Чарли Донли – Много лет назад (страница 9)
– Ага, в яблочко.
Другой глаз мужчины был теплого карамельно-коричневого цвета, который гармонировал с его темными волосами и загорелой кожей. У него было атлетическое телосложение, и нетрудно было представить его в роли офицера полиции.
Слоан подняла значок мужчины.
– Хорошо, шериф Стамос, – сказала она, прочитав его имя в удостоверении личности. – Почему вы следили за мной? – Она протянула ему через стол удостоверение и значок. – Вы уронили их, когда я… В общем, я подобрала их, когда вы промывали глаза.
– Спасибо. Он взял значок и прицепил его к поясу, затем сунул удостоверение в нагрудный карман. – Эрик Стамос. Я шериф маленького городка в Неваде, который называется…
– Сидар-Крик, – Слоан закончила предложение за него.
– Правильно.
– Итак, это по поводу найденного в интернете совпадения с моей ДНК.
Эрик отнял пакет со льдом от глаза.
– Мне ничего об этом неизвестно. Но несколько дней назад ко мне в офис приходили сотрудники ФБР и спрашивали о нераскрытом деле, связанном с семьей, пропавшей в Сидар-Крик почти тридцать лет назад. Супружеская пара и их дочь. Федералы хотели получить всю имеющуюся у моего отдела информацию, поскольку расследование застопорилось. Они сообщили, что исчезнувшая малышка объявилась в Северной Каролине и все это время жила под именем Слоан Хастингс.
Слоан изобразила «а-вот-и-я» улыбку:
– Это, должно быть, я. Так зачем же вы проделали весь этот путь из Невады, чтобы разыскать меня?
– ФБР мне почти ничего не сообщило. Я ищу информацию об этом деле.
– Значит, вы проделали весь этот путь из Невады до Северной Каролины ради информации?
– Да, и я с готовностью сообщу вам о своих мотивах, если вы не против поделиться тем, что знаете.
– По поводу чего?
– Пропавшей семьи Марголис.
Слоан медленно кивнула, обдумывая предложение шерифа. Услуга за услугу.
– Я мало что знаю, но все это началось с того, что я провела онлайн-поиск своей родословной, честно говоря, совсем не для того, чтобы найти родственников. Мой профиль ДНК показал, что я пропавший ребенок 1995 года рождения. Как только мы поняли, насколько все это важно, мои родители… я вместе со своими приемными родителями обратилась в полицию. Они вызвали детективов по розыску пропавших без вести. Детективы позвонили в ФБР. И вот примерно неделю спустя мы пришли к тому, что моих родителей допрашивают третий день, ФБР просматривает старые дела, а шериф из Сидар-Крик, штат Невада, сидит у меня на кухне.
Эрик склонил голову набок, глубоко вздохнул и снова приложил пакет со льдом к лицу.
– Это многое объясняет.
– Ваша очередь. Почему вы проделали такой долгий путь из Невады, чтобы разыскать меня?
Эрик подался вперед, по-прежнему прижимая лед к правой стороне лица.
– Мой отец расследовал дело Марголисов, когда был шерифом округа Харрисон. Его звали Сэнди Стамос.
Слоан вспомнила это имя из статей, которые читала.
– Ваш отец расследовал… мое исчезновение?
Эрик кивнул.
– Он вел расследование, но… он умер при подозрительных обстоятельствах вскоре после того, как вы и ваши родители пропали без вести.
– Что случилось?
– Официальная версия? – Эрик откинулся на спинку стула. – Мой отец был под кайфом, загнал свою машину в реку Сидар-Крик и утонул.
– Это… ужасно.
– А еще это полная чушь. Мой отец не был наркоманом. Господи, этот человек даже не пил. Я ни на секунду не поверю, что он сидел на тяжелых наркотиках.
– Итак… – Слоан тщательно подбирала слова. – Вы думаете, его смерть была не просто несчастным случаем?
– Я думаю, его убили. – Эрик снова отнял лед от лица. – Я думаю, мой отец был близок к разгадке того, что случилось с Шарлоттой Марголис и ее родителями. Кто-то не хотел, чтобы правда выплыла наружу, поэтому они убили его и обставили все как передозировку.
Из массы вопросов, роящихся в голове, Слоан пыталась выбрать самый уместный. Наконец остановилась на самом очевидном.
– Почему вы так думаете? То есть вам что-нибудь известно об исчезновении моих биологических родителей?
– Нет. И до недавнего времени я никогда особо не задумывался о смерти своего отца. Мне было девять лет, когда он умер, и в то время я ничего по-настоящему не понимал. Когда теряешь отца в таком возрасте, ты как бы отключаешься от остального мира. Тогда я, конечно, не расспрашивал подробно,
– Разве не было вскрытия? Я сейчас прохожу практику по судебной медицине, и, очевидно, вашему отцу должны были провести вскрытие.
– Провели.
– В его организме были следы тяжелых наркотиков?
– Были. Но я не верю ни одной части отчета о вскрытии.
– Вы не верите официальному отчету о вскрытии?
– Абсолютно не верю.
– Значит, вы считаете, что вскрытие было некачественным?
– Я думаю, что его подделали. И написали там то, что хотели видеть власти предержащие.
– И кто были власти предержащие?
– Семья Марголис. Послушайте, моему деду было девяносто два года, он умер в прошлом году. Он потратил почти тридцать лет на поиски ответов о том, что случилось с его сыном. Он так ничего и не нашел. Когда мой дед понял, что умирает, что не сможет продолжать поиски, он рассказал мне о своих подозрениях и передал всю информацию о смерти моего отца, которую собрал за эти годы. В основном это детали расследования отца в отношении пропавшей семьи Марголис. Незадолго до своей смерти дед взял с меня обещание продолжить расследование. Я копался в этом деле весь прошлый год, и первая зацепка, которая появилась, – это новость о том, что малышка Шарлотта Марголис обнаружилась живой и невредимой в городе Роли, в Северной Каролине.
– Значит, вы искали меня.
– Искал.
Слоан прищурилась, ее осенила мысль.
– Почему вы приехали на машине? – спросила она. – Зачем проделывать весь этот путь из Невады на машине только для того, чтобы поговорить со мной?
– Потому что авиабилеты оставляют след, и важно, чтобы никто не знал, что я вас нашел.
– Кому это вообще может быть интересно?
– Семье Марголис. И никто из них не должен узнать, что мы с вами встречались.
Глава 15
Слоан вспомнила, что помимо раздражения слизистых оболочек и возникновения бесконечного ринита, дополнительным побочным эффектом смолы стручкового перца, активного ингредиента перцового аэрозоля, является чувство голода. Они с Эриком направились в пиццерию на углу, чтобы продолжить свой разговор, стараясь не обращать внимания на косые взгляды официантки, которая смотрела со смесью страха и отвращения на их красные, как свекла, лица и налитые кровью глаза. Заверив ее, что не умирают и не заразны, они заказали большую пепперони. Эрик выпил воды и снова наполнил свой стакан из кувшина, оставленного официанткой.
Даже несмотря на заплывший правый глаз и багровые щеки, Слоан отметила, что Эрик Стамос – красивый мужчина. Основываясь на его рассказе, она прикинула, что ему примерно тридцать восемь лет. Благодаря крепкому телосложению и резко очерченной челюсти он выглядел моложе.
– С вами точно все в порядке? – спросила Слоан.
Эрик кивнул, раскусывая кубик льда. Опухоль над его правым глазом уменьшилась, оставив тонкую полоску, которая позволяла ему хотя бы частично видеть этим глазом.
– В общем да, пытаюсь прийти в себя. А вы как?
– Мои глаза снова начинают гореть, но не мне жаловаться. Ваш правый глаз выглядит так, будто вот-вот истечет кровью.
– Со мной все будет в порядке. Никто еще не умирал от перцового баллончика. – Эрик сделал еще глоток воды. – Должно быть, вы были в шоке, когда получили данные о вашем профиле ДНК.
– Я все еще пытаюсь переварить это. Вы сказали, что вам было девять лет, когда мои биологические родители и я исчезли?