Черненко Галина – Не моя моя жизнь (страница 14)

– Не хочешь познакомится поближе?

– Не знаю. Я тебя не вижу. Нет у меня глаз на затылке.

Он сделал два шага и встал передо мной. Хорош. Высокий, широкоплечий, поджарый. Уверен в своей неотразимости. А почему я то? Других не нашлось? Или ещё не понял, что у меня часть тела отсутствует?

Он смотрел на меня, я на него. И я точно понимала, что не имею ничего против этого мужика. Только где знакомится поближе? У Люды с Серёгой одна комната, хоть и большая. Я задумалась.

А посиделки за столом продолжались. Мы все были близкого возраста поэтому нам было не скучно. Тем более, что мы себя подогревали портвейном. Но вдруг я увидела, что Люда подаёт мне знаки на выход. Я взяла сигаретки и вышла за ней. А она почему-то отправилась не в огород, а за ворота. Причем отошла от этих ворот ещё за два дома, и встала в кустах, чтобы нас не было видно. Я удивилась.

– Люда, а по какому поводу партизаним то? У нас что тут военный совет в Филях?

– Тише говори, я не глухая. Не хочу, чтобы Серёга слышал

– Твой Серёга?

– Галя, у меня от моего Сереги секретов нет. Я про Синицына

– А что не так с Синициным? Он меня в открытую призывал дружить.

– Вот и я про это. Подружи с ним, а? Он же видный мужик?

– А ты то что за него просишь? Он пацан что ли?

– Не, он далеко не пацан, и конечно он сам свои проблемы решает, и любовные в том числе. Наверное.

– Почему наверное?

– Потому что я этого не видела.

– Люда, давай без загадок. Зачем меня сюда призвала?

– Не отказывай ему, а?

– Ну Люда, чем дальше, тем смешнее и непонятнее. В чем дело то? Он поделочный какой-то? Или что-то с ним не так?

– Да все с ним так. Просто может у тебя что-то не так стало.

–Нет, у меня все, как всегда. Высоких и красивых мужиков я люблю

– В общем, он здесь флигель снимает, рядом, вон на углу. Это я тебе заранее сообщаю. Потому что скорее всего, если он решиться, он позовет тебя туда, так что не бойся. Он не женат, сама паспорт видела. Служил срочную в Афгане, но бзиков не замечала. Женщин рядом с ним никогда не видела, хотя живёт здесь больше года. Ну вроде все.

– Вот, смотри подруга, пристал значит ко мне твой Синицын. И внешне он мне нравится, и как пристает нравится и кровать у него для этого есть, и я уже согласилась, и ты думаешь, что я перед тем, как прыгнуть к нему в койку, побежала бы к тебе выяснять кто он такой? Замуж я за него не собираюсь, а одноразово выспаться очень симпатичная кандидатура. Лишь бы не разочаровал на простынях.

– Мне тоже интересно. Потом расскажешь.

– Ты что, звала меня за тем, чтобы сказать, что тебе интересно.

Но Людка уже кинула бычок, и пошла к дому. Я пошла за ней.

За столом все было по-старому. Но теперь мне был просто интересен этот Синицын. Что за птица такая, что мне его заочно представили? Я стала за ним осторожно наблюдать. И первое, что я увидела, он тоже наблюдал за мной. Это хорошо. Значит уже все про меня понял. Да и Люда уже, наверное, ему все рассказала. Так же как мне о нем. Ой, да Люда! Сводня! Но претензий к подружке у меня не было. Она же из лучших побуждений. А я рассмотрела не только внешность предполагаемого полового партнёра, но и все, что можно было рассмотреть в той ситуации. Одет хорошо, не из магазина. Надо было спросить у Люды, где и кем он работает. Стриг его тоже хороший мастер, волосинка к волосинке. Волосы слегка вьются, поэтому выглядит его шевелюра шикарно.

Лицо открытое. Губы яркие. Глаза большие. Выбрит идеально. Как будто не утром брился, а перед застольем. Руки чистые, обожаю! Ногти подстрижены, без траурной каемки, это вообще огромный плюс к карме. На виске шрам. Глубокий. Интересно, бытовой, или с его афганской войны? Часы. Командирские. Пятьдесят рублей в магазине "Военторг", без блата не добудешь. Грудь волосатая, две пуговицы сверху растегнуты, поэтому видно. И майки нет! Ненавижу майки! Сразу обнуляется мужчина в моих глазах. Ну в общем и целом портрет мне нравится. Но это только портрет. При желании можно нарисовать любой. Знать бы что внутри. Какие мысли в этой голове бродят, какие планы на будущее. Было бы интересней.

Я потихоньку рассматривала его, он рассматривал меня. По внешности он сильно выигрывал. Именно сегодня. Я даже не накрасилась. Да даже если бы накрасилась, видуха у меня не очень. Потому что последние месяцы какие-то тяжёлые были. Скулы у меня торчат, под глазами черные круги. С волосами все хорошо и с фигурой. Талия узкая, потому что не жру ничего, грудь хорошая, как всегда. В общем, если на что-то и можно сегодня обратить внимание, это на женские прелести. Но зато хромаю за семерых. Поэтому стараюсь сильно часто не перемещаться. Но как это не скрывай, все равно заметно. Так что и этот Синицын заметил тоже. Вот интересно, какой косяк есть у него, если подошёл ко мне? У Димы нога, а у этого что? Узнаю часа через два. Или позже?

А Синицын подошёл ко мне и позвал покурить. Мы разговаривали о том, о сем, на разные темы, и конечно мне было с ним интересно, он был и начитан и образован. Это было понятно по речи, и по рассуждениям. Ну теперь то мне было очень интересно, а что же дальше будет. Но Синицын никуда не торопился. Или держал интригу? Меня просто рвало от любопытства. Мальчик боялся или были какие-то другие причины? Но я в тот момент придумывала, как ему отомстить за медлительность. Потому что мне было не понятно, зачем он тянет время. В тот момент я ещё не знала, что он просто собирал для приглашения меня в гости моральные силы, и для этого была причина.

Отомстила за медлительность не я, а сам господь Бог. То ли я утомилась, то ли портвейн был снотворным, но я что-то устала. А когда я чувствую, что устала, я ищу, где отдохнуть. И я потихоньку пошла и легла с краю на Людкину широченную кровать. Я очень хотела спать, поэтому совесть меня не мучила, я подумала:"Если сильно буду мешать, разбудит". Я сняла кроссовки, натянула на себя пледик, всегда люблю спать хоть чем-то прикрытая, и провалилась в глубокий, почти беззаботный сон. От вечеринки меня отгораживали двери, но в то время мне не мешал не шум, ни свет. Мне было все равно, что за стенкой играет магнитофон и раздается звон посуды. Я спала, и мне было так хорошо и спокойно, впервые за много дней. Это потому, что я находилась в месте, о котором не знал Витя.

Проснулась я от того, что кто-то целовал меня во внутреннюю поверхность ладони. Я открыла глаза. Ставни открыты, значит люди неожиданно упали спать, сил на ставни не хватило. Кромешная тьма, только тени деревьев темнее этой тьмы. Значит уже больше двух часов ночи, даже фонарей не видно, и меньше шести. Я резко села на кровати, ещё не до конца понимая почему я проснулась. Привыкла к темноте. Слева, под одеялом спали Серёга с Людой, и что самое интересное, я им не мешала. Справа у кровати, на полу, на корточках, сидел Синицын. В темноте я видела только белки его глаз, и ощущала, как его теплые губы прикасаются к моей ладони. Хорошо прикасаются, многообещающе. И в принципе, я не против. Но я же хотела ему отомстить?

– Ты зачем меня разбудил?

– Пошли ко мне?

– С какого перепугу я должна покидать хорошее место?

– У меня лучше, тебе понравится. И ещё плюс. Завтра утром тебя никто будить не будет.

– А может мне надо, чтобы меня разбудили? Мне завтра сюда надо перевезти детей и вещи.

– Не переживай, я тебе помогу.

– С чего бы это? Ты меня не знаешь, я тебя тоже. Я сама справлюсь.

– Галь, пошли а? Я к тебе не прикоснусь, если ты не захочешь. Просто скрасишь мое одиночество. Кроссовки помочь одеть?

– Кроссовки только я могу одеть, и то не с первого раза, так что обойдусь без твоей помощи.

– Так ты согласна? Идём ко мне?

– Идём к тебе. Ты же все равно не отстанешь. Только предупреждаю, я хочу спать

– Я же сказал тебе, что без твоего согласия я тебя тревожить не буду

– Самое главное, чтобы ты не забыл о своем обещании.

– Не переживай, я за свои слова отвечаю, уже давно.

–Сейчас проверим

– Ну тогда вставай, только ребят не разбуди, им завтра на работу. Давай руку, помогу

– Я сама справлюсь

Я села на постели, протянула руку к кроссовкам, но тут Сережа ловким движением руки перехватил мою обувь, и как-то волшебно быстро одел кроссовок на деревянную ногу. А это требовало мастерства. Даже я так не умела, хотя делала это каждый день. Второй кроссовок я одела сама, он подал мне руку и в кромешной темноте, и мы вышли на улицу. А здесь мне было вдвойне сложно. Мало того, что ничего не было видно, так ещё и дорога до флигеля, где жил мой проводник, была кривая и мокрая. Я боялась ступить не туда, я боялась поскользнуться, поэтому держалась за Синицына изо всей дури. А он держал меня. Держал, как мог и как ему было выгодно. Потому что я чувствовала его руки именно в тех местах, которые на них реагировали. Ну не нечаянно же он это делал?

Наконец то передо мной открыли двери и зажгли свет. Помещение было не очень большое. А может оно так выглядело потому, что пустого места в нем не было!? В левом углу стояла большая кровать, реально большая. Зачем такая одному? В дальнем правом углу стоял шкаф. Наполовину стеклянный, наполовину глухой. Потом стол. То ли письменный, то ли обеденный, на котором стоял телевизор. Рядом со мной с одной стороны стояла этажерка, с другой стороны была загородка с узенькой дверью. Я дернула за дверь из любопытства. Ух ты! Это был санузел. Ни фига себе! Захотел пописать и на улицу не надо бежать. Вместо унитаза стоял стул с дыркой, вместо душа к стене была прибита лейка. В те времена я в частных домах вообще такого не видела. И самое удивительное, что в этом санузле не было совершенно никакого запаха. Респект, Сережа.