалась и старалась распланировать вечер. Самое главное, конечно, это тестирование бражки, если все пройдет удачно, к завтрашнему вечеру начнем обновление градусной жидкости. Сильно хочется быстренько все начать и закончить, получить за это денежки, и наконец то расслабиться. Какой-то напружный у меня месяц. Но это не страшно, деньги, они любой стресс лечат, поэтому переживу любые невзгоды, лишь бы не бегать по соседям и не занимать трёхи и пятерки, вот это то точно напрягает. А все остальное, ерунда. Глянув на себя в зеркало, я закрыла кабинку, и вышла в коридор. Вовремя вышла.

В коридоре меня ожидал мой родной до боли водитель, которого я за последние десять дней забыла напрочь. Но, спасибо Свете, была предупреждена о визите. Ну а Витюха, скорее всего не предполагал, какая же я нехорошая женщина. Поэтому улыбнулся своими белыми зубами, и распахнул руки для объятий. Увертываться я не стала, ни к чему мне лишние подозрения. Тем более вполне понятно, что в конце следующей недели Дима слиняет, а Витя, он пока рядом, и много чего от него зависит. Хотя бы сытость моих детей. Витёк схватил меня в охапку и уткнулся носом в мою макушку. Люблю высоких мужчин, когда они обнимают, кажется, что ангел крыльями тебя прикрывает.

– Ты что, меня ждал? Или тебе машину грузят?

– Да я как-то соскучился по тебе, а ты что то не хочешь первой пригласить меня на свидание. Пришлось самому. Как у тебя настрой на близкое общение?

А как у меня настрой? Надо подумать. Диму бы я с удовольствием напрягла, пусть думает, что я обиделась. Если обидится до конца, то и бог с ним, а если испугается, то любовь будет крепче. А любви осталось считанные дни. Значит Дима меня не смущает. Что ему наврать, я придумаю, а может он так обрадуется моему возвращению, что и спрашивать не будет. Больше, чем Дима, меня смущает бражка. Если сегодня не попробуем, потеряем день. Но можно позвонить Насте и дать ценные указания. Только надо найти откуда позвонить. Можно из конторы. Все равно все разошлись. И мне выходит на автобус торопится не надо. Или я все-таки не правильно поступаю?