Челси М. Кэмерон – Все по-настоящему (страница 6)

Джетт садится на диван и похлопывает по пустому месту рядом с собой.

На секунду задумываюсь, как все это странно. Я собираюсь сесть и смотреть кино с парнем, с которым едва знакома (который чудесно пахнет и у которого красивая улыбка), чтобы мои подруги подумали, что я теряю девственность с упомянутым парнем. И это теперь моя жизнь?

– Я не кусаюсь, клянусь, – говорит он и снова улыбается.

При мысли о том, что я буду сидеть рядом с ним, у меня от волнения немного сводит живот, даже несмотря на то, что этот диван меня пугает.

Я сажусь, оставляя между нами минимум фут, и такое чувство, словно это пространство можно пощупать. Стена. Джетт хватает пульт и включает телевизор. Это шикарный девайс с плоским экраном, и стоит он, наверное, больше, чем вся мебель в доме, вместе взятая.

– Это телик Хави, – поясняет он в ответ на мой незаданный вопрос. – Ладно, в общем, у нас есть фильмы со взрывами, фильмы с роботами и взрывами и фильмы с супергероями и взрывами. Потом немного по-настоящему странных порнофильмов, которые принадлежат Хави, «Мальчишник в Вегасе», «Немножко беременна», «Суперперцы», «Миссия «Серенити» и зачем-то «Дрянные девчонки». Честно говоря, я понятия не имею, откуда у нас этот диск. Прости, выбирать больше не из чего.

На самом деле, выбор неплохой, кроме разве что порнофильмов. Ни за что в жизни я не стану смотреть их с ним. Мне нравятся и роботы, и взрывы, и все остальное, и я большая поклонница супергероев, но мой окончательный выбор в пользу последнего упомянутого им фильма.

– А ты смотрел «Дрянных девчонок»?

– Нет. Вообще-то диск выглядит немного отстойно.

Ну, это решает дело.

– Неправда, это самое лучшее в мире кино, так что именно его мы и посмотрим.

Перехватив инициативу, я встаю, достаю коробку с диском с полки рядом с телевизором, на которой «Дрянные девчонки» единственные выделяются розовым пятном. Теперь остается выяснить, как работает дурацкий навороченный DVD-проигрыватель. Нажимаю на то, что, как мне кажется, должно быть кнопкой извлечения диска, но ничего не происходит. Вот почему у меня не бывает хороших вещей.

– Сюда, - вдруг раздается голос Джетта.

И совершенно неожиданно Джетт оказывается за моей спиной и дышит мне в ухо, и я не могу пошевелиться. Меня буквально парализует, а он протягивает руку сбоку от меня, чтобы нажать нужные кнопки, и из проигрывателя выезжает каретка, на которую можно положить диск.

Татуировки полностью покрывают его руку до самого запястья. Я каким-то образом заставляю тело двигаться, кладу диск на место, поворачиваюсь и практически врезаюсь в Джетта, но он придерживает меня за плечи, чтобы избежать столкновения, и нервно смеется:

– Осторожнее!

Я чувствую, как по телу, от макушки до пальцев ног, бегут мурашки, ощущаю легкое покалывание, очень похожее на то, когда рука онемела во время сна и потом начинает отходить. Ну знаете, словно тебя колют маленькими булавочками и иголочками. Только у меня отходит все тело разом.

– Прости. У меня, м-м-м, не всегда так плохо с координацией.

Его руки по-прежнему на моих плечах, а диск уже начал проигрывать трейлеры, но никто из нас, похоже, не способен пошевелиться. А потом Джетт как будто мысленно дает себе пинка. Он отступает и снова садится на диван. Через секунду я следую за ним.

– Обычно я ношу туфли на каблуках, и, наверное, в них лучше сохраняю равновесие, чем в обуви на плоской подошве. В этом нет никакого смысла, но это правда, – тарахчу я, в то время как он проматывает оставшиеся трейлеры и переходит прямо к главному меню диска, однако фильм так и не запускает.

– Ты не хочешь… э-э… попкорна или еще чего-нибудь? Извини, мне нужно было раньше спросить. Хреновый из меня хозяин. Я нечасто принимаю гостей. Ну или по крайней мере не я их развлекаю. Это прерогатива Хави.

Джетт встает, и у меня складывается впечатление, будто ему нужна причина, чтобы от меня сбежать. Что за?.. Я совершенно сбита с толку. Ну не могла я сделать ничего такого, чтобы он захотел держаться от меня подальше. Разве что от меня плохо пахнет, и он слышит этот запах, когда находится рядом.

О господи, от меня что, воняет? Пока Джетт копается в холодильнике, я быстренько нюхаю подмышки. Нет, дезодорант по-прежнему работает, а еще я перед выходом немного душилась и до сих пор чувствую легкий аромат туалетной воды, поэтому не думаю, что от меня плохо пахнет. Если только я не из тех людей, которые не знают, что от них воняет, потому что настолько привыкли к собственному запаху…

– У меня нечего пить, кроме пива, апельсинового сока и воды. Прости, я давно не ходил в магазин. Похоже, ты приехала не в самое лучшее время, – говорит Джетт, отвлекая от паники по поводу того, не воняет ли от меня.

– О, м-м-м, вода подойдет.

Он наливает два стакана и ставит в микроволновку пакет с попкорном. Когда тот готов, Джетт возвращается.

Он протягивает мне стакан, наши пальцы соприкасаются, и по моей руке снова начинают бежать легкие мурашки. Я чувствую, как краснею, поэтому отворачиваюсь и беру пульт, чтобы запустить фильм.

– Готов? – спрашиваю я, пока Джетт разрывает пакет с попкорном.

– Поехали, – отвечает он, протягивая мне миску, чтобы я могла взять первую горсть.

Я запускаю воспроизведение и беру немного попкорна. Поскольку руки мои до ужаса маленькие, почти как у ребенка, у меня получается ухватить буквально четыре зернышка, и я тут же отправляю их в рот.

Начинается кино, и я снова тянусь за попкорном. Джетт придвигается поближе, видимо, чтобы мне было проще дотягиваться до миски, но я не уверена. Как бы было круто, если бы мысли парней просто всплывали над ними в таких маленьких облачках, как в комиксах! А может, и нет. Вероятно, мне не захотелось бы знать и десятой доли того, о чем они думают.

– Ух ты, Линдсей Лохан выглядит совсем по-другому, – удивляется Джетт, и я немного расслабляюсь.

Я всегда болтаю во время фильмов, особенно если уже их смотрела, и надеялась, что Джетт окажется не из тех, кто шикает. Это самый раздражающий тип людей.

– Ага, старые добрые времена, – отвечаю я, и тут мы одновременно засовываем пальцы в миску с попкорном.

Мы сразу же отдергиваем руки и нервно смеемся.

– Леди вперед, – предлагает Джетт, и я беру еще одну горстку, а потом делаю изрядный глоток воды.

Он смеется над каким-то моментом в фильме, и я радуюсь, что уже его видела, поэтому могу наверняка понять, что его рассмешило. Чего греха таить, я видела это кино столько раз, что могу сама сыграть все сцены и процитировать все диалоги.

Следующие полчаса девяносто процентов моего внимания сфокусировано на Джетте, а десять – на фильме. В данный момент он представляет для меня гораздо больший интерес, чем Реджина Джордж².

Я пытаюсь понять, что изображено на его татушках. На левой руке, очевидно, драконий хвост, который несколько раз обвивает предплечье и заканчивается, обернувшись напоследок вокруг запястья. Подозреваю, остальная часть дракона поднимается выше по руке и переходит на грудь или на спину. На другой его руке что-то похожее на волны, как на старинных японских картинках. Мне хочется попросить Джетта снять рубашку, но с моей стороны это было бы грубо, и вроде как неловко, и совершенно ненормально. У него и вокруг шеи что-то набито, но я не могу рассмотреть, что именно – картинку закрывает воротник рубашки. Черт бы побрал эту рубашку!

Очень тяжело наблюдать за кем-то краем глаза, когда сидишь рядом с ним. Я начинаю опасаться, что мои глазные яблоки так и застынут в этом положении или что Джетт поймает меня за разглядыванием, но его внимание, похоже, полностью приковано к фильму. Он на меня даже не смотрит.

Может, от меня все-таки действительно плохо пахнет?

– Эта ерунда и правда забавная.

Он опять смеется, и я смеюсь в ответ, пытаясь сделать это поестественнее, пока перевожу взгляд на экран, чтобы убедиться, что помню, о чем там только что шла речь.

– Ага, один из моих любимых фильмов. Сценарий написала Тина Фей, она просто гений. – Я вроде как немного влюблена в эту женщину, хотя и обычная гетеросексуальная девушка.

Джетт снова меняет положение, его плечо касается моего, и он еще чуть-чуть придвигается, пока я пытаюсь не паниковать. Еще один дюйм – и наши плечи полностью прижмутся друг к другу. Ничего особенного, я и раньше касалась плеч других парней. У меня полно плечекасательного опыта. В плечекасании я отнюдь не невинна.

Но по моей коже все равно пробегает дрожь, когда он снова притрагивается ко мне.

– Ты замерзла? Я могу принести одеяло.

Не дождавшись моего ответа, Джетт встает и уходит в спальню, возвращается с пушистым шерстяным одеялом и укрывает меня. Потом садится и натягивает край одеяла на свои колени. Мы под одним одеялом. Нет никаких причин для волнительного трепета, но я его ощущаю.

– Лучше? – спрашивает Джетт, снова беря горсть попкорна.

– Ага, спасибо.

Попкорна осталось немного, и в основном полураскрывшиеся зерна – я такие не люблю.

– Можешь отдохнуть.

Он забрасывает зерна в рот, пережевывает их и снова придвигается ко мне. Теперь в любой момент у меня начнет дергаться глаз или я ляпну какую-нибудь глупость. Я знаю, так и будет.

Он ставит миску на пол и кладет руку на спинку дивана прямо за моими плечами. Я застываю на секунду, потом немного откидываюсь назад. Это сигнал, чтобы он меня обнял, так? Господи, я полный отстой в этих делах.