Чарльз Линт – Покинутые небеса (страница 73)

Женщина еще долгое время изучала их, потом, казалось, пришла к какому-то решению. Хмурое выражение покинуло ее лицо, и она вздохнула. Собаки тотчас же перестали ворчать и улеглись в пыль у ее ног. Вороны на крыше автобуса принялись чистить и без того блестящие перья.

— Меня зовут Парис, — сказала она. — И Джек — мой друг.

— А не могли бы мы… нельзя ли с ним поговорить? — спросила Керри.

— Джека здесь нет.

— А ты не знаешь, где его…

— Он исчез. И Кэти тоже.

У Керри чуть не остановилось сердце.

— К-кэти?

— Когда вы только появились, я приняла тебя за нее, но стоило вам подойти поближе, и стало ясно, что ты — ее сестра Керри. — Слабая улыбка тронула губы Парис. — Не обижайся, но Кэти никогда не надела бы такого платья.

Керри невольно разгладила ткань на талии. Конечно, Кэти бы такого не надела.

— Ты… ты ее знаешь? — тихо спросила она Парис.

— Конечно знаю. Она уже пару лет крутится вокруг Джека и частенько приходила вместе с ним на свалку.

Керри не могла вымолвить ни слова. После стольких лет выяснить, что Кэти существует на самом деле. Намного легче было принять за истину утверждения родителей и доктора Стайлз. Когда в твоем диагнозе значится склонность к галлюцинациям, трудно поверить в реальность собственной сестры, даже если ты сама видела и слышала ее лично.

— Постойте, постойте, — вмешался Рори, — неужели мы говорим о твоей…

Он осекся, но Керри мысленно закончила его фразу: «Вымышленной сестре».

— Да, именно о моей сестре-близнеце, — произнесла она вслух.

— Но я думал… — Рори тряхнул головой. — Впрочем, это неважно.

Керри снова обратилась к молодой женщине на диване:

— А почему ты так неприветливо отнеслась к нашему появлению?

— Кэти как-то сказала Хэнку, что ты едешь в Ньюфорд, чтобы погубить ее.

Керри от изумления широко распахнула глаза:

— Погубить ее?

— Ну, не то чтобы вонзить нож в спину, ничего такого драматического. Она выразилась несколько иначе. — Тон Парис стал чуть ли не извиняющимся. — Она сказала, что ты можешь разувериться в ее существовании. То есть не издалека, а если бы ты приехала, посмотрела на нее и все равно не поверила, что она настоящая, тогда бы она погибла.

— Я…

Керри не знала, что ответить на эти слова — они отражали суть их с Кэти отношений. Было бы неверно считать, что Керри намеренно возражала против существования Кэти. Она просто хотела быть нормальной, жить как все люди, но это невозможно, если воображать себе сестру-близнеца. А это значило, что подсознательно Керри желала погубить Кэти своим неверием.

— Но ведь ты бы не сделала этого, не правда ли? — спросила Парис. — То есть я хочу сказать… — Она пожала плечами. — Ты выглядишь такой славной.

— Я… не такая уж славная, — сказала Керри.

Парис вопросительно вздернула брови.

— Я не хотела в нее верить, — объяснила Керри.

— Но девчонки-вороны…

Керри вздохнула:

— А почему тот факт, что мы стали друзьями, имеет большое значение?

— Потому что, по словам Джека, они обладают необыкновенной способностью распознавать вранье и всякую чепуху. Они бы никогда не подружились с тем, кто… ну ты понимаешь.

— Кто способен убить свою сестру?

Парис неохотно кивнула.

— Я не хотела в нее верить, потому что, кроме меня, ее никто не видел. К тому же, мне вечно приходилось расхлебывать последствия ее шалостей.

— Но близнецы постоянно этим грешат, — сказала Парис. — Мы с братом вечно ругались и дрались, когда были маленькими.

— Верно, — заметил Рори. — Но тебе не пришлось провести десять лет в психиатрической клинике из-за того, что ты верила в реальность своего брата.

Парис перевела взгляд на Рори, потом снова на Керри.

— Это правда? — спросила она.

Керри медленно кивнула.

— Все это слишком сложно, — произнесла тогда Парис. — Боже, как не хватает Джека!

— Ты сказала, что он исчез? — спросил Рори.

Парис подтвердила свои слова.

— Знаете, вам надо пойти со мной на свалку, — сказала она, вставая с дивана. — Мы можем потолковать с остальными и попробовать разобраться в этой путанице.

— На какую свалку? — спросил Рори.

Парис показала рукой на автомобильное кладбище.

— Там собирается наша семья. — Она улыбнулась. — Это не та семья, в которой я родилась, а та, которую я сама выбрала.

И Керри, и Рори нерешительно молчали.

— Не волнуйтесь, — ободрила их Парис. — Там собираются хорошие люди.

— Но что если все они примут сторону Кэти… — начала Керри.

— Я думаю, здесь дело не в том, кто на чьей стороне.

— Ты права, — согласилась Керри. — Не в этом.

16

На следующее утро Хэнк никак не хотел отпускать Лили одну.

— Эти ребята слишком непредсказуемы, — говорил он во время завтрака, состоящего из кофе и тостов, вынесенных на веранду. На кухне еще сохранялся отвратительный запах, так что о еде там не могло быть и речи. — Мы не знаем, что еще они могут предпринять.

— Я не думаю, что они решатся напасть при свете дня, — возражала Лили. — А у нас обоих накопилось немало дел.

— Да, но…

— Я не задержусь надолго, — сказала она. — А потом сразу пойду домой, закроюсь на все замки и не впущу никого, кто не назовет секретного пароля.

— А я не знаю никакого пароля.

Лили усмехнулась:

— Вот видишь, я буду в полной безопасности.

— И все же…

— Хэнк, я не буду делать никаких глупостей. Но я обязательно должна отнести пленки заказчику, купить кое-какие химикаты взамен рассыпанных в лаборатории и отпечатать черно-белые фотографии. Я обещала Кенни, что они будут у него к пяти часам дня.

Лили удалось убедить Хэнка, но, как только ее машина скрылась из виду, его охватила тревога. Чересчур развитое воображение доставляло ему немало хлопот. В большинстве случаев Хэнк мог его сдерживать, но только не тогда, когда дело касалось близких ему людей. И в это утро он никак не мог с собой сладить. Чтобы отвлечься, он собрал тарелки, отнес их наверх, помыл и поставил сушиться, потом позвонил Парис. Но ее не было ни дома, ни в салоне. В конце концов Хэнк набрал номер автомобильной свалки.