Черненко Галина – Люби меня, люби. Эротические рассказы (страница 9)

И вот, все, финишная прямая, у Сашки уже не было терпения. Он запрыгнул в кровать, притянул Катьку к себе, и попытался проникнуть туда, где снимается мужское напряжение. Опыта у него не было, Катерина была его первой женщиной, поэтому делал он все как умел, вернее, как не умел. Катька не препятствовала, даже помогала. Но получилось все только у Сашки, Катька ничего не поняла.

Потом было пару таких же повторов, а потом они тихо лежали, притворившись спящими, без объятий, без поцелуев. Им надо было решить каждому для себя, нужен ли им этот союз. Сашке очень нужна была женщина, каждый день, и не так уж плохи толстые ляжки и живот, все равно все получилось. Катьке нужен был муж, сильно тяжело было одной растить Машку и снимать флигель. А интим? Конечно, с Машкиным отцом в постели было лучше. Но и без этого можно жить.

Через неделю Санька позвал Катю замуж, и они поженились. Каждый поимел свое. Катька мужа и дом, Сашка безотказную женщину. В его ночных играх Катька ничего не чувствовала, но не отказывала, никогда. А однажды он развернул ее к себе задом и загнул, Катька не заметила перемен, а Сашке это понравилось больше.

Эта поза его больше возбуждала, и таким образом свои желания реализовать было проще, и можно было это сделать почти в любом месте. Катерина никогда не отказывала, и не возмущалась. Он мог взять ее везде, в подсобке магазина, во дворе за сарайчиком, и даже в лесу, когда они ходили за грибами и за ягодами. Сашку это возбуждало, а Катька для своего непьющего и работящего мужа готова была изогнуться хоть как. Но не смотря на активную половую жизнь, детей у них почему-то не получалось.

Годы шли, они строили дом, у них был свой бизнес, три палатки на рынке, по выходным ездили помогать родителям, то Сашкиным, то Катькиным. В общем жили как все, работа, дом, дежурный семейный кекс не меньше семи раз в неделю. Катьке конечно было интересно, почему она от этого процесса ничего не испытывает, но в целом ее устраивала жизнь, поэтому напрягалась по этому поводу она не сильно.

Катерина открывала очередную точку на новом рынке, а Александр обеспечивал потребности уже имеющихся точек. Подтоваривал, снимал выручку, следил за порядком. И в один прекрасный вечер, одна из продавщиц, загнулась в холодильник, а разогнуться не смогла. Так и лежала на крышке морозильного ларя, пока Сашка не зашел.

Сашка пришел в ужас, во-первых не знал, что делать с заболевшей, а во вторых не знал где взять продавца на завтра. Людмила, так звали продавца, попросила проводить ее до дома, жила она рядом. Там у нее есть мазь, которая поможет, а завтра она очухается и выйдет на работу. Это ее постоянная проблема-прострел. Сашка повел Люду на ее четвертый этаж, уложил на кровать и достал мазь.

Люда перевернулась на живот, задрала кофту, приспустила штаны, и показала куда втирать мазь. Сашка натирал спину и понимал, что никогда не видел такого красивого женского тела, такой светящейся кожи, таких перегибов. Он тер Людмилину спину, как очарованный. А еще он неосознанно сравнивал ее тело с Катиным. А Люда и Катя были одноклассницами.

Он вспомнил, как Катерина располнела за последние годы, и совсем перестала за собой следить, хотя она особо то никогда не следила. Вспомнил, как во время их частых контактов трясутся ее жирные ягодицы, что живот у нее похож на холодец, а на лице давно присутствует второй подбородок. А перед ним лежала худенькая, ухоженная Люда, с талией, как в десятом классе, с упругими ягодицами и Сашка понял, пора уходить. Уходить домой, к Катькиным толстым ляжкам.

Он встал, вымыл руки, спросил не надо ли чего и точно ли она выйдет завтра на работу. Люда поблагодарила его, сказала, что точно выйдет и попросила принести из аптеки перцовый пластырь. Сашка пошел в аптеку, но по пути загнал свою машину на платную стоянку, чтоб не отсвечивала, кроме пластыря купил продуктов и двести пятьдесят граммов коньяка для смелости. Он решил и точно знал, сегодня домой он не пойдет.

Людка все сразу поняла. Она уже переоделась и ходила по дому в легком халатике. Сашка рассматривал это все, и не понимал, откуда на свете берутся такие женщины, он не был с такими знаком. На Люду он мог только глядеть, прикоснуться он к ней боялся, но все-таки не совладал с собой, и единожды притянул ее к себе, схватив за ягодицы, и оценив эту часть Людиного тела.

Люда не сильно сопротивлялась, но руки убрала и промолвила, как королева:"Сашенька, друг мой, я знаю зачем ты вернулся, но сразу предупреждаю, играть будем по моим правилам. Потому что мне не нравится, когда меня используют. А сейчас раздевайся, мой руки и пойдем ужинать. Все остальное будем делать там, где и положено, в кровати. Мне не нравятся ваши собачьи позы, и секс по-быстрому мне не нравится. Поэтому если тебе не нравится моя концепция, можешь встать и уйти". Сашка кивал в ответ головой в знак согласия.

После ужина, Людка заставила Сашку мыть посуду, а сама пошла стелить постель. А Сашка был в предвкушении того, что сейчас это красивое тело будет принадлежать ему, он будет рассматривать грудь, соски, животик, и все остальное. Завершив свой труд, он отправился к Люде. Какую шикарную постель она застелила. Белое белье, огромные подушки, пуховое одеяло. Сейчас она позволит себя обнять и все, больше он не на что не претендует.

Но Людка в почти прозрачной ночнухе сидела на кресле и в кровать не собиралась:'Садись, поговорим, друг мой Александр. Отвечай мне честно о том, о чем буду тебя спрашивать, иначе у нас ничего не получится. Понял? "

– Я слушаю тебя.

– Сколько раз в неделю Катька тебе дает?

– Раз семь-десять.

– Круто. А кроме раковой позы вы еще что-нибудь пробуете?

– Нет. А откуда ты знаешь про нашу позу?

– Саша, это только ты думаешь, что никто ничего не видит, все видят все и я в том числе. И даже то, как ты Катьку на прилавке жаришь, когда я ухожу на обед. Сколько минут это у вас длится?

– Быстро, минут пять, не больше.

– Чудесно, а теперь мне покажи, что у тебя есть в штанах.

Санька покраснел, но штаны снял. Медленно, сначала брюки, потом плавки. Его молодец был в боевой готовности, а Сашке было стыдно, но как-то сладковозбуддающе. Никогда он его никому не показывал, да еще при свете.

– Вот такой. Маленький, да?

– Будешь делать все как я скажу, и все будет чудесно. А теперь раздевайся.

Людка встала и сняла рубашку. Сашка обездвижел. Какая она была красивая и доступная. А еще внизу живота, где растут волосы, у нее не было волос, и он видел самые красивые губы. Если бы он мог, он бы кинулся именно туда, трогать эти губки, и рассматривать их. Люда как будто услышала его:"Ну, что ты хочешь? Иди делай, только не забудь раздеться.". Одежда слетела с Саньки, он осторожно пододвинул Людку к кровати, положил ее, раздвинул ее стройные ноги и в этот момент пропал для мира.

Сколько это длилось он не помнил, он осторожненько гладил губки пальцами, целовал, рассматривал, что там, за этими губами, пока не услышал , что Люда стонет. Ей больно? Но он же старался осторожно! И услышал:" Саша, хватит, иди сюда. Заходи в меня осторожненько, не торопись, я помогу. Если у нас не получится, продолжения не будет. Поехали".

Она направила все ловко, как умела и он почувствовал, как же хорошо у нее внутри, и готов был взорваться, но услышал:"Даже не думай, если не можешь терпеть, лучше вытащи и перетерпи". Сашка вытащил и ждал, когда дикое желание пройдет. А потом вошел снова, и действовал так как говорила Люда. Сколько времени прошло, он не знает, он просто совершал поступательные движения, а Люда корректировала их.

Вдруг она напряглась, содрогнулась, прямо распахнула ноги, чтобы впустить его глубже и закричала:"Давай, давай, быстрей, не останавливайся. Сашаааааааа!!!!!!", и все дернулась, замерла и улыбнулась, в этот момент восторг догнал и его. Он притянул ее к себе за ягодицы, проткнул насквозь и завыл от этого вселенского восторга.

Они лежали лицом друг к другу и целовались. Он гладил ее везде, где могла достать рука, а она подставлялась, ну не было запретных мест, не было одеяла, и горел весь свет в комнате, чтобы видно было все. Как он хочет ее, и какая красивая у нее пещерка. Она не запрещала прищипывать ей зубами соски, и лезть пальцем в святая святых женского тела.

Ей тоже иногда было стыдно, и она краснела, па Сашку это заводило, и он старался ввести ее ещё в больший стыд. Когда они созрели для второго раза, Люда сказала:"Сейчас я буду сверху, а ты пальчиком трогай клитор. Знаешь, где клитор? Только осторожненько, это очень нежное место. Она положила Сашку так, чтобы ему было все видно, осторожненько села на его стержень, ноги поставила так, чтобы губы распахнулись как можно шире и сказала:" Ну начинай уже", и стала потихоньку двигаться вверх вниз.

Сашка даже и не мечтал о таком, никогда. Перед его лицом была такая картинка, которая могла возбудить самого матерого импотента. Женские губки, влажное розовое нутро и клитор, который он трогал пальчиком, как это было красиво! А еще он видел свой отросток, на котором двигалась Люда, как на оси. Сашкин мозг кипел, внутри кипело тоже, он даже подумал о том, что надо бы предупредить партнершу.

Но тут вдруг Люда стала всхлипывать с каждым движением все громче и громче. Слезы покатились по ее лицу:"Подними таз и не шевелись", несколько быстрых движений, и она рыдая, повалилась на него. Он перевернул ее на спину, притянул за ягодицы, и проткнул два раза. Он так неожиданно и резко взорвался, что пришлось зарычать.