Чэнь Хуэйцзюнь – Кофейный краш (страница 20)

Чжисюань способен ударить. Он способен ударить Синъянь. Они не будут счастливы вместе. Чжисюань будет вести себя как жестокий злодей, причинит Синъянь боль, и прекрасный сон превратится в кошмар, рай обернется адом.

Я просто не мог допустить, чтобы вся эта жуткая история случилась с Синъянь. Она ведь добрая, как ангел, как ей выдержать такое?

Судьба играет человеком, но я брошу ей вызов. Победа ждет лишь того, кто откажется мириться с ней.

17

И я начал действовать, лишь бы отвести беду от Синъянь. Стоило Чжисюаню появиться в кофейне, как я – тут как тут! – на своем посту у барной стойки, третий лишний, слежу и всячески мешаю.

Если он заводил шарманку и говорил Синъянь слова любви, я тут же встревал в разговор. Когда Чжисюань фоткал Синъянь, я крепко стоял на своем месте и маячил на заднем фоне. Как только он приглашал Синъянь куда-нибудь, я поднимал руку и нахально заявлял, что хочу вместе с ними.

Для Чжисюаня я стал назойливым и неудобным третьим лишним, с которым он ничего не мог поделать.

Я и сам был не в восторге от собственного ребячества, но делать нечего, главное – добиться цели. А цель у меня только одна: пока они не стали настоящими парнем и девушкой, остается шанс переписать судьбу, и никакой трагедии не случится.

Синъянь много раз бросала на меня укоризненные взгляды, но я как будто не замечал их и гнул свою линию, несмотря ни на что. Как-то раз даже нарочно опрокинул чашку кофе прямо на штаны Чжисюаня. Он сжал кулаки и вскочил, а я зажмурился, ожидая удара.

Ну давай! Бей меня! Бей! Покажи свое истинное лицо! Ты ведь жестокий, агрессивный, настоящее чудовище! Но ничего такого он не выдал, вместо этого хлопнул меня по плечу и стал утешать, что, мол, ничего страшного, все в порядке.

Чжисюань то и дело проявлял отзывчивость и терпение и совсем не был похож на злобного парня, который способен ударить женщину. Как бы не так! Нам всем свойственно притворяться. Внешность обманчива, и в сердце человека может таиться совсем другое. Фотокамера мне все это показала в мельчайших подробностях, так ведь?

Сердце человека узнаешь со временем, и рано или поздно у оборотня вылезет лисий хвост[9].

Я продолжал изводить противника и не сдавался, но в итоге настроил против себя кое-кого другого. Синъянь выговаривала мне, не стесняясь в выражениях, а вот к Чжисюаню относилась все лучше. И чем дальше, тем больше она оберегала Чжисюаня от моих нападок. Точно курица-наседка защищала своего цыпленка, а я вроде как злой орел.

Но вообще-то орел оберегает курицу-наседку!

Чокнутый старик и писательница то и дело косились на меня, думая, что у меня шарики за ролики заскочили. Но я не свихнулся, просто они не могли понять, из-за чего я так себя веду.

Однажды после закрытия в кофейне остались только я и Синъянь. Она злилась на меня, а я терпеливо ждал, когда ее гнев сойдет на нет. Днем я запер Чжисюаня в туалете – из-за этого она устроила мне бойкот и не разговаривала.

Я решил нарушить молчание и невозмутимо произнес:

– Давай провожу тебя домой?

– Не надо. Сама дойду. – От ее ответа повеяло холодком.

– У тебя еще дела? Давай помогу! – настаивал я.

– А я не спешу.

– Так я тоже не спешу, давай подожду тебя.

Синъянь упрямая, а я настырный.

Устроившись за столиком у окна, я стал ждать.

Спустя какое-то время она подошла ко мне и села рядом. Приложив руку ко лбу, Синъянь долго глядела на меня, и вид у нее был безрадостный.

– Ну что мне с тобой делать?

Меня это задело, даже стало как-то обидно.

– Что с тобой такое? Последнее время смотришь на посетителей как на врагов, хочешь разогнать всех, что ли? – не отставала она.

– Не всех, а только его одного, – поправил я.

– Значит, ты нарочно с ним так обходишься?

– Чжисюань же каждый день сюда является, чтоб тебя закадрить, ясно как белый день. Думаешь, он за кофе приходит?

– Ну ты и…

– Ты правда хочешь быть вместе с ним?

– Я же говорила, мы с ним просто друзья.

– Ты принимаешь его за друга, а он уже решил, что он твой парень.

– А разве ты сам раньше не хотел свести нас, чтобы мы были вместе? А теперь устраиваешь черт знает что, зачем? – Синъянь уставилась на меня, а потом проговорила еле слышно: – Ты не хочешь, чтобы я была вместе с ним? Почему?

Я замялся, не зная, как объяснить. Поверит ли Синъянь, если скажу всю правду? Или подумает, что у меня иные намерения?

Она смотрела на меня и ждала ответа, а в ее взгляде было что-то, чего я никак не мог понять.

– Короче, просто поверь мне: Чжисюань не такой добренький, каким кажется.

– А ты откуда знаешь, добрый он или нет?

– Потому что я видел будущее! Будущее открылось мне, – брякнул я.

Синъянь сначала опешила, а потом усмехнулась:

– Линь Юйчэнь, какой же ты болтун. Просто мальчишка!

Ну вот! Я же говорил, что она мне не поверит, если скажу всю правду, только смеяться надо мной будет. Чувство было такое, как будто мне влепили пощечину, я прямо вскипел:

– Пусть так, но это лучше, чем быть наивной дурочкой вроде тебя. Ты же старше меня, а не можешь отличить хорошего человека от плохого!..

– Эй! Следи за тем, что говоришь!

– И давно вы знакомы? Только пару недель! Ты его хорошо знаешь? Он тебе нравится? Да ты в курсе, что некоторые люди светлые и добрые только снаружи, а в глубине души они темные и жестокие?..

– Хватит! Прекрати нападать на него, ясно?

– Почему сразу нападать, я же правду говорю! Вы, девушки, всегда так: как втюритесь в кого-нибудь, сразу тупеете…

Синъянь вскочила и выпалила:

– Даже если я тупею, тебя это не касается…

А потом схватила рюкзак и выбежала на улицу.

Я сначала опешил, а потом до меня вдруг дошло, какую дурацкую ошибку совершил. Зачем я так кипятился? Ведь не хотел же, чтобы она страдала, а в итоге сам огорчил ее, наговорив гадостей.

Сам не свой, я выбежал на улицу. Синъянь стояла на обочине, ее лицо будто покрыл серебристый иней. Я уже открыл рот, чтобы извиниться, но тут она обернулась – и вдруг слабо улыбнулась. К ней подъехал белый автомобиль, из него вышел Чжисюань с огромным букетом роз в руках.

– Это тебе, – проговорил он.

Синъянь взяла цветы, теперь ее улыбка сияла.

Я застыл на месте как истукан, и меня опять охватило роковое предчувствие. Сцена, которую я ни за что на свете не хотел видеть, снова разыгрывалась прямо передо мной, как ночной кошмар.

Дальше произошло именно то, что я наблюдал в камере-мыльнице.

– Станешь моей девушкой? – Чжисюань, кажется, был настроен серьезно.

Я уставился на Синъянь, надеясь только на чудо.

Но чуда не случилось. Она взяла Чжисюаня за руку, и этот жест говорил больше, чем любые слова. Чжисюань обнял ее, счастливо улыбаясь.

Я смотрел, как они садятся в машину и как уезжают, исчезая за поворотом. Меня пробрала дрожь, тело беспомощно сжалось в комок, словно падало в бездонную пропасть, а потом тяжело рухнуло на самое дно.

Как же так, я старался как мог, а что в итоге? Небо сыграло со мной злую шутку? Мне открыли будущее, которое я не в силах изменить, и теперь мне остается лишь смотреть, чем закончится эта трагедия?

18

Домой идти не хотелось, и я позвонил Лэю. В безнадежных ситуациях он всегда был для меня первым человеком, с кем хотелось поговорить.