Чарльз Нордхофф – Мужчины против моря (страница 8)

Блай заранее установил порядок нашего движения к берегу. Коул, также вооружённый саблей, встал с другой стороны от Нагити рядом с капитаном. Остальные построились за ними. Перселл и Нортон замыкали колонну.

— Вперёд, ребята! — сказал Блай. — Покажем этим мерзавцам, как ведут себя англичане, когда их прижали к стене!

Мы двинулись к пляжу. Все шли в каком-то безмолвном ужасе. Думаю, спасла нас только быстрота и неожиданность этого движения. Стоило нам хоть немного замешкаться — нас перебили бы всех. Но Блай повёл прямо вперёд, навстречу большой группе островитян, стоявшей между нами и шлюпкой. Они расступились.

Я до сих пор помню почти невероятное изумление, которое испытал, когда мы прошли сквозь их строй и я понял: я всё ещё жив. До самого пляжа никто не произнёс ни слова и никто не поднял на нас руки. Фрайер, конечно, заметил наше приближение. Он потравил канат и подвёл шлюпку почти к самому берегу — примерно на шесть шагов, туда, где глубина составляла около четырёх футов.

— В лодку, ребята! Живее! — крикнул Блай. — Перселл, останьтесь со мной! И вы, Нортон!

Не прошло и половины минуты, как все оказались в шлюпке, кроме Блая и двух оставшихся с ним людей. В этот момент Нагити вырвался и побежал вверх по пляжу. Блай и Перселл бросились к лодке, разумно оставив береговую кошку на месте. Но Нортон, которого Блай считал идущим прямо за ним, вдруг повернул назад — за кошкой.

Мы кричали ему:

— Брось её! Оставь!

Он либо не услышал, либо не захотел услышать. Туземцы уже пришли в движение. Через мгновение они окружили Нортона. И разбили ему голову камнями.

Тем временем мы втащили Блая и Перселла в шлюпку и взялись за вёсла. Островитяне схватили канат, удерживавший нас у берега, но Блай одним ударом сабли перерубил его. Люди в носовой части начали выбирать канат второй кошки. И тут, к нашему ужасу, оказалось, что один из её рогов зацепился за дно.

Мы потеряли две или три бесценные минуты, прежде чем удалось её освободить. Нам невероятно повезло, что туземцы почти не имели оружия. Будь у них копья или луки, едва ли хоть одному из нас удалось бы уйти. Из копий мы видели только те, что принадлежали двум вождям.

Макка-аккаво метнул своё. Оно пролетело всего в нескольких дюймах от головы Пековера и упало в воду примерно в двенадцати ярдах за лодкой. Зато сам пляж давал нашим врагам неисчерпаемый запас камней. На нас обрушился настоящий град. Не будь мы уже ярдах в тридцати от берега, несколько человек наверняка разделили бы судьбу Нортона.

Перселл получил тяжёлый удар по голове и потерял сознание. Ещё несколько человек серьёзно пострадали. Метали островитяне с удивительной скоростью и точностью. Мы защищались чем могли — главным образом узлами с одеждой, держа их перед собой как щиты. Тем временем люди в носу отчаянно тянули вторую кошку.

Наконец она вырвалась со дна — один из рогов оказался сломан. Блай у румпеля находился в наиболее открытом месте. От тяжёлой травмы его спасли Элфинстон и Коул, прикрывавшие капитана досками от пайолов кормовой части. Мы начали удаляться. Но вероломные мерзавцы ещё не закончили. Они спустили на воду каноэ, нагрузили его камнями, и около дюжины мужчин вскочили внутрь, бросившись за нами.

Шестеро гребцов работали изо всех сил, но шлюпка была настолько перегружена, что преследователи быстро сокращали расстояние. Мы уже вышли из бухты и потеряли из виду толпу на пляже, когда каноэ настигло нас. Теперь мы оказались полностью в их власти. Камни летели с такой убийственной точностью, что лишь чудом никто больше не погиб.

Несколько камней упали прямо в шлюпку. Мы стали бросать их обратно. К нашему удовлетворению, один камень, пущенный боцманом, угодил гребцу каноэ точно в лицо. Но это была случайная удача. Даже имея запас камней, мы не могли бы соперничать с островитянами в такой борьбе. Чтобы отвлечь их внимание, мистер Блай начал выбрасывать в море предметы одежды.

К нашей радости, преследователи останавливались, чтобы подобрать их. Темнело. К тому же камней в каноэ оставалось уже немного. Наконец туземцы прекратили погоню и вскоре исчезли за мысом у входа в бухту. Мы всё ещё не были уверены, что следом не отправятся другие, поэтому продолжали грести прямо в открытое море, пока не поймали ветер.

Поставив паруса, мы наконец вышли из опасности. Следующий час я провёл, оказывая помощь раненым. Всего их было девять. Особенно сильно пострадал Перселл. Камень задел его голову по касательной, рассёк кожу и лишил сознания. Но когда я смог заняться им, он уже сидел и выглядел так, словно перенёс удар, который убил бы большинство других людей.

Осмотр убедил меня, что череп, вероятнее всего, не повреждён. На рану пришлось наложить полдюжины швов. Элфинстон сломал два пальца правой руки, когда прикрывал капитана Блая. Ленклеттер получил глубокую рану вдоль скулы. У остальных были в основном сильные ушибы. Хуже всех среди них пришлось Холлу: камень попал ему прямо в правую часть груди и едва не выбил за борт.

Можно представить, с какой благодарностью к Богу мы смотрели, как Тофуа постепенно исчезает за кормой. Теперь, когда появилось время подумать, мы впервые по-настоящему осознали весь ужас опасности, которой только что избежали. Гибель Нортона омрачила всех. Но тогда мы почти не говорили о нём. Слишком свежа была картина его смерти, и нам всё ещё чудились крики людей, которые его убили.

Капитан Блай тяжело переживал потерю и винил себя за то, что заранее не приказал оставить береговую кошку в случае опасности. Но вины его здесь не было. Никто не мог предвидеть, что произойдёт на пляже. Да и бедный Нортон сам должен был понимать безумие попытки спасти железо в такую минуту.

И всё же поступок его был проявлением такой отваги, на какую способны немногие. Ветер с востока-юго-востока усиливался по мере удаления от острова. Темнота сгущалась, и вскоре Тофуа исчез совершенно — лишь зловещее сияние вулкана ещё отражалось на облаках. Мы навели в шлюпке возможный порядок и заняли места, назначенные Блаем на ночь.

Из продовольствия у нас оставалось около ста пятидесяти фунтов сухарей, за вычетом нескольких унций, съеденных на Тофуа; двадцать фунтов свинины; тридцать один кокос; шестнадцать плодов хлебного дерева и семь ямсов. Плоды и ямсы, приготовленные на берегу, во время нападения были растоптаны ногами. Но даже эту грязную кашу мы собрали и впоследствии съели.

Воды оставалось двадцать восемь галлонов — ровно столько, сколько мы забрали с «Баунти». Вина осталось всего три бутылки, рома — пять кварт. И тогда состоялся совет, который я не забуду никогда. Ветер вынуждал нас идти почти в направлении, прямо противоположном Аннамуке и Тонгатабу. Первым заговорил Фрайер.

— Теперь мы знаем, чего ждать от туземцев, сэр. Без оружия на любом другом острове повторится Тофуа. И второй раз нам может уже не повезти. Прошу вас продолжать идти этим курсом — в сторону дома.

К его словам присоединились другие. Сомнений не было: все предпочитали риск открытого моря опасностям, которые почти наверняка ожидали на островах. Блай позволил себя убедить. Думаю, в действительности он и сам намеревался предложить тот же план, если бы никто другой не высказался первым. Но капитан хотел, чтобы каждый вполне понимал, на что мы решаемся.

Конец ознакомительного фрагмента.

Текст предоставлен ООО «Литрес».

Прочитайте эту книгу целиком, купив полную легальную версию на Литрес.

Безопасно оплатить книгу можно банковской картой Visa, MasterCard, Maestro, со счета мобильного телефона, с платежного терминала, в салоне МТС или Связной, через PayPal, WebMoney, Яндекс.Деньги, QIWI Кошелек, бонусными картами или другим удобным Вам способом.