Чарльз Весс – Королева Летних Сумерек (страница 35)
– А ту стервозу-королеву ненавидеть гораздо легче, если учитывать, что слово «красота» и близко не подходит к описанию этой даже и не женщины, а… В общем, неудивительно, что Томас сразу на нее запал.
– Томас… Где ты, черт возьми? Ты мне так нужен. Тот рогатый козлоног со своим приспешником собираются сделать с нами что-то ужасное, так что нужно убираться отсюда, пока этого не случилось. Только как это все осуществить?
«Джанет, молчи!»
– Не давай этому проклятущему месту на себя воздействовать…
Настроенная прислушаться к собственному совету, Джанет поползла по полу, ощупывая его вытянутыми руками, пока не нашла прочную дубовую дверь. Руки двинулись вверх по ее шероховатой поверхности и постепенно нащупали мелкое, надежно зарешеченное оконце.
«Ага, на всякий случай, если вдруг кто-то надумает протиснуться в дыру размером с мышиную норку».
Припав ртом к невидимым прутьям, она принялась изо всех сил выкрикивать в темноту одно-единственное имя:
– Том! То-ом! То-о-ом!
Слыша в ответ одно лишь гаснущее эхо, Джанет запела, надеясь, что хотя бы это разбавит гнетущую тишину подземелья.
«Какая бы чертова магия ни помогала мне запоминать эти песни, пусть она извинит, если я снова прибегну к ней».
Далеко отсюда, через дебри извилистых коридоров и кривых, не поддающихся счету ступеней лестниц, была втиснута каморка из кирпича, не схожего формой и цветом даже с теми, что по соседству. Стены каморы уходили изгибом вверх, переходя в гротескный сводчатый потолок. Пристроенная к внешней стене Темного Дворца, наверху она имела оконце, такое мелкое, что не смог бы пролезти и ребенок. Это окно, однако, все равно освещало человека, который мерил шагами крохотную площадь. Человек без устали двигался, снедаемый тоской и страхом перед тем, что может случиться с женщиной, которую он любил наряду с Королевой, коей по-прежнему служил.
Сердце его вздрогнуло и учащенно забилось, когда откуда-то из темноты слабеньким эхом донесся голос Джанет. С мучительной нежностью он присоединил его к своему собственному:
Долгие часы, которые сложно даже представить, они вместе вели куплет за куплетом, покуда измученный голос Джанет не задрожал, а затем и вовсе угас. Томас тоже без сил рухнул на пол и погрузился в беспокойный сон.
Когда же Рыцарь Розы наконец очнулся, с его губ сорвался стон отчаяния. Его сновидения были мучительно тревожны. Вновь и вновь ему снились оковы, из которых он не мог выбраться. Прежде чем пестрые образы ускользнули, ему вспомнилось разлапистое старое дерево… Какой-то пруд с водой настолько черной, что не видно дна… А над тем прудом не то стоит, не то лежит его Королева, стеная в своем безумии. Затем все три женщины – Королева, Джанет и ее мать – встали по пояс в воде, взявшись за руки. Затем, как один, они повернулись и пристально уставились на Томаса тремя парами одинаковых глаз.
Сморгнув остатки диковинного сна, Том поглядел вверх на тусклый свет, сочащийся в камору из оконца, и провел пальцами по спутанным волосам.
«Надо же, – вздохнул он. – Даже во сне мой разум полон загадок».
25
Вдалеке, за многие километры безмолвных коридоров, зашевелилась во сне Джанет. Внезапно распахнула глаза, отчетливо ощутив, как лицо ей вкрадчиво лижут два мягких язычка. В кромешной тьме разглядеть что бы то ни было не представлялось возможным, но по обе стороны от ее головы явственно слышалось тихое частое дыхание. На руках у нее топтались мелкие лапки, а лицо щекотал пушистый мех.
– Кто… это… что еще за дела? – прошептала она в темноте.
– Ну вот, – послышался голос.
– Проснулась, – обозначился второй.
– Наконец-то.
– Наверно, приятные сны…
– … тебе снились…
– … что ты мечтала…
– … оставаться среди них вечно?
– Но в таком случае…
– … твоя история…
– … никогда…
– … не закончится…
– … как нужно.
– Доверься…
– … нам.
– И…
– … закрой…
– … глаза, чтобы видеть.
Секунду помешкав, Джанет сделала так, как ей велели, и вдруг увидела перед собой двух гладеньких темно-серебристых лисичек, которые буравили ее горящими любопытством глазами.
В попытке протереть глаза Джанет пробурчала:
– Вы просто очередной кошмар, который допекает меня в этом гадюшнике?
Пропустив вопрос мимо ушей, одна из лисичек начала:
– Джанет…
Ее шустро перебила вторая:
– Почему ты до сих пор…
– … здесь сидишь? – закончили они в один голос.
Джанет поперхнулась от возмущения.
– Чего? Черт побери! Вы думаете, я здесь по своей воле?
Лисички переглянулись. При этом воздух вокруг них замерцал, будто бы на некую реальность наслоилась еще одна. Теперь перед Джанет стояли уже не лисички, а две миниатюрных грациозных женщины, одна на пару сантиметров выше другой, обе с миндалевидными глазами колдовского зеленого цвета. Длинные серебристые волосы у обеих оторачивались обручами из чистого золота. Обе слегка нахмуренно оглядели стены темницы, без особого, впрочем, интереса.
Джанет изумленно уставилась, когда они взялись за руки и в один голос сказали:
– Как же ты нас заинтересовала, бренная.
Джанет озадаченно прошептала в темноту:
– Кто вы, черт возьми, такие? И зачем вы здесь?
Снова повернувшись к Джанет лицом, первая из них ответила:
– Можешь называть меня Делиан.
– А меня Аэллин, – тихо прошептала вторая.
– Ладно… А кто-нибудь из вас может меня вытащить из этой ямы с безумными монстрами?
– Да, – мурлыкнула первая женщина-лиса.
– Конечно, – одновременно с ней кивнула вторая.