Чарльз Мартин – Хранитель вод (страница 81)

Элли стояла неподвижно, чуть наморщив лоб, и только губы ее беззвучно шевелились. Мари, не выпуская меня из объятий, потянулась к ней, и девочка, взяв ее за руку, опустилась на низкий стульчик рядом с кроватью. С моей помощью – все-таки она была очень слаба – Мари села, и я подсунул ей под спину сложенную вдвое подушку. Некоторое время Мари пыталась отдышаться, жадно втягивая в себя кислород, и наконец заговорила:

– Я должна рассказать вам одну историю… – Она сделала еще один глубокий вдох. – Рассказать вам о вас…

Вибрация и настойчивый сигнал телефона вернули меня с дальнего конца Млечного Пути, куда зашвырнула неожиданная встреча. Мари слегка наклонила голову и улыбнулась.

– Ты по-прежнему на работе?..

Она помнила… Да и как она могла забыть?..

Я кивнул, потом достал из кармана телефон. Сообщение состояло из короткого видео секунд на пять, снятого, скорее всего, в рубке управления. Я увидел штурвал и краешек компьютерного экрана, на который была выведена электронная лоция. Разобрать я мог только скорость, с которой двигался «Демон», – шестьдесят две мили в час. За те секунды, пока автофокус камеры подстраивался к расстоянию и освещению, скорость увеличилась до восьмидесяти семи, потом – до девяносто четырех миль в час. Зафиксировав скорость, камера развернулась на сто восемьдесят градусов и остановилась на теле, лежащем на трех задних сиденьях. Тело было неподвижно, и только свесившаяся рука безвольно болталась в такт легкому покачиванию катера.

Летта!!!

Камера телефона остановилась на ее лице. Я увидел закрытые глаза и несомкнутые губы, из которых тянулась клейкая ниточка слюны. Несомненно, она была под каким-то наркотиком. Ненадолго задержавшись на ее бедрах и талии, объектив камеры пропутешествовал вниз и вверх по обнаженной ноге Летты. Послышался мужской смех, и видео закончилось.

Меня затошнило, и я поспешно поднялся. В это время телефон зазвонил. Это был Боунз, но я не мог ответить. Меня словно парализовало, даже думать как следует я не мог.

Мари все еще держала меня за руку, но я чувствовал только, как во мне вскипают ярость и страх. Должно быть, Мари увидела выражение неуверенности на моем лице, так как снова притянула меня к себе и положила вторую ладонь мне на грудь рядом с сердцем.

– Ты умеешь искать лучше всех… – прошептала Мари, целуя меня. – Лучше, чем кто бы то ни было… – Она перевела взгляд на Элли и похлопала по одеялу рядом с собой. – Мы подождем тебя здесь. Нам… надо о многом поговорить.

Я покачал головой.

– Мне действительно нужно…

Мари перевела взгляд на полку на стене. Там стояли по порядку все мои книги – зачитанные, с загнутыми страницами, с подклеенными скотчем переплетами.

– Я прочла их все, – проговорила она, снова ложась и опуская голову на подушку. – От первого до последнего слова.

– Но откуда ты…

Она не ответила, но на ее бледных губах появилась довольная улыбка. Не отрывая от меня глаз, Мари обеими руками взяла Элли за запястье.

– Я хочу рассказать тебе о твоем отце, – сказала она, повернув к ней голову. – И о том, как он меня спас.

Элли посмотрела на меня широко раскрытыми глазами, в которых застыл невысказанный вопрос, но я только покачал головой. Перед моими глазами все еще стояло беспомощное лицо Летты с видео, в ушах громко тикали уходящие секунды. Телефон у меня в руках продолжал звонить.

– Иди… – произнесла Мари с мягкой улыбкой. – Иди, только… возвращайся. Я должна многое тебе сказать…

– О ее отце? – пробормотал я. На большее мне не хватило сил.

Мари снова улыбнулась.

– За всю жизнь мы с тобой сделали правильно только одну вещь… И вот она, перед нами.

Я взглянул на Элли. Она моя дочь?.. Но как?!.

Телефон замолчал, и это странным образом помогло мне прийти в себя.

Наклонившись, я поцеловал Мари в губы, коротко кивнул Элли и, выскочив из коттеджика, побежал по тропе обратно к берегу. С разбега запрыгнув в «Китобой», я запустил двигатель, дал задний ход и сразу же вызвал Боунза. Пока в телефоне раздавались гудки, перед моим мысленным взором стремительно прокручивались, сменяя друг друга, два драматических слайд-фильма, составленных из только что увиденных картин и образов. Вот Мари, вот ее кровать, вот кислородный баллон и печать смерти на лице. Сколько она здесь прожила? И сколько еще проживет? Как она сюда попала? Какую боль ей пришлось вытерпеть? А как же то последнее видео, на котором она привязала к ноге ведро цемента? Где она пряталась все эти годы?

Ответить на все эти бесчисленные вопросы я не успевал, потому что уже в следующее мгновение передо мной вставало лицо Летты – беспомощное, одурманенное наркотиком. Обмякшие руки раскачиваются в одном ритме с подскакивающим на волне катером. Голая нога в объективе камеры. Зловещий смех за кадром.

Боунз прислал мне последние координаты «Демона» и его курс. По его данным, катер направлялся на запад, к островам Драй-Тортугас. Я развернулся в указанную сторону и дал полный газ, отчего «Китобой» едва не выскочил из воды. Пришлось отрегулировать наклон транцевых плит и двигателя. Через пять секунд я уже несся по воде со все возрастающей скоростью. Пятьдесят три мили в час. Пятьдесят четыре… Я еще немного уменьшил наклон двигателя, и GPS показал шестьдесят пять миль.

Каждый шпангоут на моем «Китобое» стонал и вибрировал, и все равно «Демон» двигался быстрее нас. Намного быстрее. Почти на сорок миль в час. Я мог его не догнать или догнать слишком поздно. И все же я продолжал погоню. Одной рукой я крутил штурвал, другой – прижимал к уху телефон, слушая, что говорит Боунз.

– …После того как он взял ее на борт, катер один раз обошел вокруг Ки-Уэста, а это полных двадцать шесть миль. Судя по хаотическим изменениям скорости и траектории, его капитан умеет неплохо избавляться от слежки, а это доказывает…

– Это не первые его гастроли, – перебил я.

– …Первое время шел на небольшом удалении от острова, в пределах видимости, – продолжал Боунз. – Я думаю, так он давал Летте время освоиться, почувствовать себя непринужденно. Он хотел, чтобы она расслабилась, потеряла бдительность. Похоже, парень проделывает этот трюк не в первый раз.

Сигнал постоянно прерывался, и я слышал лишь обрывки его фраз. На Тортугас мобильный телефон будет бесполезен: Боунзу, если я ему понадоблюсь, придется звонить на спутниковый аппарат.

– Я тебя не слышу, Боунз. Здесь уже не принимает.

– Понял. Береги хохо…

Связь окончательно прервалась.

Глава 44

От Ки-Уэста до островов Драй-Тортугас было миль шестьдесят с небольшим, и я прикинул, что «Демон» доберется до них меньше чем через полчаса. Мне на то же самое понадобится час – при всех благоприятных условиях. Кроме того, я понимал, что мне нельзя двигаться следом за катером, поэтому я проложил курс таким образом, чтобы подойти к островам не с востока, а с юго-востока: так, если бы «Демон» находился в центре воображаемого часового циферблата, я приблизился бы к нему со стороны примерно половины пятого.

Потом мне на спутниковый телефон позвонил Боунз.

– Будь осторожен. Я не исключаю, что у этого парня, Детанджело, есть кто-то, кто прикрывает тылы.

Солдат, сидя на палубе между моими коленями (он попытался было занять свое любимое место на носу, но при такой сумасшедшей скорости удержаться на носовой платформе было нелегко даже существу с четырьмя ногами), напряженно принюхивался к встречному ветру. Время от времени он тихонько повизгивал и беспокойно озирался, словно ища подходящее убежище, но на «Китобое» такового, увы, не существовало. Конечно, я мог бы запереть пса в туалете, но, думаю, он вряд ли пришел бы от этого в восторг.

Полная луна плыла в небесах, и «Китобой» отбрасывал на воду длинную, зыблющуюся тень. Вскоре впереди замаячили острова Марквесас. От Боунза я знал, что «Демон» не обошел их по дуге, а протиснулся между ними. Острова были небольшими, некоторые находились в частном владении – очередная Колония Миллиардеров. Я считал, что подобный маневр со стороны капитана «Демона» означал только одно – в отличие от меня, у него не было доступа к спутнику и он хотел убедиться, что за ним нет «хвоста». Виляя, словно змея, между островами, он надеялся сбить со следа возможную погоню.

Холодные волны страха накатывали на меня одна за другой. Побелевшими пальцами я сжимал рукоять газа, то и дело пытаясь еще немного увеличить скорость, но рукоять дошла до упора и не поддавалась. Судя по показаниям электронной лоции, я двигался со скоростью пятидесяти пяти миль в час. Приборы на консоли показывали, что давление масла понемногу растет. Росла и температура двигателя, но и то и другое оставалось пока в пределах рабочего диапазона. Отражение лунного диска качалось на плексигласовом обтекателе консоли, и мне все время хотелось стереть его рукой.

Убедившись, что прямо по курсу нет ничего опасного, я наклонился и открыл герметичный люк у себя под ногами. Там – в тайнике между топливным баком и палубой – хранился мой арсенал.

Придерживая штурвал одной рукой, я быстро натянул обтягивающую черную рубаху и черную балаклаву и просунул руки в проймы бронежилета. Застегнув жилет, я достал из кобуры «зиг-226», проверил, есть ли в патроннике патрон, и ощупал специальные кармашки, где помещались четыре запасных магазина. Стандартные магазины вмещают по восемнадцать патронов, но мои были оснащены специальной надставкой, благодаря которой их емкость повышалась до двадцати. Напоследок я включил и выключил РМР – коллиматорный прицел для пистолетов с красной прицельной маркой. Фонарик «стримлайт», размещенный в отдельном кармане, тоже работал как надо, я убрал его на место и вытащил из арсенала дробовик «бенелли» с пистолетной рукоятью. Его я поместил в специальных креплениях на опорах крыши консоли. В магазин дробовика помещалось девять очень мощных патронов, снаряженных картечью: на близкой дистанции это оружие было едва ли не эффективнее атомной бомбы. Последней из тайника появилась автоматическая винтовка, которую я повесил на плечо. По карманам жилета я рассовал шесть запасных магазинов по тридцати патронов в каждом – для скоротечного боя на чужой территории этого было вполне достаточно.