Чарли Хольмберг – Бумажная магия (страница 22)
К горлу Сиони подступила дурнота.
Она пристальнее всмотрелась в мага, стараясь определить его возраст. Пожалуй, года двадцать четыре – двадцать пять. В любом случае это случилось в прошлом. Ей немного полегчало, но чем дольше Сиони смотрела на счастливых влюбленных, тем хуже себя чувствовала. Ее мутило. Тело словно бессильно обвисло на костяке.
Встряхнув головой, Сиони с трудом оторвалась от созерцания мг. Тейна и Лиры и потерла виски, пытаясь сосредоточиться. Мысли совершенно спутались. Ей необходимо подумать. И обрести объективность.
Она протяжно вздохнула.
– Ладно. Почему женщина, которую любит Тейн, желает его смерти? – вслух рассуждала она. – Зачем ей понадобилось красть сердце Тейна, если она уже завладела им?
Сиони начала отступать от парочки, и вскоре ее шаги, доселе приглушенные густой травой, зазвучали громко и гулко. Возвращаясь обратно, она различила среди цветов дверные петли и потемневшую медную дверную ручку. Сиони взялась за нее, потянула, и дверца отворилась.
Краски летнего вечера взвихрились вокруг нее, как и прежние воспоминания мг. Тейна, и у нее закружилась голова. Впрочем, Сиони подавила неприятное ощущение и обнаружила, что смотрит прямо в глаза мг. Тейна. В них вновь читалось восхищенное обожание, и одет он был в форменный китель мага – свежевыглаженный, с приколотой палевой розой на груди.
Сиони зарделась и почувствовала, что ее щеки пышут жаром. Она моргнула и оказалась в другой точке видения – подле кресел, стоявших возле мостика, перекинутого через ручей в вишневом саду. Нежные бело-розовые лепестки срывались с веток и летели по ветру, как смущенные чем-то снежинки. В купах высокой травы, нарочно или нечаянно не тронутых садовником, стрекотали сверчки. Белые и желтые шелковые шнурки отгораживали проход, ведущий к широкой деревянной арке, а в ее тени находились трое – мг. Тейн, мужчина в горчичной мантии и… Лира.
Лира сейчас стояла на месте Сиони. Она была облачена в белоснежное платье с длинным шлейфом, вышитое бисером. Густые волосы Лиры, подхваченные золотым жемчужным гребнем, покрывала прозрачная фата. У свадебного платья были короткие рукава и декольте, позволявшее оценить пышную грудь – та была куда внушительнее, чем у нее самой, с некоторой досадой отметила Сиони.
Священник принялся читать по книге в кожаном переплете подобающий случаю гимн, и сердце Сиони болезненно забилось о ребра.
Значит, Лира была его женой.
Сиони потерла затылок, стараясь усмирить жар, поднимавшийся вдоль шеи. Тейн так же смотрел на нее перед тем, как…
Кровь оглушительно стучала в ушах Сиони.
Но это была не она, а Лира. Молодая Лира. Иная Лира.
Сиони дернулась, готовая к тому, что Потрошительница – жена Тейна – в любой момент появится позади нее, но увидела лишь радостных гостей, среди которых был и пасечник, и его жена. Сколько незнакомых лиц… Воспоминания мг. Тейна перемешались, как карты в колоде. Вероятно, Лира не успевала за ними угнаться.
А может, она не хотела здесь находиться. Как, впрочем, и Сиони.
Сиони ущипнула себя за руку. Ей ни в коем случае нельзя терять бдительность! Мг. Хьюз говорил, что Потрошители способны магически воздействовать на жертву через одно-единственное прикосновение! Конечно, Лире не нужно усердствовать для того, чтобы с ней разделаться. Остается надеяться только на то, что эта ненормальная потеряла ее след. Нет уж, Сиони не предоставит обезумевшей женщине, которая устроила на нее охоту, никаких преимуществ. Хватит играть в «кошки-мышки» внутри украденного сердца мг. Тейна.
Она должна отыскать следующую камеру.
Сиони отвернулась от сцены венчания и, не оглядываясь, бросилась прочь в сопровождении верного Фенхеля. Что-то тревожило ее. Невесомые розовые лепестки летели ей наперерез. В воздухе витал слабый чувственный аромат вишен. Песня сверчков становилась глуше.
Сиони бежала, петляя между деревьями, пока не поняла, что оказалась в настоящей чащобе. Она замедлила шаг и заметила кованую железную ограду, виднеющуюся сквозь невысокий кустарник. Сиони толкнула узкую калитку и побежала дальше. Вскоре травянистый дерн под ногами сменился твердой поверхностью. Дорогу ей преградила стена, сплошь закрытая книгами. Тупик.
Сиони перенеслась в библиотеку.
Она очень походила на ту, которая сейчас находилась в доме мг. Тейна, правда меньшего размера, хотя окон здесь было побольше. Сиони быстро огляделась. Помимо стеллажей с книгами и кресел, в комнате имелось два стола – над одним из них и склонился молодой Эмери Тейн. Его темные волосы были подстрижены, а рукава белой рубашки засучены по локоть.
На столе аккуратными стопками лежала белая или почти белая бумага разной толщины. На полу громоздилась куча частично Сложенных и скомканных листов, а рядом возвышался старенький портновский манекен, торс которого обхватывали самые разнообразные детали, напоминающие кости скелета. Сиони посмотрела на бумажные ключицы и тщательно сделанный позвоночник и узнала остов Джонто. Значит, она попала в период создания бумажного дворецкого.
– А вот и бумаженции, – донесся из коридора мужской голос. – Посыльный доставил их вовремя.
Сиони невольно переключилась на парня, переступившего порог библиотеки. Он тащил в руках две огромные картонные коробки, доверху набитые бумагами. Сиони вряд ли подняла бы любую из них, не надорвав себе живот или спину.
Однако ноша не являлась для незнакомца (а судя по мальчишескому лицу, он был лишь несколькими годами старше Сиони) неподъемным грузом. Рост широкоплечего здоровяка составлял, пожалуй, шесть с половиной футов. Сиони захлопала глазами. Ну и приятели у мг. Тейна! Икры ног незнакомца напоминали праздничные окорока, а живот изрядно выдавался вперед.
– Замечательно, Лэнгстон, – пробормотал Тейн, на миг оторвавшись от своего занятия.
Сиони не смогла угадать, какую именно деталь Складывал Бумажный маг: она выглядела как скатанный полумесяц длиной примерно с его ладонь. Но ей повезло: следующая реплика мг. Тейна прояснила ситуацию.
– Я хочу попробовать одновременно и толстую, и тонкую бумагу – плотную для челюстного сустава и подбородка, а тонкую – для промежуточных частей. Может,
– Ага, – кивнул Лэнгстон, в странной манере растягивая слова, и Сиони заподозрила, что он вырос не в Англии. – Уверен, маг Тейн, вы обязательно сообразите, что к чему. Матушка всегда говорила, что слова «чтоб тебя!» придумали бобры, не доделавшие свою хатку из-за того, что им маленькой палки не хватило.
– Твоя матушка любила поболтать, – отозвался мг. Тейн. – А теперь иди сюда и попробуй сложить такую же бедренную кость.
Сиони изумленно наблюдала, как Лэнгстон придвинул тесное для него кресло и уселся напротив мг. Тейна, с трудом пристроив свои огромные локти на столе.
– Это ваш ученик? – выпалила Сиони, не ожидая ответа.
Судя по возрасту мг. Тейна, Лэнгстон был его первым подмастерьем… хотя вряд ли этот здоровяк добился особых успехов. Сиони вполне могла бы понять мг. Тейна, если бы узнала, что он выгнал Лэнгстона из дома с позором. Неловкие лапы ни за что не совладают мелкими и затейливыми Складками, которые требуются для среднего и высшего уровней Бумажной магии.
Однако Сиони ошибалась. У нее буквально отвисла челюсть, когда Лэнгстон поистине эльфийским движением взял бумажный бедренный сустав Джонто и покрутил его в руках. Положил образец на стол, а затем схватил квадратный лист средней толщины и принялся за дело, высунув от усердия кончик языка. Лэнгстон работал быстро – он умело Складывал бумагу, воспроизводя мельчайшие детали бедренной кости.
– Поразительно! – прокомментировала Сиони работу мг. Тейна и его подмастерья. – Я не отказалась бы иметь возле себя парня такой комплекции.
Потом потерла отчего-то похолодевшие руки и добавила:
– Я сейчас вообще ни от кого бы не отказалась.
Фенхель ткнул ее лапой. Сиони рассеянно погладила песика по голове.
Лэнгстон, несомненно, уже получил диплом Складывателя. Сиони задумалась над тем, сколько времени продолжалось его ученичество. И еще над тем, обрадовался ли он, когда явился в жилище мг. Тейна. Был ли он вежлив в момент знакомства с наставником. Испытывал ли по отношению к мг. Тейну признательность, сравнимую с ее собственной благодарностью.
– Нам пора, – сказала она Фенхелю и вздохнула.
Окинув беглым взглядом Джонто и Тейна, она направилась к некрашеной двери библиотеки. Чтобы справиться с заржавевшим замком, ей пришлось толкнуть створку плечом…
Теперь Сиони пыталась удержать равновесие на ковре насыщенного бежевого оттенка. Сиони попала в зал без окон, ярко освещенный сотнями электрических ламп. Осмотревшись по сторонам, Сиони увидела лиловые альковы, украшенные золотистыми плитками. Осветители – маги стекла – зачаровали их специальным заклинанием, призванным рассеивать свет почти призматическими лучами. Слуха Сиони коснулась негромкая инструментальная музыка, перебиваемая звоном бокалов и журчанием невнятных людских голосов. Похоже, здесь намечалась светская вечеринка.
Сиони замерла, оценивая воспоминание мг. Тейна. Фенхель пробежал несколько ярдов и принюхался.
Сиони знала это место – работая в агентстве, она часто доставляла сюда горячие блюда.